Главная  >  Политика   >  Российская власть   >  Спецслужбы   >  Техника спецслужб


Криптографические идеи XIX века. Русская криптография

11 октября 2007, 902

Помимо государственных организаций в России XIX – начала ХХ веков шифрование активно использовали различные подпольные организации, оппозиционные власти, такие как «Народная воля», РСДРП, БУНД (еврейская подпольная организация), эсеры, анархисты и т. д.

Методы криптографической защиты информации в России в XIX веке в основном воспроизводили аналогичные методы западных стран с учетом собственного криптографического опыта XVIII века. Однако появлялись и оригинальные идеи их усложнения для усиления стойкости, и новые шифры. Одновременно уделялось значительное внимание вопросам перехвата и дешифрования иностранных посланий и переписки антигосударственных организаций в самой России. Этим вопросам придавалось огромное значение на высшем государственном уровне. Так, например, Николай I и Александр II охотно читали выписки из перлюстрированных писем и, используя эту информацию, принимали важные решения.

В начале XIX века в России была произведена реорганизация органов управления страной. Манифестом Александра I вместо коллегий учреждались министерства. В частности, было организовано министерство иностранных дел (МИД), руководителем которого был назначен граф А. Р. Воронцов. Канцелярия МИД содержала четыре основные экспедиции и три секретные. Первая секретная – цифирная (шифровальная), вторая – цифирная (дешифровальная), третья – газетная (служба перлюстрации). Позднее экспедиции стали называться отделениями.

«Черный кабинет» России, сосредоточенный в основном в МИД, совершенствовал методы, технику перехвата и перлюстрации сообщений иностранных государств. На почтамтах были созданы профессиональные службы по перехвату и перлюстрации дипломатической переписки, разрабатывались методы быстрого копирования, перлюстрации без улик (подделка печатей и т. д.), оперативного ознакомления с содержанием сообщений и передачи их дешифровальным органам. За успехи в этой работе императоры щедро награждали подчиненных: например, один из чиновников «черного кабинета», который изобрел новый эффективный метод подделки печатей и аппарат для вскрытия конвертов паром, высочайшим указом был награжден орденом Святого Владимира 4-й степени «за полезные и применимые в деле открытия».

Обычно шифры классифицировались на общие и индивидуальные. Общие шифры предназначались для нескольких корреспондентов, как правило, расположенных в одном географическом регионе. Они обеспечивали им связь между собой и с «центром». Индивидуальный шифр предназначался исключительно для связи с центром. Идея такого разделения восходила еще к временам Екатерины II.

Одной из ярких личностей, связанных с российской криптографией начала XIX века, являлся барон П. Л. Шиллинг фон Канштадт. Он родился в 1786 году в городе Ревель (ныне Таллин). Разносторонняя и одаренная личность, полковник российской армии, ученый-востоковед, член-корреспондент Российской Академии наук, друг А. С. Пушкина, К. Н. Батюшкова, А. Мицкевича, А. И. Тургенева, заведующий цифирной (криптографической) частью МИД – таковы наиболее яркие моменты его биографии. Ранее он уже упоминался как изобретатель электромагнитного телеграфа, он также изобрел и внедрил электрический способ подрыва минных зарядов, ввел в России литографию, положил начало изучению языка и культуры народов Дальнего Востока.

В историю криптографии Шиллинг вошел, прежде всего, как изобретатель так называемого биграммного шифра, который являлся комбинацией шифра перестановки с шифром многозначной замены на биграммах (двухбуквенных сочетаниях). Соответственно шифрвеличинами были не буквы, а биграммы. Шифробозначениями являлись числа, по два на каждую биграмму. Важно при этом заметить, что шифровались не две рядом стоящие в открытом тексте буквы, а пара букв, разделенных некоторым заранее оговоренным расстоянии Т друг от друга.

Открытый текст сначала переписывался в биграммы букв находящихся на расстоянии Т.Если длина открытого сообщения была не кратна Т, то она дополнялось произвольными знаками алфавита. Таким образом сообщение а1, а2, …, аi, … преобразовывалась к следующему виду: а1 аТ+1, а2 аТ+2, …, аi, aT+i… По сути это было предварительное шифрование – перестановка букв исходного сообщения.

Табличное задание правила шифрования биграмм напоминает биграммный шифр Порта, однако вместо замысловатых знаков для замены биграмм использовались числа. При этом вводились и «пустышки»: предусматривалось шифрование отдельных знаков, дополнение открытого текста хаотическим набором знаков и т. д. Для реализации своего способа шифрования Шиллинг предложил механическое устройство – наборно-разборную таблицу, наклеенную на коленкор. Срок действия шифра был определен в 6 лет (позднее снижен до 3 лет). С современных позиций этот шифр нельзя признать стойким.

В XIX веке в связи с развитием внешних и внутренних связей России существенно увеличился объем шифрованной переписки. Это повлекло за собой необходимость увеличения числа вводимых в действие шифров и кодов. Поэтому во второй половине XIX века криптографическая служба России была вновь реорганизована. Она была создана еще в двух ведомствах (кроме МИД)– военном и внутренних дел (в департаменте полиции). Сфера использования криптографии существенно расширилась. Стали прибегать к шифрованию переписки жандармерия и гражданские ведомства (Министерство финансов и др.). Разрабатывались специальные агентурные шифры. Шифровались и несекретные документы (на так называемых ключах «специального назначения») с целью недопущения утечки информации к «третьим лицам» (журналистам и пр.). Особые шифры разрабатывались для разведчиков и агентов.

Появилось разделение шифров по степени секретности защищаемой информации. Соответственно менялись и требования к ним. Шифры стали делиться и по языковому принципу: русские, французские, английские, немецкие и т. д. Таким образом, разработка шифров опиралась на язык, на котором велась переписка.

Потребность в шифрах постоянно возрастала. Достаточно напомнить, что только количество посольств и консульств за рубежом приближалось к 150.

Рассмотрим некоторые наиболее типичные шифры России в конце XIX века.

Шифры П. Л. Шиллинга использовались вплоть до начала ХХ века. В основном они были ориентированы на французский язык. В нарушение существовавших правил, эти шифры в неизменном виде использовались около 20 лет, что, естественно, не могло не сказаться на их стойкости. Предлагались усовершенствования этого шифра. Так, в частности, рекомендовалось уменьшить число букв латинского алфавита, используемых при написании секретного текста, а также знаков препинания (без потери его смысла при их пропуске или замене на оставшиеся буквы). В этом случае появлялась возможность заменять числовые шифробозначения на буквы и биграммы латинского алфавита (биграммы образовывались за счет наличия исключенных – «запретных» букв в шифрованном тексте). Аналогичным изменениям подвергался и русский биграммный шифр. Нередко в качестве его усложнения дополнительно использовались вариации шифра перестановки.

Управляющий первой секретной (цифирной) канцелярией МИД после смерти в 1837 году П. Л. Шиллинга барон Н. Ф. Дризен разработал шифр так называемой «биклавной системы». Этот шифр, наряду с шифром Шиллинга, активно использовался МИД России в XIX веке. Его идея заключалась в следующем. Шифр был ориентирован на использование французского языка, то есть на латинский алфавит. Основной элемент шифра (долговременный ключ) представлял собой таблицу размером 26?26. Столбцы таблицы обозначались буквами латинского алфавита A,B,C,…,Z. В столбцах буквы алфавита располагались в порядке, определяемом ключом. Строки таблицы обозначались 23 буквами алфавита (исключались К, W, Y) и тремя знаками препинания: точкой, запятой, тире. Буквы открытого текста К, W, Y заменялись на двухбуквенные сочетания по следующему правилу К = qq, W = vv, Y = ii, знак «;» заменялся на знак «.,» и т. д.

Второй частью шифра были так называемые «полоски». В комплекте их было 24. На каждые сутки из комплекта в строго определенном порядке извлекалось по 8 полосок. Полоска представляла собой набор 20 букв латинского алфавита. Здесь допускалось и повторение букв.

При шифровании открытый текст разбивался на отрезки по 20 знаков. Если длина текста не была кратна 20, то он дополнялся произвольным набором знаков алфавита. Каждый отрезок шифровался по своей полоске. Если открытый текст превышал по длине 20 ? 8 = 160 знаков, то процесс шифрования повторялся циклически. Шифрование осуществлялось по следующему правилу. Буквы полоски определяли столбец таблицы, а строки этой таблицы соответствовали буквам и знакам открытого текста, на пересечении которых и находился знак шифрованного текста. Расшифрование производилось очевидным образом.

Нетрудно заметить аналогию этого шифра с шифром Вижинера. При этом ключ-лозунг реализовывался в виде последовательности используемых полосок, а в самой таблице шифра допускались повторения букв в строке.

Полоски обычно менялись два раза в год. Суточные ключи у разных корреспондентов были различными. Главная слабость шифра – сравнительно короткий период шифрующей гаммы (160 знаков).

Предпринимались меры по защите от компрометации в сети засекреченной связи (СЗС). Каждый абонент СЗС имел свои собственные ключи, известные лишь в центре связи (МИД), поэтому даже если ключи одного из абонентов СЗС оказывались в руках противника, остальные абоненты сети сохраняли секретную связь с центром.

В МИД России и других министерствах и ведомствах продолжали активно использоваться коды. Коды получили распространение в России с XVIII века и являлись основным способом шифрования весьма длительное время. Объем кодов лежал в пределах от 300 до 10000 словарных величин.

Коды были «привязаны» к словарному языку переписки (дипломатической, военной, торговой и т. д.). При этом наиболее часто употребляемым словам и фразам придавалось несколько кодобозначений: чем чаще встречалась кодвеличина, тем большее количество кодобозначений ей присваивалось. Стойкость такой системы значительно возрастала за счет «выравнивания» частотной характеристики встречаемости кодобозначений в шифртексте. Таким образом, здесь имело место применение шифра омофонной (многозначной) замены по отношению не к отдельным буквам, а к целым кодвеличинам (словам, фразам и т. д.). В кодах также предусматривались буквенно–слоговые единицы текста. Характерная особенность российских кодов – наличие значительного количества «пустышек», то есть кодобозначений, не несущих никакого смысла. Коды в основном были алфавитными, в них кодвеличины (буквы, слоги, слова, словосочетания) располагаются в алфавитном порядке. Кодобозначения в основном были цифровые – от 3 до 5 десятичных цифр, они располагались в порядке возрастания чисел. Практическое удобство такой системы шифрования заключалось в том, что при шифровании и дешифровании применялась одна и та же кодовая книга, в которой и кодвелечины, и кодобозначения располагались в естественном порядке. Однако одновременно это являлось и слабостью кодирования, поскольку позволяло противнику, узнавшему хотя бы одно кодобозначение, выдвигать правдоподобные гипотезы о последующих.

Реже применялись неалфавитные коды, а также коды многозначного кодирования. В последнем случае одной кодвеличине могли соответствовать несколько кодобозначений. Практическое неудобство этих гораздо более стойких систем заключалось в том, что для повышения оперативности работы шифровальщика были необходимы две книги (кодирования и декодирования), причем в книге декодирования кодобозначения (числа) располагались в порядке их возрастания, в книге кодирования кодвеличины располагались в лексикографическом порядке, а кодобозначения были произвольными.

Иногда применялось и двойное кодирование на разных кодах. При этом первый код не был секретным и использовался для «сжатия» открытого текста (уменьшения его длины), тогда как второй – непосредственно обеспечивал его защиту.

Довольно часто кодированные тексты дополнительно перешифровывались. Наряду с простыми шифрами (типа простой замены) использовались и достаточно сложные. В качестве примера приведем шифр «Лямбда» (МИД). После кодирования текст принимал вид последовательности, состоящей из десятичных знаков:

а1, а2,…,аi,…,an,

где ai О{0, 1, 2,…,9}, i = 1, 2,…

Для шифрования каждой цифры ai создавалась некоторая подстановка вида:

Если, например, аi = 5, то знак шифртекста bi = 4. Шифртекст представляет собой последовательность:

b1, b2,…,bi,…,bn,

где bi О{0, 1, 2,…9}, i = 1, 2,…

Отметим следующий факт. Обычно подстановки представляются в естественном виде, где верхняя строка является последовательностью натуральных чисел: 0, 1, 2,…,9. Тогда приведенная выше подстановка эквивалента следующей.

Результат при шифровании остается тем же.

Начальная запись подстановки приведена здесь потому, что верхняя строка подстановки являлась ключевым элементом шифра. При шифровании менялась не только нижняя строка, но и верхняя. Сам процесс шифрования можно представить в следующем виде: bi = Пiаi, i = 1, 2,… . Это означает, что bi получен в результате замены аi по подстановке Пi . Подчеркнем, что в общем случае эта замена не может быть представлена в виде уравнений Виари (сложение и вычитание по модулю 10 чисел аi и знаков гаммы). Этот шифр является более стойким.

Теперь рассмотрим способ создания подстановок Пi. Основу шифра представляли две секретные книги объемом более 600 страниц каждая, являвшиеся долговременным ключом шифра. В этих двух книгах располагались 10000 произвольно выбранных перестановок цифр от 0 до 9. Все эти перестановки нумеровались числами от 0000 до 9999. Книги использовались при формировании подстановок Пi.

Выбор верхней строки подстановок Пi являлся ключом, и он определялся особым номером в книгах шифрования. Этот ключ действовал достаточно долго (от одного до двух месяцев). На протяжении этого срока верхняя строка подстановок Пi не менялась. Корреспонденты сети связи знали указанный номер (по ключевым книгам) и меняли верхнюю строку по установленному расписанию.

Нижняя строка подстановки Пi менялась с каждым тактом шифрования. Таким образом, подстановки Пi и Пi+1 являлись разными.

Шифровальщик выбирал произвольно строку из одной из шифровальных книг. Она являлась нижней строкой подстановки П1. Последующие нижние строки выбирались в естественном порядке их нумерации после первой строки. Выбор первой строки являлся так называемым «разовым ключом», изменяемым при каждом послании. Поскольку шифровальщик пользовался произвольным выбором разового ключа, то этот выбор по необходимости следовало передавать в посылаемой криптограмме. Открытая пересылка номера первой нижней строки таила в себе опасность, поэтому он зашифровывался по особому правилу: выписывался трижды (получалось 3 ? 4 = 12 цифр), к которым добавлялся (для контроля на приемном конце) дважды выписанный номер последней замены (2 ? 4 = 8). Таким образом, появлялась контрольная группа из 20 цифр. Эта группа являлась маркантом, вставляемым после перешифрования в текст криптограммы на заранее обусловленное место.

Далее выбиралась верхняя строка подстановки, определяемая по правилу шифрования отрытого текста (из ключевой книги). Нижней строкой подстановки являлась следующая по книге строка. По этой подстановке зашифровывался маркант, после чего – открытый текст.

Для удобства практического использования довольно сложного алгоритма шифрования был разработан простой механический прибор, который назвали «Скала». Основная его часть – это так называемая «лама», представлявшая собой линейку с 10 прорезями, в которые записывался верхний ряд подстановок. Линейка, перемещаясь по страницам шифровальной книги, давала удобное представление подстановок Пi. Подводя итог описанию данной шифровальной системы, следует отметить, что она имеет три ключевых элемента:

- долговременный ключ (кодовая книга и книги шифров);

- средневременный ключ (выбор верхней строки подстановок Пi);

- разовый ключ – выбор нижней строки подстановки П1.

Этот шифр был достаточно стоек, но также не был лишен серьезных недостатков, каковыми были:

- «громоздкость» шифра (смена долговременного ключа была весьма трудоемкой: всем корреспондентам сети необходимо было разослать по три новых книги весьма большого объема);

- большая трудоемкость операций шифрования/дешифрования, существенно снижавшая оперативность связи.

Однако сам принцип выработки подстановок при шифровании являлся весьма прогрессивным, он активно используется и в наши дни.

Разрабатывались и другие, менее сложные шифры. Например, в начале ХХ века был предложен код объемом в 1000 словарных величин с кодобозначениями в виде трехзначных десятичных чисел. После кодирования осуществлялась перешифрование гаммой короткого периода по правилу Бофора – вычитание текста из гаммы по модулю 10. Период гаммы был равен 3, исходное трехзначное число – разовый ключ шифра.

Само сочетание кода и гаммы вполне оправданно, но в данном случае оно заметно ослаблялось очень коротким периодом гаммы.

Перечисленные шифры использовались МИДом. Рассмотрим шифры Военного министерства.

Примерно до середины XIX века шифры для Военного министерства разрабатывал тот же МИД, однако затем и в его стенах была создана «цифирная экспедиция», которая начала разрабатывать собственные шифры. Этими шифрами пользовался российский император и члены императорской фамилии, занимающие высшие военные посты.

Шифры первоначально представляли собой коды достаточно малого объема (до 1000 словарных величин), кодобозначениями в которых являлись трех-, четырехзначные числа. Кодовые книги периодически сменялись, однако они действовали достаточно длительное время. Коды обычно использовались без перешифрования, в них вводились пустышки, коих рекомендовалось использовать по две-три в каждой строке.

Следующее усложнение заключалось в «запрятывании» начала сообщения. Это было связано с тем обстоятельством, что именно вначале, как правило, используются стандартные выражения типа: «Сообщаю вам…», «Докладываю, что …» и т. д.

С этой целью цифровой шифртекст разбивался справа налево (с конца телеграммы) на группы по пять цифр, однако в первой группе оставляли четыре цифры. Если в последней группе оказывалось менее пяти цифр, то она дополнялась произвольными цифрами. Количество произвольно добавленных цифр (от 0 до 4) указывалось в конце начальной четырехзначной группы. Таким образом, весь текст превращался в пятизначные группы цифр, записанных справа налево и разделенных знаком «тире». Этот прием незначительно увеличивал стойкость шифра, но заметно усложнял работу дешифровальщика (как, впрочем, и шифровальщика).

Предусматривалось и такое усложнение как перемена мест второй и четвертой цифр в пятизначных группах (остальные цифры оставались на своих местах). Это усложнение является достаточно эффективным при применении алфавитных кодов, нарушая алфавитный порядок шифробозначений. При этом нередко в шифрованном тексте оставлялся «клер» – незашифрованные «малоинформативные» слова и словосочетания. Это делалось для повышения оперативности шифрования, но одновременно являлось заметной слабостью засекречивания.

Иногда для кодирования применялась не одна кодовая книга, а несколько. Например, шифр императора Николая II состоял из 13 кодов на 100 кодвеличин каждый. При шифровании использовались все 13 кодов, а номер используемого кода указывался в марканте. При шифровании даже одного сообщения применялись различные коды. Порядок шифрования тем или иным кодом определялся ключевой книгой. Период использования кодов равнялся пяти, поскольку маркант состоял из 5 цифр, определяющих эту последовательность. В последующем этот код перешифровывался по принципу Виженера-Бофора с помощью закономерной гаммы шифра.

При шифровании открытый текст разбивался на группы по 19 букв в каждой. В последней группе могло оказаться менее 19 букв. Группы разделялись чертой. Далее произвольно выбирался один из 13 кодов, и его номер ставился в начале первой 19-буквенной группы. После набора первой буквы к каждому последующему кодобозначению прибавлялось одно и то же число («ключ телеграммы»). Этот ключ определялся датой отправки телеграммы. Так, если дата была «13 июня» (13 + 6 = 19), то это число (19) и прибавлялось ко всем цифрам кодобозначений по модулю 100. При переходе к шифрованию другой последовательности из 19 цифр, шифровальщик произвольно выбирал номер следующего кода и отражал его в марканте. При этом перешифрование производилось по числу меньшему на 1 исходного числа (19 – 1 = 18).

Помимо шифра Николай II пользовался и кодом. Объем кода составлял 10000 словарных величин. В нем кодобозначения были многозначными (наиболее частым кодвеличинам соответствовало наибольшее количество кодобозначений). Таким образом, в данном случае имел место шифр пропорциональной замены на уровне кодобозначений (слов, слогов, букв). Эти обозначения были цифровые, трех-, четырехзначные.

Теперь рассмотрим шифры МВД, которые существенно отличались от шифров МИД и Военного ведомства. Например, шифр жандармерии начала ХХ века представлял собой набор из 30 простых замен. Букве открытого текста соответствовало двухзначное число. Номер применяемой замены проставлялся в открытом виде в начале сообщения (сама нумерация была произвольной). Адрес и подпись не шифровались. Разумеется, это был простой, но ненадежный шифр.

Другой используемый шифр представлял собой кодовую книгу на 110 величин кодобозначения – цифр и двузначных чисел. Этот шифр также являлся весьма слабым. Следует отметить, что даже такие слабые шифры часто применялись для шифрования лишь отдельных «наиболее секретных» мест документа, например, имени и фамилии подозреваемого, а большая часть информации оставалась открытой.

Агентурные шифры России занимали особое положение и отличались простотой использования, чтобы даже малообразованный агент мог без труда ими пользоваться, и «безуликовостью», когда вся необходимая документация (ключи, правила использования) не должна была вызывать подозрения в ходе обыска. Наилучший вариант: эти шифры должны легко запоминаться (перестановка по лозунгу и т. д.). Разумеется, эти принципы входили в противоречие с требованием высокой криптографической стойкости.

Приведем примеры русских агентурных шифров.

Шифры простой замены типа шифра Цезаря, которые легко запомнить. Ключ (сдвиг нижней строки подстановки) обычно определялся датой шифрования, проставленной в начале шифрованного текста. Усложнением являлся шифр с изменяемым в процессе шифрования сдвигом (через заранее оговоренное количество знаков от 5 до 9). Но такой шифр оказался слишком сложным для некоторых агентов, тем более что нижняя строка подстановки часто не являлась алфавитной.

Книжные шифры, где буква открытого текста заменялась на ее координаты на определенной странице в не вызывающей подозрений книге, которая служила ключом.

Также в конце XIX века в качестве агентурных шифров получили широкое распространение различные виды шифров перестановки: решетка (квадрат) Кардана, маршрутные перестановки, вертикальные перестановки и т. д. Маршрутные шифры заключаются в выписке текста в прямоугольник и считывании букв шифрованного текста по заранее оговоренному «маршруту»: по диагоналям, вертикалям, «зигзагами» и т. д.

В качестве агентурных шифров чаще всего использовались шифры вертикальной перестановки. Их главное достоинство заключалось в том, что для их использования не требовалось наличие компрометирующих агента письменно оформленных ключей. Ключ (лозунг) легко запоминался, а сам алгоритм шифрования был очень прост и доступен для понимания любому агенту. Приведем небольшой упрощенный пример шифра вертикальной перестановки.

Пусть в качестве секретного ключа (лозунга) используется фраза «БОЖЕ ЦАРЯ ХРАНИ», фраза записывается слитно, и буквы нумеруются в алфавитном порядке (при этом, если буква встречается несколько раз, номера ей присваиваются последовательно):

Б О Ж Е Ц А Р Я Х Р А Н И

3 8 5 4 12 1 9 13 11 10 2 7 6

Эта числовая последовательность является так называемым номерным рядом. Пусть требуется зашифровать фразу (указание агенту из центра): СООБЩИТЕ О ПРИБЫТИИ ЛИНЕЙНЫХ КОРАБЛЕЙ. При шифровании выписывается номерной ряд, а под ним шифруемый текст:

3 8 5 4 12 1 9 13 11 10 2 7 6

С О О Б Щ И Т Е О П Р И Б

Ы Т И И Л И Н Е Й Н Ы Х К

О Р А Б Л Е Й

Шифрование производится выпиской по колонкам номерного ряда. В первой колонке стоят буквы ИИЕ, во второй РЫ и т.д. Получим шифрованный текст:

ИИЕРЫСЫОБИБОИАБКИХОТРТНЙПНОЙЩЛЛЕЕ

Расшифрование производится следующим образом. В шифрованном сообщении содержится 33 буквы, а длина лозунга – 13, следовательно, при шифровании использовалась следующая конфигурация выписки:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

В эту конфигурацию выписки вносится номерной ряд:

3 8 5 4 12 1 9 13 11 10 2 7 6

И Р

И Ы

Е

Таким образом, три первые буквы шифрсообщения были получены по колонке 1 (ИИЕ), следующие – по колонке 2 (РЫ) и т. д. В этом порядке агент выписывает текст по колонкам, в результате чего получается «читаемая» конфигурация:

3 8 5 4 12 1 9 13 11 10 2 7 6

С О О Б Щ И Т Е О П Р И Б

Ы Т И И Л И Н Е Й Н Ы Х К

О Р А Б Л Е Й

Дальнейшее развитие этого способа шифрования заключалось в использовании «двойной вертикальной перестановки»: полученный «первичный» шифртекст вновь шифровался по тому же правилу, но по другому лозунгу.

В конце XIX века в России были предприняты попытки создания аппаратов для автоматического шифрования телеграфных сообщений. Так в 1879 году главный механик Петербургского телеграфного округа И. Деревянкин предложил оригинальный прибор по шифрованию телеграмм, который он назвал «Криптограф». Это устройство напоминало известный шифратор эпохи возрождения – диск Альберти. Прибор представлял собой два диска, один из них был подвижным. К сожалению, авторам не удалось обнаружить содержательного описания этого устройства и сведений о его дальнейшей судьбе.

Что касается телефонной связи, то в ней использовался простой прием: передаваемое сообщение сначала зашифровывалось как текст, а потом побуквенно передавалось по телефону. Таким образом, телефон фактически использовался в режиме телеграфа. Заметим, что и в других странах дело обстояло подобным образом,поскольку аппаратура засекречивания телефонных переговоров в реальном масштабе времени была разработана и пущена в эксплуатацию лишь в 30-х годах ХХ века.

Помимо государственных организаций в России XIX – начала ХХ веков шифрование активно использовали различные подпольные организации, оппозиционные власти, такие как «Народная воля», РСДРП, БУНД (еврейская подпольная организация), эсеры, анархисты и т. д. Однако это – тема для отдельной статьи.

Наряду с «государственной» и «антигосударственной» криптографией к использованию «таинственной» криптографии прибегали и частные лица. Нередко это имело вид игры, в которой авторы скрывали свое имя. Не избежал этого увлечения в молодости и наш великий поэт А. С. Пушкин.

В юные годы он использовал для подписи следующие «криптографические» преобразования. Одна из подписей: НКШП, что означало инвертированную фамилию с пропуском гласных букв: НиКШуП. Другая: 1…14…16. Здесь буквы имени заменены на номера букв в естественном русском алфавите: 1 = А, 14 = Н, 16 = П. Подпись АНП – Александр НикшуП. Ему нравились загадочные и ложные имена в тетрадях отцовского бюро. В них автор прятался за буквами, цифрами, анаграммами. Ему казалось, что, приобретая новое имя, он сам приобретал новый вид.

Подводя итоги краткого обзора криптографической деятельности в России в XIX - начале XX века отметим следующие обстоятельства.

«Государственная» криптография в основном опиралась на опыт западных стран. Тем не менее, создавались оригинальные способы криптографической защиты информации, которые значительно усилили известные к тому времени шифры.

Наряду с «государственной» появилась и начала активно развиваться «антигосударственная» криптография, использовавшаяся различными антиправительственными организациями, о чем мы в дальнейшем подробно расскажем.

В целом, государственная криптография в России находилась на уровне, не уступающем западным странам. Вместе с тем в организации криптографической деятельности имелись серьезные недостатки, о последствиях которых читатель узнает из следующей статьи.

Литература:

 Kahn D. The codebreakers. N.-Y., 1967.

 Kahn D. Kahn on codes. N.-Y., 1983.

 Keith Melton H. The ultimate spy book. N.-Y., 1992.

 Анин Б. А., Петрович А. И. Радиошпионаж. - М., 1996.

 Анин Б. А. Радиоэлектронный шпионаж. - М., 2000.

 Астрахан В. И., Гусев В. В., Павлов В. В., Чернявский Б. Г. Становление и развитие правительственной связи в России, Орел: ВИПС, 1996.

 Вальдман Э. К. Занимательная телеграфия и телефония. М., «Связь», 1964.

 Найтли Ф. Шпионаж ХХ века. - М., 1994.

 Полмар Н., Аллен Т.Б. Энциклопедия шпионажа. - М., 1999.

 Ронге М. Разведка и контрразведка. - Киев, 1993.

 Роуан Р. Очерки секретной службы. - СПБ., 1992.

 Соболева Т. А. Тайнопись в истории России. М., 1994.

 Соболева Т. А. История шифровального дела в России. - М.: ОЛМА-ПРЕСС-Образование, 2002.

 Тайные операции российских спецслужб. - М., 2000.

 Тайные страницы истории. М., 2000.

 Тынянов Ю. Пушкин. - М., 1988.

 Черняк Е. Пять столетий тайной войны. - М., 1991.

А. В. Бабаш, д.ф.м.н., профессор, Ю. И. Гольев, Д. А. Ларин, к.т.н., Г. П. Шанкин, д.т.н., профессор / Печатается в рамках совместного проекта с журналом «Конфидент» /

Источник: http://www.agentura.ru/press/about/jointprojects/confident/ruskrypto/

Русская Цивилизация
Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты