Главная  >  Общество   >  Социальные миграции


Смерч переселения предпочитает Север

11 октября 2007, 28

Связавшись с Севером, люди ввергают себя в миграционный водоворот. Подобно птицам они ежегодно совершают поломничество на юг, но это лишь разминка перед очередным переездом. Одни мигрируют по Востоку, других тянет на Запад- кому что нравится. Ближе к пенсии северяне предпочитают осесть в родных местах, что удается не всем.

Связавшись с Севером, люди ввергают себя в миграционный водоворот. Подобно птицам они ежегодно совершают поломничество на юг, но это лишь разминка перед очередным переездом. Одни мигрируют по Востоку, других тянет на Запад- кому что нравится. Ближе к пенсии северяне предпочитают осесть в родных местах, что удается не всем. Например, массу жизненных трудностей получили с развалом Союза украинцы, работающие на Чукотке. Заработав льготную пенсию, они, естественно, не получат ее в Донбассе или в Прикарпатье. Приходится идти на всякие ухищрения, которые не добавляют здоровья.

В последнее десятилетие миграционный водоворот в высоких широтах превратился в гигантский смерч. Его ненасытное жерло поглотило сотни тысяч людей. Лидерство в этом стихийном процессе, если верить демографам, принадлежит Чукотке. Более половины населения округа снялось с нажитых мест, большинство не по своей воле, закрывались поселки, как Иультин, оставливались шахты и прииски, перестали ходить морские суда. В 1991 году в ЧАО проживало 160,1 тысячи людей, через пять лет их было 97,2 тысячи, в текущем году - 78,6 тысячи. Гайдаровское рассуждение о "лишних" людях на Севере оказалось пророческим. Округ и прежде входил в тройку самых редко населенных территорий в мире, а теперь и вовсе обезлюдел. Случались годы, как 1990-й, когда "садились на крыло" в поисках лучшей доли по 15 тысяч человек, а если присовокупить еще цифры внутренней миграции, получались огромные толпы перемещающихся. Пережито море отчаяния, неизвестности, боли. Мне приходилось встречать на материке многих северян, превратившихся в бомжей, в новых местах их никто не ждал, не у всех оказались отзывчивые родственники, вот и опустились люди без денег, работы и уверенности в завтрашнем дне. Были и такие, кто просился назад, кто писал горы писем на Север. Читая их, мало находилось желающих "сняться с якоря". В нашем краю до сих пор существует такой демографический феномен, как нежелание людей, пусть и пожилых, покидать пределы ЧАО. Здесь помогают люди, худо-бедно отлажена социальная помощь, а там, что там, "за ветхой занавеской тьмы"? Уже ближе к рубежу веков отладилась программа по переселению северян, но мы, россияне, знаем как иногда бездушно и формально выполняются все эти государственные программы.

В районном разрезе лидером по людским потерям выглядит Шмидтовский район. В начале 90-х годов здесь жили 16,2 тысячи людей, а за десятилетие население сократилось на треть. Теперь стоически переносят тяготы Арктики здесь около 6 тысяч человек. На Кубани - хутора больше и деревни. Ехать сюда уже незачем, за первое полугодие 2000 года прибыло всего 74 человека, а выбыло 527. Если так пойдет и дальше, а отрицательное "сальдо"- почти во всех районах, то потомкам Семена Дежнева снова придется открывать и заселять Чукотку. За 10 лет население Чаунского района сократилось на 19,6 тысячи человек, Билибинского - на 14,9 тысячи, Анадырского - на 10,2 тысячи. К статистике можно относится по- разному, но достаточно напрячь воображение, чтобы представить вселенский шум и пыль переселения, движение тысяч контейнеров с нехитрыми пожитками, могучие стрессы адаптации и отторжения. Можно и не прибегать к абстракциям, поговорите с соседями, сослуживцами, знакомыми - историй с отъездами и приездами - океан.

Автор строк, потеряв все свои кровные в злополучном 1992 году, тоже попытался закрепиться на благословенной Орловщине. Казалось, люди меня еще помнили, но уже не понимали. С работой вышел напряг, жену тоже не спешили принять, узнав, что у нее экзотическая для черноземных мест национальность. Родне мы без денег не понравились. Порывался пойти на прием к Строеву, чтобы рассказать как в его процветающей губернии допускают дискриминацию по национальному признаку, но передумал. Помыкались, помыкались и стали звонить на Чукотку. Она, как мать родная, нас приняла, согрела озябшие души и дала работу. Рядовая история, можно услышать и покруче: с тройными переездами, потерями контейнеров и денег, крушением всех надежд. Смотришь на северян и поражаешься их терпению, не нервы у них, а морские канаты. На Руси переезды приравниваются к пожарам. Сколько их пылало в каждом из нас? И еще будет пылать в бродяжьих душах. .

Внимательное всматривание в цифры механического, по терминалогии статистики, движения населения в ЧАО дает и небольшие открытия. Первое, анадырский феномен. Столица округа - просто образец миграционной стабильности: за пять последних лет горожан уменьшилось всего на тысячу человек. А ларчик открывается просто, убывших на материк горожан с лихвой возмещают северяне, подавшиеся в Анадырь за лучшей жизнью из поселков ЧАО. В пределах территории наметились два потока переезжающих: первый идет из отдаленных сел в райцентры, а второй - из райцентров и тех же медвежьих углов - в столицу самого восточного субъекта Федерации. Причем, последний поток мощнее. По наивности я полагал, что Анадырь пополнили одни лаврентьевцы, так их много. На улице шагу не шагнешь без встреч с жителями села Лаврентия, заглянешь в баню - они там, в магазин - тоже. Все устраиваются, покупают жилье, находят работу и очень довольны своим решительным поступком. По словам Юрия Козленко, от переезда выиграли дети, тут для их развития и здоровья гораздо лучше условия. С ним солидарен и другой земляк, Вася Голубицкий. Не знаю, нравится ли этот миграционный процесс городским и окружным властям, но для многих людей из периферии он пришелся очень кстати. И главное - не надо затевать супер-переезд на материк.

Но лаврентьевцы - не единственная человеческая подпитка Анадыря, тут живут и здравствуют целые колонии беринговцев, щмидтовцев, усть-бельцев и т.д. В целом состав его населения качественно изменился, а общая цифра - на стабильном уровне, нынче она составляет 12,6 тысячи. Верно говорили местные прорицатели, все рухнет, а Анадырь останется. У этого дерева есть разветвленая корневая система в виде чахнущей провинции.

Другое маленькое демографическое "чудо" прописано в Чукотском районе. В процентном отношении его население убыло за десятилетие незначительно - с 6,9 тысячи человек до 4,7 тысячи. Райцентр да, пострадал, а село Лорино, наоборот, увеличилось, не грозит безлюдье Нешкану, Уэлену, Энурмино. В указанных селах теперь живет почти на 100 % аборигены, например, в Нешкане - всего 20 человек приезжих. Понятно, что эскимосы и чукчи не горят желанием отправляться в даль-далекую, какая бы там райская жизнь не была. Общеизвестно, что в Чукотском районе живет большая часть аборигенов округа, и хотя они в душе кочевники, не склонны менять место жительства. Выпасать стада оленей, мигрировать с ними по тундре - пожайлуста. Правда, и тут есть свои исключения: чукчи и эскимосы замечены в Дании, Швейцарии, Канаде и даже в Китае и Венесуэле.

Почему же возникают стихийные миграционные революции подобные чукотской? Когда резко меняется политика государства по отношению к Северу и когда происходят потрясения в самой стране. Разумеется, со сменой власти. Надо очень не любить свой народ, что бездумно говорить о северах и также бездумно бросать людей в водоворот вынужденного переселения. И вот мы снова близки к резким непредсказуемым переменам...

Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты