Главная  >  Общество   >  Социализация


О важности воспитания в детях христианского отношения к миру и своему служению в нем. Беседа со священником Артемием Владимировым, а так же с педагогом и психологом Евгением Куниным (ч.2)

11 октября 2007, 11

     Отец Артемий: “Православное образование призвано не только научать, но и ограждать. Как священник и педагог я убежден, что верно поступают те родители, которые отдают своего ребенка в православную школу или детский сад. Ибо дух времени, дух растления захватывает государственную школу теперь уже и в организованном, официальном порядке. Не будучи в силах остановить зло православные родители и педагоги объединяются для того, чтобы сохранить хотя бы отдельные островки христианской чистоты и целомудрия – школы, в которых взрослые не выливали бы на головы детей той пошлости, которой и без того переполнены улицы городов и сердца людей. А именно эту грязь, облеченную в красивую обертку и обоснованную “с научной точки зрения”, собирается включить в обязательный школьный курс школы Министерство образования России. Я имею ввиду программу “сексуального воспитания”, внедряемую ныне у нас при пособничестве российского филиала известной во всем мире антихристианской организации “Международная ассоциация “Планирование семьи”. Давайте посмотрим, каков на сей счет опыт других стран и прежде всего опыт Америки, ибо наши министерства, судя по всему, стремятся во всем быть на уровне высоких американских стандартов.

     

      По свидетельству специалистов-социологов, американская государственная школа погибла и погибла окончательно. Люди (не только верующие) употребляют все усилия, только бы не отдавать своих детей и внуков в государственные школы и учить их в частных.

     

      80-85% школьников, заканчивающих обучение, испытывают значительные трудности в осмыслении отрывка литературного текста на английском языке. Те же самые трудности по отношению к техническому тексту испытывают еще большее число юных американцев – около 90%. Отчего это происходит? Не только оттого, что учителя бесталанны, но прежде всего из-за падения нравственной атмосферы в школах, которая полностью зависит от программы сексуального образования, практикующейся с самых младших классов.

     

      Мало того, сексуальное “просвещение” малолетних, целями которого декларировалась война с подростковыми абортами и венерическими заболеваниями, не достигла даже самой прямой своей цели. На начало 70-х годов (время введения сексологических курсов в школе) приходится чудовищный всплеск этих печальных показателей. Усилившийся интерес к половым вопросам также привел к другим негативным последствиям – значительному росту изнасилований, совершенных подростками.

     

      Европа, к сожалению, в этом отношении довольно близка к Америке, ибо и во Франции, и в Голландии, и в Дании дети 2-3х классов просто обязаны посещать уроки, на которых дипломированные развратники с помощью муляжей, видеофильмов и изобразительных средств учат детей, что нужно делать, чтобы превратить секс в “безопасное удовольствие”, не предполагающее никакой ответственности ни перед Богом, ни перед своим, с позволения сказать, партнером.

     

      Как видим, православным в России сегодня есть чего опасаться. Первейшая задача родителя и педагога – предохранить дитя от курения, мата и разврата, способствовать его нравственному выживанию в современных условиях. Поэтому нельзя не приветствовать тех родителей и детей, которые ориентированы на православные учебные заведения. Разумеется, в своих ограждающих подходах взрослые должны иметь известную педагогическую меру. Важно не уклониться ни в чрезмерную опеку, ни в неоправданный либерализм.

     

      Безусловно, сейчас трудно учить и еще труднее учиться. Молодежи усиленно навязываются совсем другие идеалы и кумиры: супермены и мафиози. На место христианских добродетелей приходят авантюризм, грубая сила и ловкость рук. Как никогда унижен человек труда, человек творческой мысли. Новая идеология, пришедшая к нам с Запада, кажется, совершенно не включает в себя положительные созидательные ценности. Тем не менее, мы должны найти способы противостоять внедрению в души детей вирусов торгашества и делячества. Вот почему сегодня православные стараются привить своим детям вкус к ценностям родной истории и культуры. В этом смысле хорошие результаты дает углубленное изучение русской словесности, церковнославянского языка, прочих древних языков, родиноведения и расширенных курсов отечественной истории.

     

      Нельзя также забывать, что дитя – это все же суверенное существо, почтенное Богом даром свободы, и, как бы того ни хотели родители, нельзя программировать дитя на путь преподобного Серафима или преподобного Сергия. Здесь легко “перегнуть палку” и добить противоположного результата. Особенно этого следует опасаться сегодня, когда родители, зачастую новоначальные христиане, троцкистскими и большевистскими ухватками думают взрастить православных детей. Главное в обретении веры ребенком – вовсе не богословское семинарское образование, но общесемейная атмосфера благоговения перед Святыней, уважительное отношение отца и матери друг к другу, ощущение живой связи с Церковью, особенно – в воскресные и праздничные дни, непрестанная молитва родителей за детей. Дети, погруженные в эту благотворную воспитательную среду, формируются как настоящие личности, они обязательно определятся в своих склонностях, интересах и призвании, и родители не постыдятся, на кого бы они ни решили выучиться: на инженера, бухгалтера или врача.

     

      Готовя ребенка к выходу в самостоятельную жизнь, нужно научить детей способности отделять пшеницу от плевел и различать свои помыслы, оценивать с духовной точки зрения те события и явления современной жизни, с которыми им неизбежно придется столкнуться. Ведь знание об этих вопросах и составляет главное сокровище Православия. Мне, как преподавателю и духовнику классической православной гимназии “Радонеж”, одной из первых московских гимназий, очень отрадно было встретить такой навык в тех выпускниках гимназии, которые по ее окончании стали студентами светских московских ВУЗов. Многие из них вовсе не отличались благочестием в старших классах, но ныне, делясь своими нынешними студенческими впечатлениями, все они отмечают, что главный итог обучения в гимназии – это умение разбираться в людях и идеях, умение увидеть уклонение от истины в том учебном материале, которые предлагают им их нынешние педагоги, увидеть заблуждение, ложь, подмену. Они оказались способными избежать того множества ловушек, которые расставляет мир человеку, непросвещенному верой. Вот это, я думаю, главная задача воспитания – не ограничивать детей на каждом шагу и запрещать делать все, что не по нраву взрослым, но сообщить им импульс живой веры, заронить в их сердца огонек смысла, огонек разума, чтобы они пронесли по своей жизни как главное свое достояние свечу веры, возженную руками педагогов и родителей”.

     Какие бы вы могли дать рекомендации по выбору православным юношей или девушкой своей будущей профессии?

     Отец Артемий: “Разумеется, в современном мире существуют области или, как сегодня говорят, “сферы рынка”, работать в которых для православных грех. Рэкет, игорный бизнес, мошенничество или блудное сводничество ничего общего не имеют с христианской совестью и заповедями Божиими. Но это, так сказать, крайние случаи, и я верю, что большинству верующих людей никогда не приходится становиться перед таким неприглядным выбором. Сомнения часто возникают по другим, менее ярким поводам: можно ли православному работать за компьютером? Позволительно ли верующему человеку идти работать в банк? В этих вопросах слышится стремление к нравственной чистоте и совершенству, но, увы, к совершенству скорее внешнему, чем внутреннему. Таким образом, многие православные пытаются выразить свою “церковность” – эту личину благочестия, православный антураж, химеру, по выражению святого старца Льва Оптинского.

     

      Если что-либо в силах помешать исполнению нами своего христианского долга, то это вовсе не банк и не компьютер, а только мы сами. Христианам запрещена лихва и ростовщичество, но одно дело, когда человек дает деньги под проценты своему соседу, а совсем другое дело представляют собой безличные банковские финансовые отношения. Для православного не будет грехом работать сотрудником банка или держать свои деньги в сберкассе. Грехом будет совсем иное – недобросовестное исполнение своих служебных обязанностей, повлекшее за собою ущерб для банка и его клиентов, или излишнее упование на свои сбережения в сберкассе как способ устроить свою жизнь без Бога, по своей воле.

     

      Сегодня трудно представить себе бухгалтера, инженера или книгоиздателя (в том числе православного книгоиздателя), без компьютера на рабочем столе. Прежде всего необходимо иметь в виду, чем занимается человек, сидящий за компьютером, а вовсе не отрицать это чудо прогресса как таковое. Огромный вред могут нанести компьютерные игры, но четкое исполнение порученной руководством работы на компьютере для православного не только не предосудительно, но даже честно и всяческой похвалы достойно.

     

      Что же касается профиля работы, то необходимо избегать греха и зараженности сердца страстью, а оставаться честным и порядочным человеком можно, занимаясь самыми разными вещами. Так что, если ваш сын или дочь сделает выбор в пользу светского учебного заведения, само по себе это не страшно. Ничего дурного ни в экономическом, ни в педагогическом, ни в статистическом ВУЗе или техникуме нет. Духовные искушения и опасности могут возникнуть на любом поприще, будь оно светским или церковным. Более важен в этих обстоятельствах не выбор профессиональной стези, но навык обращаться в сложных обстоятельствах за помощью и советом духовника.

     

      Многие православные учебные заведения в последние годы стали заниматься обучением по вполне светским направлениям – историко-филологическому, юридическому, экономическому, экологическому и прочим. И, конечно, самым высоким призванием является священство. Вспомним изречение святого праведного отца Иоанна Кронштадтского: “Если бы мы, священники, были тем, чем нам должно быть, дьяволу бы не было места в наших городах”. Православный пастырь это чудо нашего времени. К сожалению, ныне состояние духовенства не блестяще. Это понятно, ведь оно приходит из мира, и все-таки пастырь, горящий любовью к Богу и людям, сочитающий в себе и духовное, и внешнее земное знание, явяляется одновременно и учителем, и врачом.”

     Евгений Кунин: “Выпускник православной школы, по моему мнению, может избрать для себя любую стезю. Каждому воспитаннику школы (а тем более школы православной) можно пожелать принимать это решение зрело и ответственно, учитывая обнаруженные в себе в процессе учебы Богом данные таланты и способности. Такое обнаружение своего служения и служит основным содержанием предыдущих лет учебы. Это принципиально иной подход, чем традиционный сегодня “выбор профессии”. Здесь происходит не выбор профессии, а выбор способа устроения жизни: жить в сторону Промысла Господня о себе или вопреки этому Промыслу. А когда молодого человека, после девяти или одиннадцати лет урочно-предметного обучения спрашивают, куда он хочет пойти учиться или работать, случается совсем противоположное. В своем отказе от отцовства, что для людей сегодня является повсеместным, выпускник внимает не воле Отца Небесного и не советам более опытных людей, но своему самочинию, принимаемому за самостоятельность. И потом блуждает по жизни. Дипломы, аттестаты и сертификаты должны восприниматься не как цель последующей учебы, но как необходимые условия выхода на реализацию себя в деле социального служения. Если делу, которым ты Господу служишь, способствует титул академика, то почему бы его не иметь. Почему бы не стремиться стать академиком. Если для более полной реализации способностей необходимо выйти из положения рядового рабочего и стать начальником цеха – не след чураться идти “на повышение”. Можно стать и начальником цеха.

     

      Вопрос не в титулах и почестях, а в том, зачем они нужны православному и как он ценностно ориентирован. Считает ли, что награды, деньги, похвалы важны сами по себе или стремится к ним в том случае, если они нужны для более полного исполнения своего социального служения, благословленного Богом и Церковью”.

     Почти сражу же после окончания школы юношам приходится идти в армию. В обществе в целом и в среде православных в частности существует сильное негативное отношение к армейской службе. Можно ли согласиться с мнением о ее пагубности для неокрепшей молодой души, особенно для верующего? Как подготовить юношей к службе в армии?

     Отец Артемий: “Война – суровое дело. Чаще всего в истории она бывала порождаема греховным себялюбием. Но одно дело война захватническая, а другое – освободительная. Христианин по природе воин, и хотя нам заповедано прежде всего духовное оружие, а главные враги наши – страсти и пороки, тем не менее, для христианина должно быть свято все, что относится к мирному благоденственному житию Отечества. Поэтому сегодня, когда Россия раздираема в разные стороны подобно Тришкиному кафтану, когда обостряются смуты и расколы, нам особенно важно воспитывать детей в установке на защиту единства России.

     

      Безусловно, безобразия, творящиеся в нынешней российской армии, совсем не способствуют укреплению обороноспособности страны и поднятию воинского духа. Но православные сегодня имеют некоторое разрешение этой проблемы. Я имею ввиду православные воинские части, расположенные под Сергиевым Посадом и в некоторых других местах. Таким образом, становится возможным, избежав неоправданной жестокости, сохранить саму суть армейской службы, ведь сегодня наше Отечество как никогда ранее нуждается в сознательных и духовных защитниках. Задача защиты России, этой великой православной страны, воспринимается христианством очень органично. Даже те испытания, которые встречает молодой православный, пришедший в армию, имеют для него смысл духовной закалки, поскольку требуют проявления христианских черт его характера: стойкости, терпения, умения нести свой жизненный крест. Но не следует также впадать в обольщение и считать армейскую службу сплошным подвигом. Для многих армейские годы оказываются не под силу. Армия, как и любой экзамен, выявляет огрехи и минусы, а многие подростки в наше время настолько изнежены и распущены своими родителями, что служба в армии может обернуться для них очень плачевными физическими и душевными последствиями.”

     Евгений Кунин: “Главная черта предармейской подготовки детей – ее ненарочитость. Знаете, если мы ограничимся высокими словами о долге перед Отечеством, станем расписывать перед ними армейский героизм, такая “подготовка” может послужить будущим воинам не на пользу, а во вред: 18-летнему юноше очень сложно будет усмотреть что-то возвышенно-героическое за каждодневными построениями и рутинными хозяйственными работами. С ним может произойти срыв, подобный тем, которые происходили с романтически настроенными студентами-медиками или геологами после производственной практики в больнице или в геологической партии. Столкнувшись с реалиями своей будущей работы, они нередко приходили в состояние настоящего шока и наотрез отказывались учиться дальше.

     

      И все же служба в армии способна занять особое место в становлении юноши. Именно после призыва в армию для выпускника православной школы наступает тот момент, когда он встречается с миром и получает возможность применить на практике знания и навыки, приобретенные раньше. Армия – это олицетворение нашего мира, зачастую его усугубленное карикатурное изображение. Так что, если эти навыки у молодого человека имеются, армия становится особым моментом, в который гораздо проще определиться в своей нравственной позиции. Армия ставит все точки над “i”. Здесь понятно, кто есть кто. Здесь нет тех множественных компромиссов между добром и злом, которыми изобилует жизнь “на гражданке”.

     

      Развитие в детях все тех же базовых навыков и умений взаимодействовать с людьми, делать общее дело, быть в подчинении, уповать на Бога, просить о помощи свыше – в этом и должна состоять православная предармейская подготовка. Здесь хорошо помогают выезды в летний лагерь, походы и экспедиции. В их программу легко включить длительные пешие переходы, общие бытовые дела, которые развивают выносливость и взаимовыручку. Дети учатся быть вместе, совершать действие сообща, помогать друг другу.

     

      Установка на армию также способна значительно помочь взрослым в их воспитательной работе. Ожидание скорого ухода в армию заставляет ребят собраться. Если молодой человек имеет в виду, что через 2-3 года ему придется встретиться со значительными трудностями, уже одно это сознание побуждает его тщательнее трудиться над собой. Так что в целом я оценил бы воспитательную роль службы в армии как положительную.

     

      Другое дело, что это серьезное испытание оказывается по плечу далеко не всем юношам. Армия полезна не сама по себе. Служба идет на пользу тому, кто способен из нее эту пользу извлечь. Многие молодые люди и в 18 лет остаются совершенно инфантильными существами, по своей социальной зрелости едва дотягивающими до 10-12 летнего уровня. Для таких армия – катастрофа. Именно такие юноши, попадая в армию, нравственно ломаются и доходят до любых крайностей, вплоть до самоубийства. Их просто нельзя брать в армию. Никакие они не защитники – они не способны никого защищать. Общество должно представлять им выбор: служба в армии или иная социальная работа”.

     Вами была высказана мысль об ответственности православных за происходящее сегодня в России. Как понимать эту ответственность? У руля государства находятся люди далеко нецерковные, к позиции Церкви и мнению верующих прислушиваются мало. Какой взгляд на политику и участие в ней должны иметь православные? Какое отношение к политике прививать детям?

     Евгений Кунин: “Беда не в политике, а в политиках. Давайте, наконец, снимем вуаль с этих понятий и честно признаемся себе: политики – это просто государственные чиновники, а сама политика – это не какая-то загадочная и постоянно флиртующая дама, а всего лишь государственная служба. А там, где служба, там есть служащие, то есть вполне земные люди, к которым могут и должны быть применяемы понятия чести, долга, ответственности. Неумение же служить, сотрудничать, отзываться на нужду являются сегодня, как мы уже говорили, общим явлением. Те же беды и среди политиков. Внутренняя несостоятельность и инфантилизм этих “беспризорников” существенно усугубляют нынешний социальный кризис в России. Любая область общественной жизни: политика, промышленность, ремесло, искусство, наука сегодня испытывают острый дефицит в ответственных решениях. А основы этого закладываются в школе, которая не хочет заботиться о том, чтобы знания не были голой абстракцией и обеспечивались практическим опытом детей.

     

      Воспитывать детей в политическом отношении, с моей точки зрения, вовсе не означает проводить для них ежедневные политинформации, рекомендовать читать или не читать определенные газеты или ориентировать их в пользу какой-то из политических партий. Это значит готовить к жизни новое поколение людей, способных в силу своих профессиональных, нравственных и духовных качеств занять в будущем любые, даже самые высокие должности и посты и, находясь на них, проявлять себя самым ответственным и нравственным образом”.

     Отец Артемий: “Наша православная вера неразрывно связана с судьбами нашего Отечества. И хотя христианин безусловно должен более принадлежать небу, нежели земле, все же нам должно помнить, что наша Родина, некогда именовавшаяся Святой Русью, а ныне Россией, была собираема Самим Господом и Его Пречистой Матерью в единую державу, а собирателями ее были не только князья и цари, но и преподобные угодники Божии, такие, как святой Сергий Радонежский и святой Иосиф Волоцкий. Христианство рассматривает нашу земную жизнь как подготовку к жизни вечной. Следовательно, наши гражданские добродетели можно рассматривать, как лучшую школу для возрастания к духовному совершенству, заповеданному и осуществленному Христом. Православный христианин менее всего космополит, гражданин Вселенной. Умея любить всех, сострадать ко всему человечеству, православный ощущает себя причастным к своей национальной культуре, чувствует себя чадом своей земли, которая его породила, вскормила и воспитала.

     

      Сегодня мы живем в жестокое сложное время, когда крушатся все идеалы, все нравственные устои, когда на пьедестал человеческой алчностью и корыстью возведен золотой телец – жалкий кумир жалких людей. Мы живем в такое время, когда все люди, независимо от их политической ориентации, в личном плане разделены на два лагеря: создателей и разрушителей. Лагерь тех, кто хочет сохранить порядок в обществе и сам руководствуется порядочностью и совестью в отношении к другим людям и стране в целом, и лагерь тех, кто расшатывает, растаскивает, добивает страну, руководствуясь помыслами сребролюбия. Время тяжкое, ибо дело воспитания не может до конца осуществляться без прочных нравственных идеалов в обществе, без положительного героя, без предпочтения общего личному. Вот почему многие учителя и родители, которые еще совсем недавно были советскими людьми и твердо знали, во что верить, сегодня находятся в состоянии растерянности и неуверенности. Они не знают, чему и с помощью чего учить детей.

     

      Не таков должен быть фундамент жизни верующего человека. Эпохи, взгляды на политику, моды могут меняться, а такие понятия, как мать, Родина, община, остаются неизменными. Никогда мы не согласимся с циничным ленинским изречением: “Отечества у вас нет. Вам нечего терять кроме собственных цепей”. И никогда мы не будем уповать ни на одну из партий, ибо само слово “партия” несет в себе некую фракционность и неполноту, отражение частных интересов только одного сословия в ущерб всем другим. Наше отношение к политике и наше участие в ней не должно быть выхолощено-опосредованным, таким, какое чаще всего имеет человек, приступающий со своим бюллетенем к избирательной урне. “Проголосуй я так или иначе – все равно ничего не изменится”, - думает он. И действительно, маленькие ручейки бюллетеней, сливаясь в один общий поток, как бы смывают с совести людей сами намеки на их личную ответственность за судьбу страны. После выборов можно впасть в политическую апатию и, сидя перед экраном телевизора рассуждать о достоинствах и недостатках тех или иных телевизионных фигур. Рассуждать, а самому тем временем воровать доски на работе. Мол, все так поступают, какое это имеет отношение к политике? Политика делается в Кремле и Белом Доме.

     

      Вот такое обезличенное отношение к происходящему для православного совершенно недопустимо. Большая и важная забота для нас не ошибиться на выборах Но больше и важнее – сделать свой собственный нравственный выбор и встать не в лагерь разрушителей Отчизны, но в лагерь ее созидателей. Если у нас есть ответственность за страну перед Всевышним, то это не ответственность за политические неудачи и тайные интриги, но за свою внутреннюю честность по отношению к народу и державе. Другой непременной “политической” обязанностью православного является молитва за свою страну и людей, ее населяющих. Молитва – это та всепроникающая невидимая сила, которой не в силах помешать ни тайные заговоры, ни явная бюрократия.

     

      Церковь вооружает своих чад жизненным мировоззрением, и только одно оно способно созидать. Это мировоззрение заключение в жительстве по заповедям Христовым и раскрывает в полноте все личностные качества человека, если только тот не зря именуется православным христианином. Церковь всегда признавала, что государство есть организм, данный Богом не для подавления одного класса другим, как объясняли нам коммунисты, но единый живой организм по образу семьи, в котором все люди ощущают себя причастными к единому целому. Поэтому в деле строительства государства столь большую и ответственную роль играют взаимоотношения в семьях между родителями и детьми, а также взрослых между собой. В этом смысле можно сказать: созидая на прочном духовном основании свой дом, воспитывая детей в христианском духе, православный христианин занимается столь высокой и полезной для страны политикой, о которой никакие лидеры и председатели даже мечтать не могут”.

     Примечания

     1 – Это явление скорее можно назвать феноменом подростковой цивилизации, существующей параллельно с миром взрослых и отделенной во всем от участия взрослых. Взрослый мир отчасти имитируется, а отчасти отвергается и ни о каком сотрудничестве со взрослыми как с людьми более опытными в среде “беспризорников” не может быть и речи. Возможный воспитательный выход в этом случае – постепенный перевод отношений в русло “сиротских” усилиями одного из взрослых, желательно воцерковленного и имеющего педагогические способности и опыт.

     2 – Конечно, в таких школах тоже имеет место некоторая воцерковительная работа. Но пропорция между действием воспитательным и обучательным должна быть совершенно иная. На создание и поддержание воспитующего уклада должно уходить до четырех пятых всего времени и усилий, а только пятая часть – на обучательное действие.

     3 - Сегодня наблюдаются две категории родителей. Одни сдают детей в школу, как бы говоря: “Ты меня не трогай, а я за это даже заплачу”. Другие хотят сотрудничать или постепенно переходят на эти позиции (надеюсь, что вы уже узнали в них тех самых “беспризорников”, “сирот” и “сыновей”?)

     

     

     

www.cdrm.ru
Читайте также:



 
©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты