Главная  >  Война   >  Оружие   >  Военно-морской флот   >  Флот СССР


Мятеж на "Сторожевом

11 октября 2007, 75

В этом году исполняется 30 лет со дня восстания на большом противолодочном корабле "Сторожевой" Балтийского флота под руководством заместителя командира по политчасти капитана 3 ранга Валерия Саблина, расстрелянного 3 августа 1976 года.

В этом году исполняется 30 лет со дня восстания на большом противолодочном корабле "Сторожевой" Балтийского флота под руководством заместителя командира по политчасти капитана 3 ранга Валерия Саблина, расстрелянного 3 августа 1976 года.

В воскресенье, 9 ноября 1975 года, когда заканчивались торжества по поводу очередной годовщины Октябрьской революции, на кораблях и в частях Рижского военно-морского гарнизона была неожиданно объявлена боевая тревога. Подъем личного состава по боевой тревоге - событие, само по себе, ординарное. Необычным показалось то, что боевая тревога не была учебной, что объявлена она в дни большого государственного праздника. Особо настораживало отсутствие в течение длительного времени какой-либо официальной информации от командования гарнизона. Но, как говорится, "шила в мешке не утаишь".

Стало известно, что в гарнизоне произошло чрезвычайное происшествие (ЧП). Во втором часу ночи 9 ноября большой противолодочный корабль (БПК) "Сторожевой", прибывший в Ригу из Балтийска для участия в праздничном военно-морском параде, самостоятельно, без разрешения оперативной службы Балтийского флота, покинул парадный строй кораблей на реке Даугава, снялся со швартовых бочек, вышел в Рижский залив и лег на курс, ведущий через Ирбенский пролив в открытую часть Балтийского моря.

Оперативной службе и командованию флота информация о ЧП поступила незадолго до отхода корабля. Одному из офицеров "Сторожевого", старшему лейтенанту В.Фирсову, незаметно для вахтенной службы по швартовому тросу удалось перебраться на якорную бочку, а оттуда - на стоящую рядом подводную лодку. То, о чем сообщил Фирсов, настолько не укладывалось в привычные нормы сознания, что трудно было поверить: на "Сторожевом" - восстание личного состава, и возглавляет его замполит корабля, капитан 3 ранга Саблин Валерий Михайлович. Командир корабля, капитан 2 ранга А.Потульный обманным путем изолирован в гидроакустическом отсеке, и у люка выставлена охрана, осуществлять которую поручили матросу А.Шеину.

При выходе корабля в Рижский залив была установлена и непрерывно поддерживалась радиосвязь с Главным штабом Военно-морского флота СССР. В первом же донесении, адресованном Главнокомандующему ВМФ СССР, адмиралу флота С. Горшкову

Саблин доложил, что члены экипажа " Сторожевого" не являются изменниками родины, что корабль следует в Ленинград с единственной целью - потребовать от руководства страны предоставить им возможность выступить по телевидению с обращением, в котором будет изложена программа справедливого переустройства советского общества.

Приблизительно такого же содержания был ответный семафор "Сторожевого" на запрос кораблей пограничной охраны, несших службу в этом районе. Командир бригады пограничных сторожевых кораблей, капитан 1-го ранга А.Найперт немедленно передал донесение командующему Прибалтийским пограничным округом КГБ СССР, генерал-лейтенанту К.Секретареву. От него последовал приказ пограничным кораблям: "Немедленно открыть огонь на поражение и уничтожить корабль". Пограничные сторожевые корабли продолжали сопровождение нарушителя, а командир бригады нашел в себе силы и мужество, не пошел на сделку с совестью и приказ своего командующего не выполнил. Спустя неделю капитан 1-го ранга А.Нейперт был отстранен от командования бригадой и уволен из рядов ВМФ.

В праздничном парадном строю со "Сторожевым" находился сторожевой корабль (СКР), на борт которого был экстренно вызван старший морской начальник гарнизона Риги, контр-адмирал И.Вереникин. Он получил приказ от командующего Балтийским флотом, вице-адмирала Косова немедленно выйти в море, догнать и любыми средствами остановить мятежный корабль. Одновременно командующий Балтийским флотом с целью перехвата "Сторожевого" направил из Лиепаи в район Ирбенского пролива ударную группу кораблей в составе одного СКР, двух ракетных и трех малых противолодочных кораблей.

Между тем, запущенный механизм оперативного оповещения продолжал интенсивно работать. Сигнал о ЧП поступил на командные пункты Прибалтийского военного округа и 30-й воздушной армии, оттуда - на КП командующего ВВС страны, Главного маршала авиации Кутахова и на Главный командный пункт Советской Армии, министру обороны маршалу Гречко.

Наконец, информация о мятежном корабле стала достоянием дежурного генерала при генсеке ЦК, Председателе Совета обороны Л.И.Брежневе.

"Миролюбивый" генсек недолго размышлял над докладом дежурного генерала. Буквально через несколько минут от него поступил приказ: "Разбомбить и потопить корабль".

В воздух были подняты несколько звеньев самолетов ЯК-28, дислоцировавшихся на военном аэродроме под Тукумсом (Латвия) и МИГи истребительного полка, базировавшегося на аэродроме Румбула в Риге.

На рассвете 9 ноября самолеты ЯК-28 нанесли по "Сторожевому" удар 250-килограммовыми фугасными бомбами, одна из которых попала в корму, выведя из строя рулевое устройство и винт. Корабль потерял ход, перестал слушаться руля и остановился.

В возникшей на корабле суматохе из-под стражи удалось освободиться командиру корабля Потульному, который взбежал по трапу на мостик и выстрелом из пистолета ранил в ногу Саблина. Кстати, это был единственный случай применения огнестрельного оружия на борту "Сторожевого". Не дав никому опомниться, на корабль высадилась вооруженная до зубов группа захвата, наспех сформированная из морских пехотинцев.

Никакого вооруженного сопротивления со стороны экипажа "Сторожевого" спецназу оказано не было. Корабль отбуксировали на якорную стоянку у полуострова Сырве, южной оконечности острова Саарема, где был снят с борта и арестован весь экипаж "Сторожевого". Раненному и закованному в массивные наручники Саблину помогали сойти с борта корабля двое матросов, один из которых, обратившись к присутствующим, сказал: "Запомните его на всю жизнь. Это настоящий командир, настоящий офицер советского флота!" Произнесены эти слова были совсем негромко, но в той траурной тишине его голос прозвучал как заклинание.

Группу организаторов восстания (12 членов экипажа) доставили в Латвийский КГБ, где в присутствии прибывших в Ригу членов специально созданной правительственной комиссии, которую возглавлял Главком ВМФ СССР С.Горшков, состоялся первый допрос. На следующее утро на двух самолетах АН-24 все они были отправлены в Москву и помещены в Лефортово. Остальных членов экипажа заключили под стражу в Ворошиловских казармах на окраине Риги и перед расформированием подвергли длительной обработке, которую поручили "спецам" из КГБ.

По долгу службы мне довелось участвовать в восстановлении навигационной прокладки курсов, какими шел "Сторожевой" до места, где был остановлен бомбовым ударом авиации. Для специалистов, знакомых с навигационной обстановкой в этом районе, не составило большого труда доказать всю несостоятельность бредовой "утки", которую инициировали компетентные органы, настойчиво утверждавшие о попытке Саблина и его сообщников угнать корабль в Швецию. Так "органы" пытались отвлечь общественность от истинных событий на "Сторожевом" и дать повод нацепить на Саблина ярлык предателя и изменника Родины - естественно, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Обыватель проглотил эту кагебистскую "утку", учитывая, что у всего личного состава кораблей и частей гарнизона была взята персональная подписка о ее неразглашении.

Неудачей закончилась попытка сдобрить эту "утку" сионистской приправой (сознательно исказив фамилию ближайшего сподвижника Саблина, матроса Шеина, назвав его Шейн). Среди личного состава корабля не было ни одного "лица еврейской национальности".

Так, если коротко, выглядела хроника тех событий.

Кто же он такой, Валерий Саблин, сумевший задолго до перестроечных горбачевских времен, в разгар брежневской "эпохи развитого социализма" не только распознать гнилость советской системы, но и поднять на борьбу с ней практически весь личный состав боевого корабля (без малого 200 человек), продемонстрировав ценой своей жизни неугасшие традиции российского флота?

Валерий Михайлович Саблин родился в январе 1939 года в семье потомственных военных моряков. Прадед его погиб в 1914 году на крейсере "Паллада".

Дед служил на Балтике, отец начал службу в военно-морском флоте задолго до войны, затем воевал и завершил службу в звании капитан 1-го ранга. Валерий окончил Высшее военно-морское училище им.Фрунзе, а в 1973 году с отличием закончил Военно-политическую академию им. Ленина и был назначен замполитом на БПК "Сторожевой". Хотя Саблин прошел традиционную школу советской и армейской воспитательной системы, он, по словам друзей и сослуживцев, слыл человеком незаурядным, исключительно честным и порядочным. Заметно выделялся из не особо чтимой в офицерской среде когорты замполитов своей эрудицией, внимательным и добрым отношением к подчиненным, способностью критически мыслить и нетерпимостью к ставшим нормой жизни всего общества лицемерию и лжи. Учеба в академии утвердила слушателя Саблина в мысли, что в непреодолимой пропасти, разделяющей теорию и практику социалистического строительства, повинен обюрократившийся партаппарат, беззастенчиво узурпировавший всю власть в стране. С этого времени идея борьбы с партократией становится его жизненным кредо.

В Корабельном уставе ВМФ СССР тех лет было определено, что палуба любого советского корабля, где бы он ни находился, является частью территории страны. И Саблин решает объявить "Сторожевой" свободной и независимой от государственных и партийных органов территорией и обратиться к народу с призывом о начале революционной борьбы с выродившейся системой. Наиболее подходящим местом для выступления Саблин избирает Кронштадтский рейд, прославивший российский флот боевыми и революционными традициями. Вот туда и направлялся мятежный корабль, покинув строгий порядок парадного строя в Риге.

Авторитетного замполита поддержал практически весь личный состав корабля, единодушно одобрив текст подготовленного им обращения к советскому народу. Обращение было записано на магнитофонную пленку и непрерывно передавалось по корабельной трансляции. Оно предварялось призывом "Всем, всем, всем!", а суть его четко выражена в одном из абзацев : "Нет смысла доказывать, что в настоящее время слуги общества уже превратились в господ над обществом. На этот счет каждый имеет не один пример из жизни. Мы наблюдаем игру в формальный парламентаризм при выборах в советские органы и в исполнении Советами своих обязанностей. Практически судьба всего народа находится в руках избранной элиты в лице Политбюро ЦК КПСС...".

Не суждено было российскому народу услышать обращение Саблина. Лишь 15 лет спустя оно могло стать программой борьбы за демократию, знамя которой, к сожалению, оказалось не в руках Саблиных, а им лихо воспользовалась и до сих пользуется выползшая из аппаратных иерархических щелей всё та же советская партократия.

Кремлевские вожди расправились с организаторами мятежа с чудовищной жестокостью. Капитан 3-го ранга Валерий Саблин по приговору Военной коллегии Верховного суда СССР от 13 июля 1976 года был приговорен к смертной казни - расстрелу. Лаконичным было его последнее слово в суде. Он не просил о пощаде, не обещал своим трудом искупить вину. Вот его слова: "Я люблю жизнь. У меня есть семья, сын, которому нужен отец. Всё".

Приговор обжалованию и опротестованию не подлежал. 3 августа 1976 года приговор был приведен в исполнение. Только спустя полгода о его смерти были извещены родные - когда уже не было в живых преждевременно скончавшегося отца, когда была прикована к постели смертельно больная мать.

К восьми годам лишения свободы приговорили матроса Александра Шеина, полностью отбывшего свой срок. Не избежали репрессий многие офицеры Рижского военно-морского гарнизона, имевшие отношение (чаще всего косвенное) к описываемым событиям: они были досрочно уволены из состава ВМФ без выходных пособий и пенсий.

Михаил МАРГОЛИН, Черри Хилл,
Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты