Главная  >  Политика   >  Политики


Геннадий Андреевич Зюганов

11 октября 2007, 36

Г. А. Зюганов (р. 1944), в 1993 года возглавивший Коммунистическую партию Российской Федерации (КПРФ), представляет собой довольно интересную фигуру в лагере отечественного социализма. Он соединяет формальную приверженность марксизму с русским национальным патриотизмом и даже традиционализмом

Еще в 90-е годы XX века Зюганов предпринял довольно любопытную попытку создать идеологический синтез советского коммунизма и русского патриотизма. Собственно говоря, такие попытки осуществлялись и ранее, но они никогда не декларировались (если не считать различные маргинальные национал-большевистские группы). Теперь о необходимости соединить коммунизм и национал-патриотизм открыто заявил лидер КПРФ – преемницы КПСС. В работе «География победы» он написал: «Словом, для успеха хозяйственных реформ нужна иная идеология – идеология народного патриотизма, соединяющая «красный» идеал социальной справедливости с «белым» идеалом национально осмысленной любви к отечеству».

     Зюганов с большой симпатией относится к Православию. Говоря о патриотическом единении, он утверждает, что оно «невозможно без активного участия верующих, авторитетного слова Православной церкви». Лидер КПРФ подвергает критике «врагов Православия», к которым он относит «либерализм и антирусскую, антиславянскую направленность проводимого в России курса». Зюганов называет себя верующим человеком, но его веру трудно назвать Православием. Скорее мы имеем дело с некоторым вариантом абстрактного гуманизма. «Я, – утверждает он, – верующий в добро, справедливость, честность и красоту, и не мешайте мне в моей вере». В воззрениях Зюганова заметен некоторый налет хилиазма, предполающего построения посюстороннего «царства Божия». Он высказывается за «небо на земле».

     Подобные идеологические новации были невозможны без существенной ревизии марксизма. О ней Зюганов заявил почти открыто в своей работе «Россия – родина моя. Идеология государственного патриотизма»: «Нуждается в уточнении и корректировке многое в марксистской доктрине, в том числе даже учение о безвозмездно отчуждаемой капиталистами прибавочной стоимости, об абсолютном и относительном обнищании рабочего класса, теории пролетарской революции с ее выводом о диктатуре пролетариата».

     Зюганов практически отказался от материализма и классового подхода. Любопытно проанализировать зюгановскую концепцию исторического развития России. Согласно ему в основе этого процесса находится «Русская Идея», которая ставит перед русским народом разные задачи в разных исторических условиях. Указанная идея представляет собой «тысячелетнюю мечту, рожденную не прихотью отдельного ума, не откровением проповедника-одиночки, а коллективным опытом нашего народа, вопреки всем наветам творящего свою таинственную, неповторимую, трагическую и героическую историю». Совершенно очевидно, что перед нами характерный случай самого настоящего идеализма в историософии.

     Какие же проекты ставила перед Россией «Русская идея»? В XIII-XIV веках национальный проект заключался в преодолении «вековой внутренней междоусобицы и губительной разобщенности». Он был направлен на свержение «тяжкого иноземного ига». В XV-XVI столетии перед Россией стала некая сверхзадача эпохи: «…Создание единого централизованного государства, теснейшим образом связанного с нравственно-религиозным постижением Высшего смысла народного бытия». Тогда были предприняты первые попытки «сформировать универсальный, воистину вселенский пафос Русской Идеи», глубинные, коренные основы русского национального самосознания. XVIII-XIX века стали временем «геополитического становления России», «установление российского контроля над евразийским «сердцем мира». И, наконец, XX век ознаменовался реализацией «советского проекта». В основе его лежала «лежала неутолимая жажда справедливости, от века присущая нашему народу». Показательно, что проект назван именно советским, а не коммунистическим, то есть Зюганов явно отдает предпочтение государственному началу перед идеологическим.

     Все вышеназванные проекты связаны воедино одной, исторической миссией русского народа, которую Зюганов характеризует как освободительную. «Смысл народной жизни, – отмечает Зюганов, – можно сформулировать как непрерывное познание – научное, религиозное, творческое, направленное на раскрытие тайн Мироздания, в котором России Промыслом выделена особая роль, особая миссия, – защищать попранную справедливость, воплощать в несовершенную земную реальность надмировые идеалы Веры и Любви, милосердия и людского братства».

     Таким образом, мы видим, что в основу своей историософской концепции Зюганов ставит идеалистические схему, которая крайне близка к философии Гегеля, согласно которому исторический процесс представляет собой воплощение некоей абсолютной идеи, именуемой «Абсолютным Духом».

     Заменив материализм идеализмом, Зюганов осуществил еще одну замену. Он поставил на место классового и формационного подхода, принятого в марксизме, цивилизационный подход, который практиковали такие, отнюдь не левые мыслители, как Н. Я. Данилевский, К. Н. Леонтьев, А. Тойнби. Россия, согласно зюгановскому подходу, представляет собой особую цивилизацию. Важнейшей ее отличительной чертой является коллективизм и обостренное чувство социальной справедливости. Зюганов утверждает, что традиционная русская идея общины вкупе с православной доктриной соборности оправдывают коллективное владение собственностью, а также принятие решений сообща. Коммунизм, по мнению лидера КПРФ, присущ российскому обществу на протяжении всей его истории.

     Русской (или славянской) цивилизации противостоит западная цивилизация, основанная на капитализме и индивидуализме. Эта цивилизация бездуховна и предполагает грабительскую эксплуатацию. С точки зрения Зюганова, политическая философия Запада прямо вытекает из античного, афинского представления о демократии. Согласно этому представлению, общество должно быть разделено на граждан и рабов. Именно этот подход и характерен для западных демократий. Присущее ему разделение, по Зюганову, является оправданием для «золотого миллиарда», который «свободен от обязательств по отношению к остальному человечеству, а прочие успешно и честно играют свою роль поставляющих ресурсы придатков, хранилищ токсичных отходов и мест для размещения экологически вредных производств». «В этих условиях, – пишет Зюганов, – особое значение приобретает славянская цивилизация в лице Российской империи, ставшей последним противостоянием западному гегемонизму».

     Отказавшись, по сути дела, от основных постулатов марксизма, Зюганов, тем не менее, продолжает апеллировать к классикам данного учения. Особым его почетом пользуется В. И. Ленин, которого лидер КПРФ пытается всячески реабилитировать, сняв ответственность за злоупотребления советского периода. Большевизм, в оптике Зюганова, выступает в качестве патриотического направления, которое спасло Россию от экспансионизма стран Антанты. Он признает, что Ленин отстаивал идею подъема национальных окраин за счет Великороссии. Им даже приводится ленинская цитата: «Нужно возместить так или иначе своим обращением или своими уступками по отношению к инородцу то недоверие, ту подозрительность, те обиды, которые в историческом прошлом нанесены ему правительством «великодержавной» нации. Необходимо неравенство, которое возмещало бы то неравенство, которое складывается в жизни фактически». При этом он оправдывает «вождя мирового пролетариата»: «Ясно, что эта политика обуславливалась совершенно конкретными обстоятельствами места и времени. И она приносила успех, пока соответствовала объективным задачам, пока обстоятельства не изменились. Бездумное продолжение ее и после того, как фактическое неравенство было в основном преодолено, губительно сказалось сначала на судьбе Советского Союза, а затем и самой России».

     Зюганов считает, что все антирусские эксцессы времен большевизма были обусловлены действием космополитического лобби внутри компартии. Типичными представителями этого лобби он объявил Л. Д. Троцкого и Н. И. Бухарина. Что же касается до патриотического направления, то его вождем Зюганов считает И. В. Сталина. Он приводит следующую, весьма характерную сталинскую цитату: «Говорят нам, что нельзя обижать националов. Это совершенно правильно, я согласен с этим, — не надо их обижать. Но создавать из этого новую теорию о том, что надо поставить великорусский пролетариат в положение неравноправного в отношении бывших угнетенных наций, — это значит сказать несообразность».

     Можно констатировать, что общественно-политические взгляды Зюганова находятся в состоянии эволюции. Он сделал серьезный шаг навстречу национальному, государственному социализму. В то же время ему серьезно мешают многие марксистские и примитивно-коллективистские штампы мышления.

Александр Елисеев
Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты