Главная  >  Война   >  Оружие   >  Военно-морской флот   >  Флот СССР


Прав ли был Хрущев, отказавшись от строительства океанского Военно-Морского Флота?

11 октября 2007, 94

Ознакомившись со всеми фактами и соображениями, пусть читатель сам решает, право ли было руководство СССР во главе с Хрущевым, отказавшись в середине пятидесятых годов двадцатого века от строительства океанского Военно-Морского Флота.

При упоминании Никиты Сергеевича Хрущева большинству из нас на ум приходят разоблачение культа личности Сталина, стучащий по трибуне ООН ботинок и утопические проекты типа распашки казахстанских степей и посадок кукурузы за Полярным кругом. Но кроме этого было еще массовое сокращение численности Вооруженных Сил и серьезная корректировка деятельности Военно-Промышленного Комплекса. Наиболее сильно это коснулось советского ВМФ, который в середине пятидесятых годов теперь уже прошедшего века пережил сворачивание гигантских кораблестроительных программ, разрезку на металлолом строящихся кораблей и массовое увольнение в запас офицеров (помните младшего офицера из песни Высоцкого, которому пришлось работать шахтером?). Разумеется, у таких офицеров, карьера которых внезапно рухнула, а также у конструкторов и строителей кораблей, собственными руками уничтожавших плоды своего труда, были все основания ненавидеть Хрущева. Их можно понять, но следует ли из этого, что они были правы, а Хрущев — нет? Эта статья не имеет цели защитить или в очередной раз обругать Хрущева. Давайте вместе спокойно попытаемся оценить обстановку тех лети понять, из каких соображений исходило руководство страны, принимая столь масштабные и ответственные решения.

Итак, начнем. А начать придется издалека, с Русско-Японской войны, в ходе которой Россия потеряла в Порт-Артуре и в Цусимском проливе большую часть крупных кораблей, построенных за два предшествующих десятилетия. Фактически предстояло строить флот заново. На Черном море в это время строились два эскадренных броненосца: "Иоанн Златоуст" и "Ефстафий", а на Балтийском — однотипные "Андрей Первозванный" и "Император Павел I", однако их ждала незавидная судьба. Осенью 1906 года в Британии — тогдашней законодательнице мод в военном кораблестроении — вступает в строй "Дредноут". Этот принципиально новый боевой корабль сделал устаревшими все броненосцы всех государств мира, даже только что построенные, и положил начало новому классу боевых кораблей — линкоров, доминировавших на море до начала Второй Мировой войны. Кораблестроители очень быстро оценили преимущества "Дредноута", и в мире началась настоящая дредноутная гонка. С 1908 года линкоры дредноутного типа начинают вступать в состав флотов Франции, Германии, США, Италии и Японии. За первой серией кораблей сразу следует вторая, более совершенная и мощная. Линкорами обзаводятся даже Австро-Венгрия и Испания — государства, которые в число ведущих морских держав при всем желании не отнесешь. Даже экзотические для нас Бразилия, Аргентина и Чили заказывают линкоры в Англии и США. Разумеется, Россия, не желающая отказываться от роли великой державы, не может остаться в стороне. В 1909 году на Балтике закладываются четыре "дредноута": "Севастополь", "Петропавловск", "Полтава" и "Гангут". На Черном море в 1911 году закладываются "Императрица Мария", "Императрица Екатерина II", "Император Александр III", а в 1915 - "Император Николай I". Семь из восьми кораблей вступили в строй в 1914 - 1917 годах. Строительство и служба русских линкоров представляет собой великолепный пример бездарного использования государственных средств. Как только Мировая война превратилась в затяжную и позиционную, выяснилось, что русская промышленность не готова обеспечивать свою армию вооружением и боеприпасами для такой войны. Довоенные запасы были израсходованы за несколько месяцев, предвоенные расчеты потребностей армии оказались катастрофически занижены. Россия вынуждена была заказывать снаряды, патроны и винтовки в Японии и за океаном в США. Как тут не вспомнить десятки тысяч тонн лучшей стали, десятки миллионов рублей и годы работы тысяч рабочих самой высокой квалификации, затраченные на строительство линкоров? Сколько необходимого для войны на суше могло быть этими рабочими из этого металла за это время произведено? И, может быть, не закончилась бы Мировая война для нашей страны столь плачевно, и не были бы ее жертвы напрасными? Как же использовались русские линкоры, которыми Россия обзавелась-таки назло всему? Черноморские корабли успели немного повоевать — обстреливали турецкое побережье, конвоировали транспорты и охотились на германский линейный крейсер "Гебен", переданный Турции и действующий в Черном море. Так, "Императрица Екатерина" 26 декабря 1915 года гналась за "Гебеном", посылая залп за залпом, однако ни одного попадания не достигла, и противник оторвался, используя преимущество в скорости хода. Правда, до настоящих сражений дело так и не дошло, поскольку два дредноута, которые Турция хотела приобрести в Англии (у турок они должны были именоваться "Решад I" и "Осман I"), после начала войны в Англии и остались. "Императрица Мария" погибла 7 октября 1916 года от взрыва погребов боеприпасов главного калибра (об этом взрыве мы еще вспомним). Балтийские же линкоры всю войну простояли в Гельсингфорсе и Кронштадте, не сделав ни одного выстрела по врагу. Цусимский ужас оказался настолько сильным, что парализованное им командование так и не решилось послать корабли в бой, опасаясь, в первую очередь, мин и подводных лодок. Три года четыре тысячи здоровых мужиков драили палубу, наворачивали макароны по-флотски и ходили в увольнения на берег по бабам, пока страна терпела поражения и истощалась. Даже когда в 1915 году немцы пытались прорваться через Рижский залив к Петрограду, сосредоточив для этого в восточной части Балтийского моря 17 линкоров (в том числе новейшие типа "Нассау"), 3 линейных крейсера, 9 крейсеров и 61 эсминец и миноносец, противодействие им оказывал лишь один русский линкор — устаревший "Слава". Ни четыре балтийских дредноута, ни упомянутые ранее "Андрей Первозванный" и "Павел I" в бой введены так и не были. Вообще русские моряки действовали в ходе Первой Мировой войны великолепно, сражаясь на устаревших линкорах и крейсерах, однако их героизм не спас страну от поражения и распада. Линкоры после революции ждала разная судьба — кому в далекую Бизерту, кому на дно Черного моря, чтобы не достаться немцам, кому ржаветь на консервации, пережидая Гражданскую войну и разруху.

В конце двадцатых годов кораблестроение в Советском Союзе оживает. Начинается строительство небольших подводных лодок, сторожевых кораблей, тральщиков и торпедных катеров. В тридцатые годы вступают в строй новые эсминцы и лидеры эсминцев. Из крупных кораблей проходят модернизацию три переживших смуту балтийских линкора: "Марат", "Октябрьская Революция" и "Севастополь"; и достраивается по сильно измененному проекту один из легких крейсеров типа "Светлана" — он теперь "Красный Кавказ". Модернизация линкоров не носит глубокого характера, и в тридцатые годы они являются уже безнадежно устаревшими. Такой флот способен эффективно оборонять свои прибрежные воды, и не более того. Положение резко меняется во второй половине тридцатых. В 1936 году правительством СССР принимается программа военного кораблестроения на ближайшие десять лет, которая предусматривает создание огромного океанского флота: восьми линкоров, шестнадцати линейных крейсеров и двадцати легких крейсеров. Через год программа несколько откорректирована: шесть линкоров, четырнадцать линейных крейсеров, два авианосца, десять тяжелых и двадцать два легких крейсера. Программа начинает активно претворяться в жизнь. На Балтике закладываются легкие крейсера "Киров" и "Максим Горький", на Черном море однотипный "Молотов", а на Дальнем востоке — такие же "Калинин" и "Каганович". Не успели эти корабли спустить на воду, как закладывается новая серия легких крейсеров усовершенствованного проекта: "Чапаев", "Чкалов", "Дзержинский", "Ленин" на Балтике; "Фрунзе", "Железняков", "Орджоникидзе", "Аврора", "Куйбышев", "Свердлов", "Котовский" на Черном море. Несколько позже на Дальнем востоке должны были заложить однотипные им "Пархоменко", "Щорс", "Лазо". И, наконец, апофеоз: на Балтийском море закладываются линейный крейсер "Кронштадт" и линкор "Советский Союз", на Черном море линейный крейсер "Севастополь" и линкор "Советская Украина", а в Северодвинске — линкор "Советская Россия". На момент закладки советские линкоры были одними из сильнейших кораблей в мире в своем классе: полное водоизмещение 65000 тонн, мощность силовой установки 231000 л.с., бортовой броневой пояс до 406 мм, броня башен до 495 мм, суммарная толщина палуб 230мм, эффективная противоторпедная защита, скорость до 27,5 узлов и девять орудий калибром 406 мм.

Отвлечемся немного от темы. Строительство такого большого количества крупных кораблей на Черном и Балтийском морях косвенно подтверждает предположение о готовящемся Сталиным вторжении в Европу в начале сороковых годов. Оба эти моря закупорены, как бутылка пробкой, узкими проливами, которые легко контролировать с помощью авиации, подводных лодок и минных полей. Ни один из советских кораблей не смог бы прорваться на оперативный простор через находящиеся в руках врага проливы. В Черном же море и на Балтике делать всей этой армаде просто нечего — нет достойного противника. Балтийское море, к тому же, слишком мелкое для гигантских "Кронштадта" и "Советского союза". В нем этим кораблям не то что воевать — просто ходить опасно. Так что строились эти корабли для действий как минимум в Средиземном и в Северном морях. Заложены корабли в 1938 - 39 годах, время строительства и испытаний крупного корабля 3 - 4 года, следовательно, не позднее 1942 года Босфор с Дарданеллами и Датские проливы должны были находиться в руках СССР. Можно, конечно, сказать, что Сталин был дураком и строил океанский флот просто так, ради развлечения, но, думаю, не стоит. Впрочем, это тема для отдельной статьи, а мы возвращаемся к нашей.

Советский Союз вступил во Вторую Мировую войну совсем не так, как задумывалось. 22 июня 1941 года в строю из всех вышеперечисленных кораблей были лишь легкие крейсеры "Киров", "Максим Горький" и "Молотов". Недостроенные "Свердлов", "Орджоникидзе", "Советскую Украину" и "Севастополь", оставшиеся в захваченном Николаеве, немцы разобрали на металлолом. Наверное, их военной промышленности, испытывавшей постоянный дефицит сырья, очень пригодились десятки тысяч тонн корабельной стали и брони высочайшего качества. "Фрунзе" и "Куйбышев", уже спущенные на воду, успели из Николаева увести. Строившиеся в Ленинграде и Северодвинске корабли ржавели на стапелях до конца войны. Достраивать их не было сил и средств. Да и не нужны они оказались в этой войне. Дальневосточным крейсерам повезло несколько больше. "Калинин" вступил в строй в 1942 году, "Каганович" — в 1944. Однако в боевых действиях против Японии самые современные и самые сильные на Тихоокеанском флоте корабли участия не принимали. Более того, они даже в море не выходили, всю кампанию простояв замаскированными в проливе Босфор Восточный. Чем диктовалось такое решение командования — страхом потерять новейшие корабли или осознанием их ненужности? Скорее всего, и тем, и другим. Таким образом, воевали лишь "Киров", "Максим Горький" и "Молотов". Русские моряки, как и подобает русским морякам, сражались отчаянно. "Киров" и "Горький", стоявшие в Ленинграде, главным калибром подавляли батареи немецкой тяжелой артиллерии, не давая ей разрушать город. Одновременно отбивались ожесточенные атаки авиации, для которой крупные корабли были престижными целями. Точно так же использовались старые линкоры "Марат" и "Октябрьская Революция". Для "Марата" это закончилось фактической гибелью 23 сентября 1941 года от бомб Ю-87. На Черном море "Молотов" ночами ходил в осажденный Севастополь, привозя подкрепления , оружие и боеприпасы и забирая раненых, одновременно успевая обстрелять позиции противника. 3 августа 1942 года корабль потерял кормовую оконечность в результате атаки торпедоносца и с большим трудом добрался до Поти. Ремонт крупного корабля, получившего столь тяжелые повреждения, в боевых условиях был крайне сложным и растянулся на многие месяцы. Корму взяли от недостроенного "Фрунзе". Необходимые механизмы пришлось доставлять из Комсомольска-на-Амуре и из блокированного Ленинграда! Летом 1943 года крейсер вновь вошел в строй, однако в боевых действиях больше участия не принимал. Исход войны решался на суше. Мы отдали дань героизму наших моряков, однако и блокады Ленинграда, и осады Севастополя можно было избежать, да и вся война могла бы пойти по другому сценарию, будь СССР лучше к ней готов. Конечно, мощь Вооруженных Сил Советского Союза была огромной, но какой-то однобокой. В первые дни войны выяснилось, что в ВМФ катастрофически не хватает торпедных катеров, охотников за подводными лодками, сторожевых кораблей, тральщиков — то есть именно тех типов кораблей, которые используются для защиты своего побережья. В конце войны, когда мы наступали, потребовались в огромном количестве десантные корабли, которых тоже не было. Все это нам предоставила Америка: 9 сторожевых кораблей типа "Дерзкий", переоборудованных из старых эсминцев; 28 сторожевых кораблей типа "Такома"; 78 больших (тип "БО-1") и 60 малых (тип "МО-1") охотников за подводными лодками; 99 тральщиков пяти типов; 202 торпедных катера типов "А-1", "А-2", "А-3"; 30 десантных судов типа "ЛЦИ"; 13 десантных судов типа "ЛЦТ"; 6 десантных ботов типа "ЛЦМ". Транспортные и вспомогательные суда не считаем, но и там счет идет на сотни. Могла наша промышленность построить все это сама? Однозначно могла, но вместо этого строила самые мощные в мире линкоры и линейные крейсера. Абсурд Первой Мировой повторился: покупали за границей зенитки, грузовики и торпедные катера, платя за них золотом, а у самих в огромных доках ржавели корабли по несколько десятков тысяч тонн стали каждый, вооружению и защите которых позавидует любая великая морская держава.

Но Вторая Мировая война закончилась, и сразу же началось новое противостояние. Теперь, когда Германия и Япония были повержены, Западу не нужно было больше скрывать своего истинного отношения к СССР, которое можно коротко сформулировать так: "Вы нам больше не нужны и опасны для нас". В случае начала новой войны Советскому Союзу пришлось бы противостоять всему капиталистическому миру, который на море имел в конце 1945 года следующие силы: 32 больших и 14 малых авианосцев, 41 линкор (из них 19 новейших, включая еще не введенные в строй французский "Жан Бар" и английский "Вэнгард"), 2 линейных крейсера, 35 тяжелых и 103 легких крейсеров. ВМФ СССР к этому времени располагал тремя устаревшими линкорами ("Марат таковым считать было уже нельзя, но англичане передали нам "Ройял Соверен" в счет итальянских трофеев) и восемью легкими крейсерами, из них три устаревших. Соотношение сил катастрофическое, но Сталин вызов принял, и разоренная войной страна без передышки вступила в новую гонку морских вооружений. На 1 января 1956 года СССР должен иметь 4 гигантских линкора водоизмещением по 75000 тонн, 10 тяжелых крейсеров по 25000 тонн, 30 крейсеров, 54 легких крейсера, 6 больших и 6 малых авианосцев. Пусть читатель не подумает, что собирались достраивать заложенные в конце тридцатых корабли. Из них лишь пять легких крейсеров "Железняков", "Куйбышев", "Чапаев", "Чкалов" и "Фрунзе" вступили в строй в 1950 году. Остальные, в первую очередь линкоры и линейные крейсера, подлежали разборке. Строить новый флот предстояло по новым проектам, созданным с учетом опыта войны. С самого начала было ясно, что экономика не потянет такую кораблестроительную программу, однако возражения представителей промышленности были смяты напором адмиралов во главе с Н.Г.Кузнецовым, опиравшихся на волю Сталина строить океанский флот. В 1948 - 53 годах заложен 21 легкий крейсер типа "Свердлов", а в 1951 и 1952 годах — линейные крейсера "Сталинград" и "Москва". По водоизмещению (полное 43000 тонн) эти корабли лишь немного уступали строившимся в конце тридцатых — начале сороковых годов иностранным линкорам, вооружить их предполагалось двенадцатидюймовыми орудиями с невиданной дальнобойностью в 290 кабельтовых (более 53 километров). В 1953 - 55 годах должны были быть заложены два линкора, три тяжелых крейсера, проектировавшихся по личной инициативе Кузнецова, и семь легких крейсеров. От строительства авианосцев отказались, посчитав их ненужными при действиях флота вблизи своих берегов. Смерть Сталина остановила осуществление этих планов. После того, как новое старое руководство страны во главе с Хрущевым утвердилось на вершине власти, настало время критически взглянуть на гигантское сталинское наследство, в том числе, и на планы строительства Вооруженных Сил. По всей видимости, был избран путь отказа от прямой, "лоб в лоб", конфронтации с капиталистическим миром, существовавшей с 1917 года, что сделало ненужной огромную армию. К тому же, и у нас, и у американцев уже было ядерное оружие, возможности которого во многом сводили на нет мощь традиционных Вооруженных Сил с обычным оружием. Наращивание количества ядерных зарядов и создание эффективных средств его доставки за океан представлялось куда более целесообразным расходованием государственных средств, чем строительство десятков океанских кораблей или выпуск тысяч тяжелых танков. К тому же, в распоряжении руководства СССР был и зарубежный опыт последних пятнадцати лет, касающийся строительства военных флотов. О чем же свидетельствовал этот опыт?

Второй виток дредноутной гонки начался в мире в середине тридцатых годов двадцатого века, когда обстановка снова, как и перед Первой Мировой войной, начала накаляться. В 1922 году в Вашингтоне были подписаны соглашения, ограничивающие количество крупных кораблей в составе флотов ведущих мировых держав, а также их параметры. После этого более чем на десять лет в военном кораблестроении воцарилось затишье, внезапно прекратившееся в середине тридцатых. Крупнейшие морские державы начали интенсивное строительство новых линейных кораблей — супердредноутов, либо вовсе отказавшись от выполнения Вашингтонских соглашений, либо выполняя их лишь на бумаге. Во Франции в 1935 году закладывается линкор "Ришелье", в 1936 году однотипный "Жан Бар", в 1939 году — "Клемансо". Планировалось строительство четвертого линкора улучшенного проекта "Гасконь", но начать его уже не успели. Это были сильные корабли полным водоизмещением 45000 тонн (после модернизации возросло до 49000), мощностью силовой установки до 180000 л.с., скоростью до 32 узлов, с прекрасным бронированием рациональной конструкции (броневой пояс 330 мм, башни до 430 мм, палубы в сумме 190-210 мм), сильной противоторпедной защитой оригинальной системы и восемью 380-миллиметровыми орудиями главного калибра с длиной ствола в 45 калибров. К маю 1940 года "Ришелье" и "Жан Бар" были спущены на воду и спешно достраивались, а что последовало в мае, известно всем. Франция пала за месяц, проиграв войну на суше, так что новейшие линкоры, даже успев войти в строй, ничем не смогли бы помочь своей стране. Помочь смогли бы танки и пушки, сделанные из той стали и брони, из которой строились ненужные линкоры. Французы успели увести корабли в колонии — "Ришелье" в Дакар, "Жан Бар" в Касабланку. Дальнейшая их судьба интересна. Линкоры успели повоевать с англичанами и американцами, пытавшимися взять под контроль бесхозную французскую собственность. "Жан Бар" получил тяжелые повреждения от огня американского линкора "Массачусетс" и бомб пикирующих бомбардировщиков с авианосца "Рейнджер" 8 ноября 1942 года. "Ришелье", выдержавший 23 сентября 1940 года бой с английскими линкорами "Резолюшн" и "Бархэм" и авианосцем "Арк Ройал", отделался незначительными повреждениями. Так что лучше было бы, если бы Франция вовсе не строила новых линкоров — не пришлось бы воевать со своими союзниками, боявшимися, что корабли попадут к немцам. "Ришелье", правда, сумел повоевать с пользой: после ремонта и модернизации в США он принимал участие в боевых действиях в Атлантике и на Тихом океане, но встретиться в бою с равным по силам противником ему так и не удалось. "Жан Бар" вступил в строй лишь в 1950 году. После окончания Второй Мировой войны линкоры ни в каких боевых действиях участия не принимали, хотя Франция в те годы вела непрерывные войны за удержание своих колоний.

Италия в 1934 году заложила линкоры "Витторио Венето" и "Литторио", вступившие в строй в 1940-м. В 1942 году в строй вступил однотипный "Рома", четвертый корабль серии "Имперо" достроен так и не был. Линкоры вполне соответствовали требованиям времени: полное водоизмещение 46000 тонн, мощность силовой установки 140000 л.с., скорость хода до 31,4 узла, броневой пояс 250 мм, две броневые палубы 36-70 мм и 100-162 мм, башни до 350 мм, главный калибр — девять орудий 380 мм с длиной ствола в 50 калибров. Эти корабли оказались столь же бесполезными, как и их французские современники. Италия втянулась в затяжную войну на суше — в России, в Северной Африке. Для этой войны нужна мощная сухопутная артиллерия и много хороших танков, особенно если вы собираетесь наступать (а в Африке итальянцы упорно пытались наступать на протяжении трех лет). А вот с танками в Италии были проблемы. Итальянское танкостроение тех лет находилось в столь убогом состоянии, что не могло быть и речи об обеспечении армии необходимым количеством боевой техники требуемого уровня. Как тут опять не вспомнить итальянских конструкторов и рабочих, много лет трудившихся над линкорами, оказавшимися бесполезными. В результате на Восточном фронте и Северной Африке итальянские войска были разбиты, союзники высадились в Италии, которая агонизировала еще некоторое время, разорванная на две части, а потом — бесславное поражение и оккупация. "Рома" погиб 9 сентября 1943 года от попаданий двух немецких управляемых авиабомб FX-1400 во время перехода итальянского флота на Мальту для интернирования, "Витторио Венето" и "Италия" (бывший "Литторио") стали трофеями союзников.

Германские адмиралы успели вкусить прелесть морских сражений во время Первой Мировой войны, когда их империя, еще за полвека до этого не существовавшая, стала второй в мире морской державой, выводя в море огромные эскадры линейных кораблей на бой с самой "владычицей морей" — Британией. В 1919 году Германия лишилась своего флота, но побеждена на море не была. Неудивительно, что с приходом к власти Гитлера началось интенсивное возрождение германского океанского флота. В 1938 году в строй вступили линейные крейсеры "Шарнхорст" и "Гнейзенау": полное водоизмещение 38900 тонн, мощность силовой установки 160000 л.с., скорость 31,5 узел, девять 280-миллиметровых орудий главного калибра, броневой пояс 305-330 мм, башни до 305 мм, палубы в сумме до 152 мм. За ними последовали линкоры "Бисмарк" и "Тирпиц" полным водоизмещением в 50900 тонн, мощностью силовой установки 138000 л.с., скоростью до 31 узла, бортовым броневым поясом до 320 мм, броней башен до 360 мм, броневыми палубами до 150 мм, восемью 380-миллиметровыми 52-калиберными орудиями. В дополнение к линкорам строились авианосец "Граф Цеппелин" и пять тяжелых крейсеров типа "Адмирал Хиппер". Один из них, "Лютцов", Германия даже продала Советскому Союзу, правда, достроен и введен в строй он так и не был. Немецкие линкоры приняли активное участие в первом периоде Второй Мировой войны. "Бисмарк" погиб 24 мая 1941 года в первом своем выходе в море, успев отправить на дно английский линейный крейсер "Худ". "Шарнхорст" погиб 26 декабря 1943 года от огня английского линкора "Дюк оф Йорк", пытаясь атаковать один из атлантических конвоев. Но главной своей задачи германский флот так и не выполнил: ни заставить Британию выйти из войны, обеспечив Германии лишь один фронт, ни прервать снабжение СССР из Америки немцы не смогли. После гибели "Бисмарка" "Тирпиц" прятался в норвежских фьордах, практически не выходя в море, но все-таки нашел свой конец от бомб английской авиации. А главные события войны происходили по-прежнему на суше, где для победы необходимы артиллерия и танки.

Вермахту на протяжении всей войны катастрофически не хватало количества артиллерийских орудий и танков. С качеством тоже постоянно были проблемы, особенно в сравнении с советской техникой. Эта нехватка сказалась и в 1941 году при наступлении на Москву и Ленинград, и в 42-м во время броска к Волге, и в 43-м на Курской дуге, и в Северной Африке, и во время последних отчаянных контрнаступлений в Арденнах и у озера Балатон. Снова знакомая картина — руководство страны не сумело правильно спланировать войну, верно определить ее характер. В результате и без того скудные ресурсы израсходованы нерационально, во многом впустую, поставленные цели не достигнуты, и, как следствие — крах. Германский океанский флот снова, как и четверть века назад, пошел на металлолом.

Япония в 1937 году заложила и в 1941-м ввела в строй линейный корабль "Ямато". В 1942-м в строй вступил однотипный "Мусаси", третий корабль серии "Синано" был достроен как авианосец (в строю с 1944 года). Это были чудовищные монстры полным водоизмещением 72800 тонн, мощность силовой установки 153500 л.с., скорость до 27,4 узлов, броневой пояс 410 мм, бронепалубы в сумме 230-250 мм, броня башен до 650 мм, девять орудий невиданного доселе калибра 460 мм, стреляющие снарядами весом 1460 кг. У любого человека, увлекающегося историей флота, эти цифры должны вызвать благоговейный трепет. Ограниченная в ресурсах Япония не могла тягаться с Британией и США по количеству крупных кораблей, поэтому ставка была сделана на качественное превосходство. Но ни оно, ни ошеломляющий внезапный удар по американскому флоту в Перл-Харборе не помогли. Соединенные Штаты оправились от поражений, и, опираясь на свою огромную индустриальную мощь и неисчерпаемые ресурсы, стали методически бить высокомерную Японскую Империю, пока не добились ее безоговорочной капитуляции.

"Мусаси" погиб 24 октября 1944 года от попаданий 11 торпед и 19 авиабомб с американских самолетов. "Ямато нашел свой конец 6 апреля 1945 года, когда 280 самолетов на протяжении двух часов без перерыва сбрасывали на него торпеды и бомбы весом до полутора тонн. Наверное, это напоминало добивание первобытными людьми попавшего в яму-ловушку мамонта. Корабль взорвался и затонул, получив 10 торпед и 13 бомб. Погибло 2500 членов его экипажа. Беспрецедентно мощные средства ПВО "Ямато" - 24 127-миллиметровах универсальных пушки и 150 25-миллиметровых зенитных автоматов — оказались бессильны против такого количества самолетов, а своего авиационного прикрытия "Ямато не имел, поскольку к тому времени Япония потеряла все свои авианосцы. Самые сильные в мире линкоры погибли геройски, но бесполезно, не выполнив поставленных им задач и не отсрочив падения своей Империи.

Попытаемся подытожить советский и мировой опыт Второй Мировой войны. Войны в Европе, да и не только в Европе, выигрываются на суше. Ни морская блокада, ни ежедневные ковровые бомбардировки стратегической авиации не способны сломить сопротивление упорного противника. Военно-Морской Флот лишь обеспечивает победы на суше, является вспомогательным инструментом войны, как ни обидно это слышать адмиралам, красующимся на мостиках огромных боевых кораблей. На равных противостоять на море США и Великобритании бессмысленно, поскольку в их распоряжении огромный флот и огромный опыт, оставшиеся с войны. У СССР ничего этого нет, а на приобретение уйдут годы и гигантское количество денег. В то же время, есть сравнительно дешевые, но очень эффективные средства нейтрализации мощи неприятельского флота. Это дальняя авиация, вооруженная управляемым оружием (вспомним гибель "Ромы"). Ее возможности многократно возрастают, если использовать управляемые ракеты с ядерными боеголовками. Это океанские подводные лодки современной конструкции типа немецких лодок XXI серии, которые тоже могут быть вооружены управляемыми ракетами и самонаводящимися торпедами. Последние в Германии серийно производились и эффективно использовались. Как видим, немцы не сидели, сложа руки, и строили не только бесполезные линкоры и крейсера. И, наконец, это подводные диверсанты, оснащенные аппаратами, обеспечивающими дыхание под водой. Это уже итальянский вклад в тактику войны на море. В октябре 1955 года в севастопольской бухте погиб от взрыва погребов линкор "Новороссийск" (трофейный итальянский "Джулио Чезаре"). Комиссия назвала причиной гибели корабля немецкую магнитную мину, но многие специалисты до сих пор уверенны, что не обошлось без итальянских подводных диверсантов. Приходит на память и гибель "Императрицы Марии" в 1916-м. Тогда тоже говорили о миниатюрной бомбе с часовым механизмом, принесенной шпионом в кармане. Как бы там ни было, крупные корабли, оказывается, весьма уязвимы даже в своих охраняемых базах.

А теперь, ознакомившись со всеми приведенными выше фактами и соображениями, пусть читатель сам решает, право ли было руководство СССР во главе с Хрущевым, отказавшись в середине пятидесятых годов двадцатого века от строительства океанского Военно-Морского Флота.

Дмитрий Ефремов
Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты