Главная  >  Наука   >  Российская наука   >  Философия права


Правовой идеал Н. Н. Алексеева

11 октября 2007, 979

Среди работ Н. Н. Алексеева - Основы философии права (1924), Религия, право и нравственность (1930), Теория государства (1931), др., в которых он поднимал проблемы взаимоотношения права и нравственности, судеб общественного и правового идеала, естественного и позитивного права, др. Н. Н. Алексеев, будучи одним из основателей государственной теории евразийцев, считал, что на территории России - Евразии лишь сильное государство может организовать эффективную (во всех сферах) жизнь общества.

Идеалы родятся, как продукты иррационального,

и по большей части, смутного стремления к лучшему,

а не как результаты математического подсчета и разумной выкладки.

Алексеев Н. Н.

Среди представителей Московской школы философии права наряду с П. И. Новгородцевым, Е. Н. Трубецким, И. А. Ильиным, Б. П. Вышеславцевым был в начале в. и Н. Н. Алексеев (1879–1964).

Поступив на юридический факультет Московского университета, в 1902 г. за участие в революционной организации Н. Н. Алексеев был приговорен к шести месяцам тюремного заключения. Позже он отправляется в Германию, где продолжает образование. Всеобщая амнистия однако позволила Н. Н. Алексееву вернуться в Россию и закончить университет в 1906 г., а уже в 1908 г. он стал приват-доцентом. В течение трех лет (1908–1910) он проходил стажировку в Германии (Берлин, Гейдельберг) и Франции (Париж), где особое влияние на его мировоззрение оказало неокантианство Марбургской и Баденской школ. Позже неокантианство сменяется у Н. Н. Алексеева увлечением феноменологией Э. Гуссерля (Бернацкий Г. Г., Соболев В. Г. Николай Николаевич Алексеев//Алексеев Н.Н. Основы философии права. СПб., 1999. С.8–9). Магистерская диссертация Н. Н. Алексеева - как итог философско-правовых исследований в европейских университетах - Науки общественные и естественные в историческом взаимоотношении их методов была защищена им в 1911 г., а с 1912 г. по 1917 гг. он преподавал в Московском университете уже в качестве профессора права.

Сотрудничая с Временным правительством и белым движением, Н. Н. Алексеев с утверждением Советской власти в 1920 г. эмигрирует в Европу. С 1922 по 1931 г. он сотрудничает с Русским университетом Праги и Русским научным институтом в Берлине.

С 1931 по 1940 г. Н. Н. Алексеев преподает на Русских юридических курсах Сорбонны, а позже переезжает в Белград, где участвует в Движении сопротивления. Последний период своей жизни (1948–1964) Н. Н. Алексеев проводит в Женеве (там же. С.9–10).

Среди работ Н. Н. Алексеева - Основы философии права (1924), Религия, право и нравственность (1930), Теория государства (1931), др., в которых он поднимал проблемы взаимоотношения права и нравственности, судеб общественного и правового идеала, естественного и позитивного права, др. Н. Н. Алексеев, будучи одним из основателей государственной теории евразийцев, считал, что на территории России - Евразии лишь сильное государство может организовать эффективную (во всех сферах) жизнь общества. При этом основными началами общественной жизни в Евразии он считал аристократическое и демократическое. Отрицая социализм, Н. Н. Алексеев считает, что он не решает основной проблемы общества и государства, а именно - не устраняет излишнего расслоения общества.

В евразийский период (1930-е - 1950-е гг.) Н. Н. Алексеев считал государственным идеалом древнерусское государства правды, в котором взаимосвязаны и неотделимы друг от друга право и нравственность, страной управляет культурная элита в интересах народа (там же. С.15).

Рассматривая природу правового идеала, Н. Н. Алексеев видит первым воплощением правового идеала естественное право в трактовке И. Канта. В соответствии с этической теорией естественного права И. Канта естественное право является должным правом, не запечатленным законом, а правовым идеалом. (Алексеев Н. Н. Основы философии права. С.38). Реализация этого идеала в земном мире будет воплощением совершенного порядка. Однако это было не совсем правомерным, считает Н. Н. Алексеев, так как сущее возводилось в должное, что было не совместимо и не обосновано.

Н. Н. Алексеев, будучи сторонником возрожденного естественного права, учеником П. И. Новгородцева, выходит, по нашему мнению, на новый уровень понимания естественного права, предостерегая от примитивного отождествления естественного права с началами натуральности и естественности. Он призывает к преодолению естественного права при полном признании недостаточности юридического позитивизма и переключению внимания на проблему значимости, эйдетического смысла, которая стала одной из ведущих в послекантовской философии. (там же. С.39).

Как отмечал Н. Н. Алексеев: Выход из условности положительно-правовых установлений должен быть найден не в учении о естественных элементах права, но в объективной структуре или эйдетической сущности правового логоса (там же. С.40). То есть Н. Н. Алексеев считает насущным не утверждение естественной природы права и приоритета естественного права над положительным, а понимание общественной значимости основ прав, права как фундамента общества и государства. И этот вывод был актуален для российского менталитета, в котором были сильны тенденции правового аскетизма.

В настоящее время, отмечает Н. Н. Алексеев, философия права переживает кризис, выражающийся в удалении из нее всяких элементов научности и отождествления ее с искусством создавать социальные идеалы. Однако нельзя допустить, чтобы философия права стала создавать идеалы как продукты иррационального, как акт веры. Поэтому необходимо создавать и исследовать идеалы, в частности правовые идеалы, с точки зрения метафизического и феноменологического подходов. Познание идеалов, их структуры и элементов не может происходить путем провозглашения и проповеди, а должно решаться феноменологически, то есть путем адекватного описания тех данностей, которые наблюдаются в подлежащем изучению предмете (там же. С.46). Это предполагало использование феноменологического метода - метода дескрипции, т.е. описания способов полагания смысла, поиска лучших и совершенных способов, а не концентрации мысли на обеспечении причинности используемых смыслов.

Поддерживая в определенной степени этическое и кантовское понимание естественного права, Н. Н. Алексеев считает высшей ценностью эмпирического человека, а высшей правовой ценностью человеческую личность, которая в структуре права (субъект, правовые ценности, правовое отношение ценностей) занимает первое место как носитель обнаруживающихся в праве ценностей.

Утверждение личности как высшей правовой ценности было актуально в первой четверти ХХ в., так как достаточно много философско-правовых теорий в истории права и праве того времени рассматривало человека как абстрактную категорию. Корни подобного абстрагирования уходят вглубь веков и приводят к Платону, понимавшему человеческую душу как часть души государства, которая в свою очередь предстает мировой душой. И только в слиянии с совокупностью человек приобретает свою душу, становясь индивидуумом идеи. (там же. С.80). Теория подобных юридических конструкций или юридических фикций была позже развита представителем неокантианства Г. Когеном, для которого человек одновременно является элементом и единичного и множественного, т.е. совокупности.

Подобное же понимание человек было представлено в концепции Г. Кельзена, рассматривавшего лицо не фактическим, а чисто нормативным понятием.

В противовес позитивистским теориям Н. Н. Алексеев выступал с естественно-правовых позиций, основанных на ценностном подходе. Именно ценностный, аксиологический подход стал отличительной особенностью нового этапа философии права - конца XIX в. - первой четверти ХХ в. и нового этапа - радикально-демократического, нового либерализма.

Н. Н. Алексеев предостерегает от опасности пренебрежения личностью как правовой ценностью. Ибо, хотя в реальной жизни постоянно в качестве имперсональных ценностей выступают сверхличные ценности, цели, интересы, тем не менее, реальными деятелями в ней все же остаются люди (там же. С.95).

Так, в истории России, по нашему мнению, в качестве имперсональных ценностей выдвигались единство царя и народа, централизация государства, приоритет патриархальной самодержавной власти, соборность, народность, др., что стало в современной интерпретации ХХ в. архетипами советской культуры. Все эти ценности способствовали утверждению патриархальной, а позже патриархально-коммунистической культуры, формированию полицейского государства и вытесняли любые либеральные попытки личностного подхода. Человек рассматривался в государственной политике Российской и Советской империи как часть совокупного целого, составляющая не столько духовные, сколько материальные ресурсы государства.

Многие ценности мировой культуры универсального значения были лишены в советской и императорской России права на существование, что, несомненно, обедняло российскую культуру. Аксиологический подход, проводимый в философии права и политической философии либеральными представителями русской мысли, не стал, однако, определяющим развитие науки и исторического процесса.

Именно, в России как ни в какой другой стране, сама идея ценности в западноевропейском смысле этого слова подвергалась сомнению (там же. С.101). Если ценности западноевропейской мысли - это прежде всего суть состояния добродетелей (состояние героизма, святости), суть блага (блага порядка, культуры, цивилизации), воплощающие идею совершенства, то идеалом русского нравственного сознания считалось уродство или юродство, в проявлениях которого абсолютизировались эмпирическая слабость, бренность бытия. Подобную черту российского менталитета Н. Н. Алексеев объяснял тем, что русские более радикальны, нежели Ницше и у нас речь идет не о переоценке всех ценностей, а о выходе за пределы самой идеи ценности. Ибо путь достижения абсолютного есть путь открытия метафизической бездны, путь соприкосновения с беспредельным. Бездна души должна встретиться с бездной мира. Отсюда проистекают известные в русском философском сознании изображения душевной стихии человека, как стихии хаотической (там же. С.102), проявляющейся в душевной трагедии русского человека, смысл жизни которого, как мы видим, обязательно должен соприкоснуться со смыслом существования мира и всего человечества.

Одним из первых, кто в русской мысли поднял проблему самосохранения русской хаотической души, ищущей духовного очищения и освобождения был Ф.М. Достоевский, открывший в русском национальном характере не только силы саморазрушения, но и потенциал самоспасения.

Н. Н. Алексеев, развивая в русской мысли идеи персонализма, понимал личность как единство обладающих смыслом актов, деятеля, высшую правовую ценность. И только правовой порядок, основанный на подобном ценностном подходе, может быть воплощением идеи справедливости. А правовой порядок, предполагающий отрицание степеней ценностей и вменение каждому равное, провозглашающий принцип уравнительности, искажает саму идею справедливости.

В трактовке сути, характера общественного, правового идеала Н. Н. Алексеев развивал идеи П.И. Новгородцева, отрицавшего модели конечного, совершенного мира, утопии земного рая. Также как Новгородцев, Н. Н. Алексеев предлагал отказаться от свойственного учению о правовом идеале утопизма и обратиться к здоровому реализму, предполагающему указание путей и средств, улучшающих любой правопорядок. При этом необходимо учитывать, что это улучшение должно иметь своей целью искоренение, излечение общественных болезней, но не стремление к земному раю.

Нужно отказаться от утопических общественных и правовых идеалов типа царства лиц, как целей или сообщества людей доброй воли Штаммлера, или свободного универсализма (там же. С.220).

Правовой идеал в отличие от нравственного, религиозного предполагает конкретное описание опыта, необходимого для построения права на началах правды и справедливости. Тем самым мы видим, что Н. Н. Алексеев считает правовой идеал вполне реальной моделью, стремящейся к совершенному праву. Условия формирования совершенного права в его трактовке следующие:

1) усовершенствование права должно начаться с усовершенствования субъекта права, обеспечения ему здоровой и нормальной деятельности, формирования у него здорового правосознания, порождением которого будут нормальные и здоровые учреждения и институты положительного права. При этом духовность субъекта обеспечивает и духовный характер правовых установлений, образующих в целом образцовый и совершенный, реально действующий правопорядок;

2) утверждение фактических правовых ценностей, среди которых ведущей является справедливость;

3) правовая тактика или правовая политика как искусство реализации ценностей, задачей которого является познание путей воплощения ценностей или одухотворения правовой жизни (там же. С.223).

В результате реализации подобных условий будет достигнут справедливый правопорядок, в котором будут обоснованы права и обязанности членов общества. Справедливый правопорядок есть единственно возможное, нормальное и здоровое состояние права. Всякий правовой организм нормально должен быть справедливым, и в нем должен ... присутствовать правовой идеал; (там же. С.224). Однако, предупреждал Н. Н. Алексеев, не нужно стремиться к возвышению условий совершенствования права до полной духовности, так как это приведет к неосуществимости правового идеала.

Кроме этого условием формирования правового идеала является и совершенная правовая техника, особенно в отношении техники писанного права, в основе которого должен лежать справедливый, отвечающий потребностям времени, необходимый, полезный, очевидный, установленный для блага гражданского общества закон.

Опасной тенденцией своего времени Н. Н. Алексеев считал отождествление различных по сути идеалов - правовых, политических, общественных, в связи с чем и философия права (часто именуемая наукой о правовых идеалах) отождествляется с политической, государственной и социальной философией (там же. С.200).

Причиной подобного отождествления стало признание правового государства идеальной моделью многих концепций совершенного устройства мира. Панацеей от социальных и политических потрясений признавались личные права, юридические гарантии, а философия права становилась общественной наукой. С одной стороны Н. Н. Алексеев видит в этом позитивную сторону, заключающуюся в признании права как необходимого элемента общественных явлений, регулирующей формы общественных отношений. Но с другой стороны он видит здесь и ошибочное сужение общественных явлений до явлений правового регулирования, в то время как общественная жизнь включает в себя несколько стихий - витальную (проявления органических сил жизни), духовную, природную. Поэтому отказываясь от абсолютизации права, правового идеала, Н. Н. Алексеев считает, что ему всегда должен сопутствовать нравственный идеал, и политический идеал должен включать в себя правовой и нравственный идеалы.

Таким образом Н. Н. Алексеев подчеркивает неизбежную взаимосвязь, взаимовлияние в обществе права и нравственности. В целом, изучив философско-правовое наследие Н. Н. Алексеева, можно сделать следующие выводы:

1) Н. Н. Алексеев выявляет опасные тенденции в общественной и политической жизни государства, предостерегая от понимания права как единственного регулятора общественных и политических отношений;

2) Н. Н. Алексеев считает возможной и необходимой апелляцию к естественно-правовому подходу в философии права, однако при условии отказа от отождествления естественного права с началами вечности, натуральности, отказа от понимания естественного права как должного для права положительного;

3) используя аксиологический и персоналистический подход, Н. Н. Алексеев опровергает первоочередность для общества и государства имперсональных, сверхперсональных ценностей, утверждая в качестве высшей правовой ценности человеческую личность;

4) истинное понимание личности он отграничивает от крайностей индивидуализма (выражающихся в эмоционализме психологической теории права Л. И. Петражицкого) и коллективизма (предполагающего рассмотрение человека только как элемента совокупного целого);

5) используя феноменологический подход, Н. Н. Алексеев рассматривает правовой идеал не как проповедь совершенного устройства, земного рая, а как поиск и адекватное описание реальных условий обеспечения справедливого правопорядка, в котором будут обоснованы и гарантированы права, свободы и обязанности граждан;

6) выходом из кризиса науки, в частности философии права в настоящее время, он видит утверждение в качестве основных, высших ценностей личности и справедливости, утверждение иерархии ценностей в обществе, что будет способствовать отказу от крайностей в отношении права - либо в пользу абсолютизации права и рассмотрения его как самоцели, либо до низведения права до ничтожного элемента общества и государства.

С.И. Глушкова София: Рукописный журнал Общества ревнителей русской философии
Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты