Главная  >  Наука   >  Экономика   >  Экономика России   >  Жилищно - коммунальное хозяйство


Частные и городские земли Киева в ХІХ веке

11 октября 2007, 14

В ХІХ веке киевлян тоже волновали проблемы благоустройства города и юридические вопросы, связанные с личным недвижимым имуществом.

В ХІХ веке киевлян тоже волновали проблемы благоустройства города и юридические вопросы, связанные с личным недвижимым имуществом, а городские власти, пытались получить прибыль от неэксплуатируемых городских земель.

Так, в киевском городском архиве сохранилось «Дело о спланировании части Житнеторжской площади под Щекавицкой горой», датированное апрелем-маем 1876 года. В прошении, адресованном на имя Киевской городской управы, один из членов управы указывал, что часть Житнеторжской площади до сих пор не спланирована, тогда как в этой местности могут быть размещены торговые помещения, дающие прибыль в городскую казну. Член управы предлагал объявить торги, в результате которых можно было бы отдать свободное пространство под устройство торговых лавок.

В докладе по строительному отделению было указано, что есть много желающих разместить на спланированной части Житнеторжской площади свои лавки. Городской архитектор

В. А. Прохоров доложил, какие для этого потребуются земельные работы, после чего Киевская городская управа решила назначить на начало мая торги на отдачу с подряда работ по планированию части Житнеторжской площади под Щекавицкой горой.

Житнеторжская площадь была древним торговым местом, известным еще со времен Киевской Руси, когда она входила в состав Торжища. Само название «Житний торг» (Житний базар) возникло в XV веке, когда это место стало основным торговым центром Киева, где дважды в году проходили шумные ярмарки. Считают, что именно Житний торг был описан в повести Гоголя «Страшная месть». Площадь вокруг Житнего торга была названа Житнеторжской в 1869 году. В 1980 году на месте бывшего Житнего торга был выстроен современный Подольский крытый рынок.

Впрочем, устройство новых торговых площадей приносило городу не только прибыль от аренды, но и проблемы. В архивном деле 1877 года в прошении жителей Златоустовской улицы на имя Киевской городской управы указывалось на неудобства, связанные с преобразованием и перепланировкой Галицкого базара. Сама Галицкая площадь была известна с ХІХ века, а в 1860 году на ней был открыт рынок «носильных вещей». В 1869 году площадь назвали Галицкой, потому что отсюда шел путь на Галичину.

Открытие нового рынка принесло ряд неудобств жителям соседних улиц. Жители жаловались на то, что «новое преобразование окончилось лишь тем, что все торговые лавки и рундуки съестных припасов были подвинуты к правой стороне улицы Златоустовской». Некоторые домовладельцы и лавочники самовольно уменьшали ширину проезжей части за счет устройства тротуаров перед «угольными домами с лавками», трактирами и шинками. Из-за таких несанкционированных перепланировок проход на базар стал узким и превратился в узкую болотистую канаву. «В особенности мучились проходящие на базар женщины: одна другую вытаскивает с корзинами из грязи, часто детей, идущих в училище, переносили через канаву на руках». Неудобство въезда, отсутствие уличного освещения, грязь на улице приводили к тому, что домовладельцы терпели убытки из-за пустующих квартир и целых домов. После прошения домовладельцев о мощении улиц и устройстве освещения, правда, спустя почти год, Городская управа начала принимать меры по благоустройству мостовых вблизи Галицкого базара, что сразу сказалось на активизации строительства комфортных жилых домов вблизи Галицкой площади.

Киевской городской управе приходилось решать не только масштабные проблемы благоустройства городских земель, улиц и площадей, но и заниматься конфликтами в сфере недвижимости между отдельными гражданами. Довольно часто между соседями-домовладельцами возникали споры из-за неправильного определения границ усадеб, из-за претензий на какой-нибудь ветхий сарай на границе участков или из-за окон, выходящих во двор соседа, что, кстати, запрещалось правилами застройки.

В 1870 году киевский купец 2-й гильдии Иосиф Федорович Новицкий построил на границе с соседней усадьбой несколько флигелей, а его соседка — вдова надворного советника Лидия Маникина-Невструева — пожаловалась на него в различные городские инстанции. Заодно досталось от нее и приставу Подольской части г. Киева — за непресечение строительного произвола, и городскому землемеру Терскому — за неправильное измерение усадьбы и заключение об отсутствии строительных нарушений. В поданной в Киевское губернское управление жалобе вдова указывала, что своей усадьбой площадью 240 кв. сажен по улице Хориевой она владеет уже двадцать третий год по купчей крепости 1847 года. По заявлению Маникиной-Невструевой выходило, что ее сосед Осип Новицкий выстроил на границе с ее усадьбой двухэтажный каменный дом, два окна которого были сориентированы в ее двор, и деревянный сарай. Из этой жалобы возникло «Дело о расследовании факта захвата земли киевским купцом Новицким у вдовы надворного советника Маникиной-Невструевой по ул. Хоревой», которое длилось с 1870 по 1871 год. Были заслушаны городской землемер Терский и пристав Подольской части. Пристав доложил, что окна в постройке Новицкого были пробиты еще десять лет назад и посоветовал просто поставить на них железные решетки; городской землемер Терский указал городскому архитектору и городской полиции на необходимость разобраться в этом вопросе. Сложно сказать, чем кончилась эта тяжба; скорее всего, ничем. Известно только, что «нарушитель» купец Новицкий написал прошение государю императору Александру Николаевичу с жалобой на соседку Маникину-Невструеву: «Соседка моя по усадьбе домов занесла жалобу в Подольскую часть г. Киева о том, что якобы я захватил из ее усадьбы часть земли и сверх сего в доме сделал во двор ее три окна и во вновь построенном флигеле организовал сток воды. Дважды был вызван городской землемер и определил, что захвата земли нет. Владелец соседнего участка, пока был жив, разрешил пробить окна в свой двор, а восемь лет спустя его жена забыла священный обет мужа и из женской прихоти затеяла бесполезные притязания на землю, заявлениями своими утруждая начальство и отнимая у меня, коммерческого человека, дорогое время».

Впрочем, большинство дел, связанных с частными землевладельцами, было посвящено не судебным тяжбам соседей по поводу границ участков, а получению кредитов в Киевском городском кредитном обществе под залог недвижимого имущества. Практически каждый крупный домовладелец конца ХІХ — начала ХХ века занимал большие денежные суммы для постройки и оборудования многоэтажных и среднеэтажных доходных домов. Необходимость в получении кредитов возникала и тогда, когда постройка нуждалась в дорогостоящем ремонте.

Например, еще в І половине ХІХ века по ул. Львовской и Нестеровскому переулку находилась усадьба, которую в 1861 году приобрел титулярный советник Доброжинский. К тому времени в усадьбе уже находился деревянный дом с мезонином на каменном этаже. Усадьба была причислена по ул. Львовской к І разряду, по Нестеровскому переулку — к IV разряду. Позже на месте дома с мезонином владелец решил построить каменный пятиэтажный дом с подвалом. Известно, что в 1918 году владельцами усадьбы были г-н Вольфман и известный гражданский инженер Михаил Павлович Бобрусов. Тогда они обратились в правление Киевского городского кредитного общества с просьбой о получении ссуды в сумме 850000 рублей сроком на 36 лет и 4 месяца под залог усадьбы. По поручению Кредитного общества архитектор Эдуард Брадтман оценил постройки в 636681 рубль, отметив, что в усадьбе находится кирпичный шестиэтажный дом с подвалами и с шестью магазинами на первом этаже. В доме сдавалось внаем четыре квартиры с дорогой отделкой интерьеров, всеми удобствами и лифтами. Две квартиры имели по семь комнат, одна — шесть, одна — одну комнату, при каждой квартире была своя кухня. Доходный дом был оценен в 577620 рублей. Кроме дома, в усадьбе находился 2,5-этажный дом с кирпичными полуэтажом и первым этажом, деревянным вторым этажом и мезонином. В этом доме на первом этаже находились три магазина, на втором и третьем этажах — одиннадцать комнат, занимаемых телефонной мастерской. Данное здание нуждалось в проведении ремонта. Также в усадьбе были одноэтажный одиннадцатикомнатный особняк в удовлетворительном состоянии, два флигеля, деревянная конюшня, погреб, сараи, ледник. Получение ссуды было делом непростым: Киевское городское кредитное общество подняло материалы оценки 1911 года и постановило выдать владельцам ссуду под залог недвижимого имущества в размере 70% от оценочной стоимости, то есть в сумме 362000 рублей.

Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты