Главная  >  Наука   >  Экономика   >  Экономика России   >  Жилищно - коммунальное хозяйство


Почему в XX веке в России создавались новые города

11 октября 2007, 203

Очевидно, что для огромной России 428 городов было явно недостаточно, и к XX в. страна подошла с большим дефицитом городов. Резко преобладали малые и очень малые города. При использовании современных критериев получается, что в конце XIX в. только 24 города на территории нынешней РФ не были малыми.

Из существовавших на момент переписи 2002 г. городов России 385, или 35,1%, получили городской статус до 1900 г. Таким образом, примерно 2/3 российских городов можно назвать новыми. Их численное преобладание побудило критиков недавнего прошлого поучать: «Вместо того чтобы создавать сотни новых городов, надо было развивать старые».

Для ответа на вопрос, нужны ли были новые города, необходим географический подход. Прежде всего требуется оценить процессы, происходившие в старых городах. Затем выявить развитие поселений, не имевших официального статуса города, но уже приобщившихся к выполнению городских функций. Часть их можно было считать истинными городами, как это и сделал В.П. Семенов-Тян-Шанский в своем труде «Город и деревня в Европейской России», часть – рассматривать в качестве «эмбрионов» будущих городов. Надо также выяснить, почему значительная часть старых городов в периоды экономических скачков XX в. в экономическом развитии практически не тронулась с места или двигалась крайне медленно. И наконец, рассмотреть причины возникновения новых городов.

Что происходило со старыми

городами России в XX столетии?

По данным Всероссийской переписи населения 1897 г., урбанистическая структура в пределах нынешней РФ выглядела следующим образом (табл. на с. 6).

Очевидно, что для огромной России 428 городов было явно недостаточно, и к XX в. страна подошла с большим дефицитом городов. Резко преобладали малые и очень малые города. При использовании современных критериев получается, что в конце XIX в. только 24 города на территории нынешней РФ не были малыми. Города, которые сейчас статистикой относятся к малым, составили 94,4% общего числа городов, причем 173 города насчитывали менее 5 тыс. жителей. Своей малолюдностью они отражали более чем ограниченные возможности перемен к лучшему и в дальнейшем оказались невостребованными.

А если руководствоваться классификацией городов, предложенной сто лет назад В.П. Семеновым-Тян-Шанским: до 5 тыс. жителей — городок; 5—10 тыс. — малый город; 10—40 тыс. — средний город; 40—100 тыс. — большой город; свыше 100 тыс. жителей — крупный город, то и в этом случае на городки и малые города (их 283) приходилось 66,1% общего числа российских городов того времени.

А.И. Воейков, основываясь на мировой статистической практике, предлагал считать городами поселения, имеющие не менее 20 тыс. жителей. При таком подходе только 71 официальный российский город в конце XIX в. можно было признать городом по существу.

Описания множества городов в многотомном «Россия. Полное географическое описание нашего отечества» (первые тома стали выходить на рубеже XIX и XX вв.) — поистине стенания по поводу их бедственного положения. Корректировка состава городов в первом десятилетии после революции отсекла часть худосочных городов, преобразовала их в села, и сделала городами поселения, заслужившие своей деятельностью и численностью населения городской статус. Еще летом 1917 г. распоряжением Временного правительства городами стали 41 поселение, среди которых были Орехово-Зуево, Нижний Тагил, Кимры, Котлас и др. Однако и после корректировки осталось немало городов с весьма ограниченными возможностями развития, что и зафиксировала Всесоюзная перепись населения 1926 г. Достаточно сказать, что 35% общего числа российских городов располагалось вне железных дорог, и это не могло не сдерживать их активизацию.

Сильное расслоение городов по предпосылкам социально-экономического роста предопределило и резкое расхождение их судеб в советское время. Те города, которые такие предпосылки имели, развивались, подчас совершив гигантский скачок (Челябинск, Красноярск, Тюмень, Курган, Череповец и многие другие).

Все бывшие губернские и областные города (за исключением Выборга, находившегося в 1918—1940 гг. в составе Финляндии, Тобольска и Буйнакска*) стали крупными, крупнейшими и миллионерами, укрепив и расширив свою градообразующую базу.

Средние города, не являвшиеся крупными административными центрами (их было всего 4), стали крупными (Иваново, Таганрог) и миллионерами (Волгоград, Екатеринбург). Из 27 так называемых полусредних (термин, введенный Л.Л. Трубе) 3 развились в крупнейшие (Барнаул, Липецк, Тюмень), 2 — в крупные (Белгород, Брянск), 8 — в большие; перешли в средние 10 городов.

Из собственно малых (до 20 тыс. жителей) старых городов (в 1926 г. их было 334) 17 стали — большими, 29 — средними, 71 — полусредним.

В целом вовлечение старых городов в индустриальное и на его основе в комплексное развитие было достаточно широким. Но города с ограниченными возможностями существенно не изменились. И сейчас, уже после значительных сдвигов в территориальной структуре, вызванных железнодорожным строительством, 85 старых российских городов отстоят от железной дороги на расстоянии 20 и более километров, 49 из них удалены более чем на 50 км, а 19 — на 100 км и более.

Это не значит, что подобные города не были вовсе затронуты переменами. Просто вследствие заурядности положения они остались в роли местных центров, используют скромные ресурсы близлежащей округи и обслуживают нужды своих районов. Тем не менее всего лишь 14 городов за столетие сократили число жителей.

Молодые города — старые центры

Это многочисленная и разнообразная по генезису и функциям группа нынешних городов. Только с известной натяжкой большинство из них можно назвать новыми, то есть возникшими на чистом месте. И совсем неправомерно называть новыми города, получившие городской статус до 1926 г. Ибо за небольшим исключением это были истинные города, по своему потенциалу и числу жителей превосходившие подчас не только уездные, но и некоторые губернские города. Нижний Тагил, ставший городом в 1917 г., насчитывал в 1897 г. 30 тыс. жителей, в то время как центр Олонецкой губернии Петрозаводск — 12 тыс. Центры, получившие городской статус в первой четверти XX в., уже сделались к этому времени городами де-факто, теперь они стали городами и де-юре. Но это была лишь часть центров, которые в массовом количестве стали возникать в России начиная с эпохи Петра I. Остальные «эмбрионы» продолжали свое доразвитие и по мере созревания пополняли ряды официальных городов.

Первоначально полусельско-полугородские поселения, они в результате качественных перемен превратились в города. Десятки городов развились из поселений, возникших при железнодорожных, чугунолитейных, медеплавильных заводах Урала, Сибири, Центра**.

В.Н. Татищев назвал поселения при них «горными городами». В официальных изданиях они именовались «заводами». По данным переписи 1897 г., среди поселений, насчитывавших свыше 2 тыс. жителей, числилось 105 «заводов», в том числе 85 — на Урале. В 20-х годах ХХ в. А.В. Луначарский предложил удачное название «город-завод», которое и закрепилось в исторической и географической литературе.

Начали свою жизнь «городами-заводами» 87 современных городов России. И только 8 из них получили городской статус до XX в. Естественно, что самая большая группа сложилась на Урале (54 города). Екатеринбург, Пермь и Алапаевск стали городами в XVIII в. В XIX в. к ним присоединился Златоуст, в 1917—1926 гг. — еще 10 городов, в том числе Нижний Тагил, Ижевск, Невьянск, Миасс и др. Использование «заводов» как резерва урбанизации не прерывалось и в годы Великой Отечественной войны. Последним по времени образования стал Горнозаводск в Пермской области (1965 г.).

Многочисленны также города, развившиеся из фабричных сел, особенно характерных для Центра, и прежде всего для Московской, Ивановской и Владимирской областей. В XVIII и XIX вв. часть таких фабричных сел стали городами (во время административной реформы 1775—1785 гг. — Вязники, Кинешма, Егорьевск, Судогда и др.). Иваново-Вознесенск (ныне Иваново) в 1871 г. получил ранг безуездного города. Самый старый из этой плеяды — Шуя. Он возник из села, принадлежавшего князьям Шуйским, и в исторических актах уже в 1539 г. упоминается как город.

Среди современных городов России — 70 бывших фабричных сел, в Московской области — 28. Некоторые из них глубоко трансформировали функциональную структуру и покинули ряды текстильных городов, какими были при рождении. В других отрасль-родоначальник, ранее ведущая, сохранилась, но оттеснена на второй план (Раменское, Щелково, Балашиха, Реутов и др.).

Одной из линий саморазвития расселения явилось совершенствование иерархической системы центров обслуживания территории. С этим связано преобразование в города сельских райцентров. Подобная практика преобразования в города сел, которым поручались центральные (то есть по существу городские) функции, началась задолго до советского времени. В 1775—1785 гг. таким образом были учреждены 165 городов — уездных центров. В советские времена облеченные административной властью сельские поселения расширяли экономическую базу, увеличивали людность, приобретали городские черты в своем облике и коммунальном хозяйстве. Как правило, сперва они получали статус поселка городского типа, а затем, как бы пройдя «кандидатский стаж», становились городами. Это было выразительным проявлением (можно сказать, в чистом виде) «урбанизации по-деревенски», как удачно выразился известный демограф А.Г. Вишневский.

Города-заводы, бывшие фабричные и кустарные села, сельские райцентры, пристанционные поселки (о них скажем ниже) — наиболее массовые категории «эмбрионов», которые, последовательно развиваясь, пополняли ряды российских городов в XX в. По суммарной численности населения, по экономическому и культурному потенциалу они, конечно, значительно уступали старым городам, но не по числу. Следует отметить, что доля малых городов была среди них выше, чем среди старых городов.

«Эмбрионы» использовались в качестве резерва урбанизации и для решения отраслевых задач, когда их выбирали точками роста тех или иных производств, важных для всей страны и для обустройства территории, нуждавшейся в оснащении центрами обслуживания населения и хозяйства.

Активизация «эмбрионов» означала содействие естественному процессу саморазвития расселения, которое выражалось в постепенном вызревании городских поселений из сельских. Вложение средств в их развитие, также подвергнутое критике («развивали всё и вся»), было обусловлено не только чисто экономическими, но и социальными задачами, которые в отношении и малых старых городов, и «эмбрионов» надо считать приоритетными.

Причины создания новых городов

и их роль в развитии России

Использованием старых городов и формированием молодых городов на основе доразвития «эмбрионов» нельзя было решить задачи модернизации страны, и создание новых городов стало необходимостью.

Наглядно это проявилось при создании собственной сырьевой базы для развивающейся промышленности. Опора на собственные ресурсы в тогдашних условиях явилась непреложным фактом и не имела альтернативы. Лишь в редких случаях месторождения полезных ископаемых открывались вблизи существующих городов. Намного чаще это случалось в малоосвоенных районах, лишенных городов вообще. Вовлечение в использование ресурсов породило большое число сырьевых городов-добытчиков, в том числе в районах с экстремальными природными условиями, что удорожало освоение и обрекало создаваемые у месторождений города на монофункциональность.

Сырьевые города, будучи необходимыми в условиях советской индустриализации, отнюдь не выражали сырьевую ориентацию нашей экономики. Они образовали первичный слой центров, снабжавших сырьем и топливом ведущие отрасли, определявшие экономическое лицо страны. Среди сырьевых городов преобладали небольшие, большей частью узкоспециализированные центры. Однако наряду с ними сложились и весьма крупные центры комплексного развития. Их многофункциональная структура развилась на базе ведущих добывающих отраслей и включала связанные с ними подготовку кадров, науку и проектирование. Такие города — Новокузнецк, Альметьевск, Норильск, Ухта, Сургут, Новомосковск — явились ядрами важных промышленных районов.

Сырьевые города ознаменовали собой движение на Север и Восток, где их доля была выше, чем в староосвоенной части страны (Железногорск в Курской области, Губкин в Белгородской, угольные города Мосбасса и нефтяные — Поволжья). Критики считают, что не надо было идти на Север. Но они совершенно пренебрегают тем фактом, что Россия в постсоветское время выживает именно благодаря осуществленному ранее походу за ресурсами на Север и Восток.

По приблизительным подсчетам, среди городов России около 160—170 сырьевых центров. В них добывающая отрасль — угольная, горнорудная, нефте- и газодобывающая — ведущая, а во многих случаях, особенно в городах Севера, единственная.

Без малого три четверти общего числа сырьевых городов составляют новостройки. По специализации сырьевые города распределяются так:

города-шахтеры — 56 (новостроек — 32), в том числе малые — 38, средние — 15,

большие — 8;

горнодобывающие (добыча руд и нерудных ископаемых) — 63 (38), малые — 48,

средние — 12, большие — 3;

нефтеграды — 47 (41), малые — 27, средние — 13, большие — 7.

С созданием сырьевых городов связаны значительные издержки урбанизации, ее теневые стороны. Свидетельство этого — сложная экологическая ситуация: отвалы пустой породы, провалы грунта, вызванные подземными выработками, загрязненность водотоков шахтными водами и т.д. Для угольных городов характерна конгломеративность: даже небольшой город-шахтер состоит обычно из нескольких поселков. Распространена монофункциональность. Неясно будущее после того, как будут исчерпаны запасы разрабатываемых месторождений.

Если прибавить к центрам добычи полезных ископаемых еще центры лесной и деревоперерабатывающей промышленности, центры гидроэнергетики, то общее число городов, занятых добычей и отчасти переработкой природных ресурсов на месте их добычи, достигнет примерно 250—260, то есть составит почти четверть всех российских городов. Видимо, если бы наша страна могла шире использовать сырьевые ресурсы мира, не было бы необходимости создавать столь большое число сырьевых городов. Но в условиях международной изоляции это нужно было сделать. Без сырьевых городов не было бы и высокотехнологичных производств, которые обеспечили выполнение таких важнейших программ, как космическая, атомная, создание современного вооружения и прочее.

Возникновение и развитие городов

в результате формирования

общегосударственных систем

инфраструктуры

Для нашей страны транспортный каркас имеет особое значение. Магистрализация дорог способствовала преодолению пространственного трения, столь значительного при огромных пространствах. Для России — страны континентальной — первостепенную роль в осуществлении взаимодействия районов играют железные дороги. Их строительство, развернувшееся быстрыми темпами начиная со второй половины XIX в., коренным образом сказалось на урбанистической и территориально-урбанистической ситуации, по-иному расставило акценты урбанизации, повлияло на расслоение городов по предпосылкам развития.

Транспортные магистрали выступили осями урбанизации, создали благоприятные условия для линейностремительных тенденций в расселении. На магистралях возникли пристанционные поселки, постепенно становившиеся фокусами местных социально-экономических связей. Они перехватывали функции центров у старых городов, оказавшихся вне железной дороги, использовали возможности транзитных связей. Развитие пристанционных поселков, постепенно превращавшихся в города, — отклик территории и расселения на появление магистрали — оси развития.

Общее число городов, выросших из пристанционных поселков, достигает 170. Характерно, что почти все города этой категории получили официальный городской статус в XX в. (немногие — Армавир, Боготол, Любань — до революции). Об участии пристанционных городов в формировании сети центральных мест, облеченных административными функциями, свидетельствует то, что 135 городов, или 80% общего числа городов этой группы, возглавляют административные районы.

Вырастая в сельской местности, большей частью за пределами агломераций, пристанционные города формировались по образу и подобию сельских поселений. Для них характерны преобладание малоэтажной усадебной застройки, сады и огороды, хозяйственные строения для содержания домашнего скота.

В самых удачливых городах транспортная функция сыграла роль фундамента, на котором развилось сложное сочетание функций. Таковы Армавир, Минеральные Воды, Котлас, Рузаевка, Канаш, Свободный. На другом полюсе — узкоспециализированные малые города с предприятиями, обслуживающими железнодорожный транспорт. Среди них — Ожерелье, Бабушкин (бывший Мысовск), Микунь, Агрыз, Дно, Новосокольники.

Самый знаменитый город, рожденный железнодорожной стройкой — Новосибирск. Стадию «эмбриона» он прошел стремительно. Десять лет ему понадобилось, чтобы в 1903 г. получить статус города, и еще три десятилетия, чтобы опередить все города за Уралом по числу жителей.

Противоречивая загадочность в том, что остались средними, а то и малыми городами, крупные железнодорожные узлы — Бологое, Сухиничи, Рузаевка, Поворино, Лиски, Грязи, Котлас, Тында, заслужившая обязывающее имя столицы БАМа. Слишком много подобных случаев, чтобы считать их случайностью. Какая-то странная закономерность!

Единая энергетическая система (ЕЭС) — одно из важнейших достижений в совершенствовании территориального устройства страны. ЕЭС повышает эффективное использование вырабатываемой электроэнергии, обеспечивает рациональное маневрирование ее потоками в течение суток, что имеет большое экономическое значение для нашей страны, раскинувшейся на 11 часовых поясов, гарантирует надежность энергоснабжения всех районов.

В рамках ЕЭС сложилась плеяда городов-энергетиков — еще одного нового типа городов XX в. Они разделяются на три основных группы: города при тепловых электростанциях, работающих на угле, газе, торфе; при гидростанциях; при АЭС. Более свободно размещаются тепловые электростанции. Значительная их часть осела в уже существовавших городах, прежде всего в крупных центрах — потребителях электроэнергии. Другая — в районах добычи топлива. ГЭС и АЭС породили, как правило, новые города.

Выбор места для сооружения плотины определялся гидрологическими и геологическими условиями, и лишь в отдельных случаях оно оказывалось в черте существующих городов (Пермь, Иркутск, Рыбинск, Углич, Зея). АЭС в силу технических и психологических факторов сооружались вне городов.

Начало формированию ЕЭС положил знаменитый план ГОЭЛРО, и в ходе его реализации возникли первые крупные электростанции. Поселки при них со временем становились городами. Волхов, Терновск (переименованный в Шатуру) — вехи в развитии отечественной электроэнергетики. В их числе и Электрогорск, который получил права города в 1946 г., через 34 года после пуска первой в России крупной электростанции на торфе «Электропередача».

Возникшие как специализированные отраслевые центры — «фабрики электричества», — они обладали различными предпосылками для комплексного развития. Широкие возможности были у центров гидроэнергетики, построенных на больших реках. Сооружение ГЭС большой мощности порождает комплекс условий, благоприятствующих концентрации производства и населения: водохранилище — мощный источник водоснабжения, основа для развития рекреации, рыбного хозяйства; транспортный переход по плотине; «наследство» стройки — крупная строительная организация, предприятия строительных материалов, ремонтно-механические заводы. Мощный источник дешевой электроэнергии притягивал энергоемкие производства — цветную металлургию, химическую промышленность, целлюлозно-бумажное производство. Сочетание различных отраслей служило фундаментом для формирования многофункциональных центров.

Их прообразом явился город более чем скромных размеров, возникший при Волховской ГЭС. Волховстрой (первоначальное наименование поселка) получил городской ранг в 1933 г. Он стал пионером не только гидроэнергетики, но и отечественной алюминиевой промышленности. Сами сооружения ГЭС признаны важной вехой в развитии промышленной архитектуры. Сохранило место в комплексе и производство строительных материалов, получила развитие химическая промышленность, также притягиваемая электроэнергетикой.

Особую группу городов-энергетиков образуют города при АЭС. Значение их очень велико для районов, лишенных топливных и гидроэнергетических ресурсов. Выбор точки для размещения АЭС определялся требованиями Единой энергетической системы. АЭС — скрепляющие узлы энергетического каркаса — размещаются там, где возможности для сооружения электростанций иного типа стеснены или отсутствуют.

Среди городов-энергетиков нередки спутники крупных центров-лидеров: Электрогорск, Шатура, Кашира (Кашира-2***) и Конаково в Подмосковье, Комсомольск вблизи Иваново, Курчатов под Курском, Нововоронеж под Воронежем, Заречный и Среднеуральск у Екатеринбурга, Кировск и Сосновый Бор под Санкт-Петербургом и т.д.

Сооружение гидростанций, требовавшее вследствие огромного объема строительных работ создания мощных строительных организаций и промышленности строительных материалов на месте, открывало путь для организации поблизости нового крупного строительства. «Наследие» прежней, уже завершенной стройки становилось фактором размещения промышленности и развития расселения. Так возникли известные промышленные центры Тольятти, Ангарск, Шелехов, Волгодонск, Нижнекамск и им подобные города, которые можно назвать побочными детьми гидроэнергостроительства.

Возникновение малых городов на волне

центростремительных процессов в расселении.

Эпоха городов-спутников

Очень сильно в XX в. проявился в расселении агломерационный фактор. Невиданные ранее масштабы территориальной концентрации вызвали гигантский рост крупных центров — отраслевых и региональных лидеров — и необходимость эффективного использования их выдающегося потенциала. Это предопределило переход расселения к агломерационной стадии развития, который был неизбежным для всех развитых стран мира и имел повышенное значение для России вследствие особенностей ее географических условий. В течение нескольких десятилетий наша страна покрылась агломерациями — ключевыми формами современного расселения.

Переход от точечной формы территориальной концентрации к ареальной (агломерационной) усилил контрастность расселения. Он был особенно разительным, так как в прошлом ведущие города России не окружали себя спутниками. Вообще, городам как бы вменялось в обязанность соблюдать между собой дистанцию и не приближаться к городу-лидеру, чтобы иметь собственную зону влияния. Относительно равномерное распределение городов по территории было обусловлено самой логикой административно-территориального деления и ведущей в прошлом для городов административной функцией. Исключение представлял лишь Санкт-Петербург, который создавался одновременно с окружающими его спутниками разного назначения — резиденциями, крепостями, промышленными центрами.

Создание спутников вполне отвечало логике эволюции расселения. Эта новая, в массовом количестве рожденная XX веком категория городов заняла особое место в расселении. Спутники явились средством использования потенциала центров-лидеров и решения их усложнившихся социально-экономических и градостроительных проблем. Спутники — разнообразное и необходимое дополнение большого города, своего рода его «брызги». Вместе с породившим их городом спутники выполняют роль двигателей прогресса.

Народнохозяйственный профиль спутников самый разный. Общее у них — спутничество, обусловленное близостью к городу-центру. Спутничество — своего рода печать на жизнедеятельности города-спутника и его населения. Ориентация на город-центр выражается в интенсивных и разнообразных связях, трудовой и учебной маятниковой миграции, в систематических культурно-бытовых поездках жителей.

Создание городов-спутников — это ответ расселения на вызов урбанизации в XX в. В геоурбанистике под спутниками понимаются все города, существующие в зоне непосредственного влияния города-центра, а не только те, которые градостроители возводили по специально разработанным именно для города-спутника проектам. Это, так сказать, градостроительно-официальные спутники, «законные» с точки зрения архитекторов. Под Москвой такой спутник один — Зеленоград, одновременно являющийся административным районом столицы. А в реальности в когорту подмосковных городов-спутников входят города не только Московской области, но и расположенных у ее границ районов сопредельных областей: Обнинск, Балабаново, Жуков, Таруса, Боровск Калужской области; Конаково Тверской; Александров с г. Струнино и г. Карабаново, а также Петушки с г. Костерево и Покровом Владимирской.

Для определения масштабов спутничества необходимо скрупулезное исследование внутриагломерационных взаимосвязей. Пока такая работа вследствие ее трудоемкости и сложности получения исходной информации не выполнена. Приблизительные подсчеты позволят получить представление о масштабах явления. В зонах непосредственного влияния больших городов всех рангов, которых в 2002 г. насчитывалось 168****, сосредоточено около 350 городов. Старые города в этих зонах сравнительно немногочисленны, преобладают молодые. А среди них весьма значительная доля городов-новостроек, хотя численно они уступают городам, развившимся из полугородских-полусельских поселений путем постепенного наращивания городских функций и городских черт в облике, составе населения, функциональной структуре.

Таким образом, около 1/3 всех российских городов располагается в зонах влияния крупных центров. Это очень внушительное явление, выражающее сильный агломерационный акцент в расселении. Сравнительно немногие большие города не прибегают к услугам спутников, как бы не доверяя им выполнение части своих обязанностей. Среди них такие значительные центры, как Омск, Хабаровск, Тюмень, Курган, Улан-Удэ, Сыктывкар, Йошкар-Ола.

Городов-новостроек среди спутников примерно 100. Возникновение и целенаправленное создание городов в окружении крупных центров продиктовано эволюцией расселения, соответствует ее закономерному ходу.

Велика роль наукоградов, развивающихся на волне научно-технической революции. Наукограды стали результатом НТР и фактором ее дальнейшего развития. В их основе триада функций: «наука — наукоемкое производство — образование», тесно и органически взаимосвязанных. Наукограды — новый тип городов, выделяющихся уникальным интеллектуальным потенциалом. Подавляющее большинство их предпочитает быть спутниками. Вблизи города-лидера, который их породил в буквальном смысле слова, они имеют наиболее благоприятные условия для своей деятельности.

Существующий в РФ Союз наукоградов объединяет около 70 центров. Из них 46 официальных городов, 6 «номерных» (статус неизвестен), 4 Академгородка сибирских центров, 7 поселков городского типа, два городских района (в Балашихе и Балахне). Старые города — Бийск, Мичуринск, Истра, Переславль-Залесский, Меленки. Молодые города, но старые центры — Реутов, Климовск, Красноармейск, Приморск, уральские города-заводы Миасс, Нижняя Салда, Усть-Катав. Новостройки преобладают. Самое крупное семейство наукоградов — подмосковное. Столица стимулировала развитие в своем окружении едва ли не половины наукоградов России. Это знаменитости — Обнинск, Дубна, Королев, Фрязино, Черноголовка, Протвино, Пущино, Жуковский и др.

Выводы

Россия на всех этапах своей истории постоянно создавала и учреждала новые города, но также постоянно испытывала недостаток в городах. Создание новых городов в значительной степени определялось постоянным расширением государственной территории, ее закреплением, хозяйственным освоением, оснащением центрами обслуживания.

Россия в XX в. продолжала формировать сеть городов, в некоторых районах делая это «с нуля», в то время как западноевропейские страны этот процесс завершили столетия назад. В XX в., не пропуская ни одного десятилетия, Россия активно создавала новые города, в том числе города нового типа.

Акцент на развитие старых городов вполне очевиден. Все старые города, обладавшие предпосылками развития, использовались как точки роста. Они радикально трансформировали свою функциональную структуру, многократно увеличили число жителей, стремительно перемещались по ступеням иерархической лестницы. Города со скромными возможностями развития остались местными центрами. Росту значительной группы старых городов препятствовало невыгодное транспортно-географическое положение (удаленность от железных дорог).

Широко использовались для наращивания состава и сети городов «эмбрионы» — города-заводы, фабричные и кустарные села, сельские райцентры и др.

Создание городов-новостроек стало необходимым, так как старых центров оказалось недостаточно для модернизации страны. Новые города возникали там, где не было возможности опереться на старые города или их попросту не было.

Основными факторами строительства новых городов явились потребность индустриализирующейся страны в сырье и топливе, формирование единых транспортной и энергетической систем, переход к агломерационной стадии расселения, обустройство территории иерархически построенной сетью центральных мест.

Создание новых городов соответствовало ведущим тенденциям в эволюции расселения — центростремительным (развитие спутников в агломерационных ареалах) и линейностремительным (возникновение городов на осях урбанизации — транспортных магистралях). «Вызревание» городов из многочисленных и типологически разнообразных «эмбрионов», так же как и возникновение городов на основе центро- и линейностремительных процессов, выразило саморазвитие расселения.

Оценку целесообразности создания того или иного нового города необходимо основывать на географическом анализе, отвечая на вопрос, поставленный Н.Н. Баранским: «Почему город возник и возник именно в данном месте?». Отрицание политики и практики строительства городов, лишенное доказательств, полученных географическим анализом, голословно.

Урбанизация протекает в постоянно и объективно меняющихся условиях. Глубинные географические причины возникновения новых городов заключены в постоянной трансформации территориальной структуры хозяйства. Возникают новые центры и линии. Их использование в качестве точек роста и осей развития отвечает экономическим, социальным и военно-политическим интересам страны.

* До 1922 г. Темир-Хан-Шура.

** По данным известного исследователя горнозаводских поселений России Р.М. Лотаревой, на Урале было построено более 260 заводов, в Сибири — около 40.

*** Бывший Новокаширск.

**** Принимался радиус зоны непосредственного влияния: 50 км для городов от 100 тыс. жителей до 1 млн жителей, 70 км для городов-миллионеров, 100 км для Москвы и Санкт-Петербурга.

Г.М. Лаппо

доктор геогр. наук

главный научный сотрудник

Института географии Российской академии наук

Источник в интернете:

http://geo.1september.ru/article.php?ID=200500603

Г.М. Лаппо
Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты