Главная  >  Политика   >  Страны и регионы мира   >  Австрия


Брабантская Революция 1787-1790 гг.

11 октября 2007, 9

Брабантская революция 1787-1790 гг. и существование республики Бельгийских Соединенных Штатов - это первый и единственный пример, когда в течение 10 месяцев Бельгия была федеративной республикой.

Значение этой революции еще и в том, что в большой мере благодаря ей был осуществлен переход от Старого порядка к индустриальному обществу. Она заняла свое место в ряду буржуазных революций конца XVIII столетия - Американской 1776-1783 гг. и Французской 1789-1799 гг.

Брабантская революция относится к мало изученным в России темам. На русском языке есть небольшая, вышедшая в начале века работа М. Веселовской, филолога и переводчицы, страстной поклонницы творчества бельгийских поэтов и писателей и знатока бельгийской истории, посвященная этой теме (Веселовская М. Бельгийская республика 1790. М., 1906). Существует также написанная Б.Г. Бебером глава "Бельгийская революция 1789-1790 гг. в книге "Французская буржуазная революция 1789-1794 гг" (Французская буржуазная революция 1789-1794 гг. М., 1941. с. 124-143).

Современные бельгийские и западные историки по-разному трактуют Брабантскую революцию. Одни называют эту революцию консервативной, другие считают ее контрреволюционным мятежом. Однако это одна из важнейших страниц в истории Бельгии, поскольку между 1787 и 1790 гг. бельгийцы дважды пытались завоевать независимость и освободиться от австрийского гнета.

В 1835 г. бельгийский историк Л.-П. Гашар осуществил публикацию некоторых документов из коллекции рукописей Главного королевского архива в Брюсселе. Спустя столетие французская исследовательница С. Тасье на основе изученных ею архивных материалов опубликовала две работы, посвященные Брабантской революции.

Самое полное исследование о революции в Брюсселе в 1787-1793 гг. принадлежит перу американки Ж. Поляски (Revolution in Brussels 1787-1793. Ed. by Janet L. Polasky. Bruxelles, 1985; bibliogr, p. 277-299.). В ее монографии использованы документы из Брюссельского Королевского архива, отдела рукописей Королевской библиотеки Брюсселя, Национального архива Парижа, Архива министерства иностранных дел Франции, Королевского архива Нидерландов, архивов Австрии, Великобритании. В книге Поляски также имеется самая полная библиография работ по истории Брабантской революции. Однако в ней нет ссылок на российские архивы, поскольку до недавнего времени эти архивы были мало доступны иностранным исследователям.

Задача автора состоит в том, чтобы на основе новых источников, впервые вводимых в научный оборот, дополнить уже имеющуюся картину новыми штрихами, показать Брабантскую революцию глазами российского дипломата. В Архиве внешней политики Российской империи (АВПРИ), в фонде "Сношения России с Австрией" имеется богатейшая коллекция донесений российского консула в Остенде Ивана (Иоганна) Фациуса вице-канцлеру России графу И.А. Остерману, широко освещающая события Брабантской революции 1789-1790 гг.

Консульский институт привлекал пристальное внимание императрицы Екатерины II, постоянно заботившейся о развитии российской торговли. Еще больший интерес к консульствам в Европе проявляли российские купцы, для которых было чрезвычайно важно получать известия о торговле и ценах на товары в иностранных государствах. К 1782 г. Россия имела 12 консулов на жаловании - в Хольсингере, Амстердаме, Стокгольме, Бонне, Кадисе, Италии, Смирне, Синопе, Архипелаге, Дарданеллах, Дунайских княжествах и в Персии и семь консулов без жалования.

Российским консулом в Бонне в то время и был Иоганн Фациус. Часто интересы России в различных иностранных государствах представляли местные жители. Иоганн Фациус родился в Регенсбурге в 1721 г. в семье мещанина. С 1743 по 1755 г. он находился в Голштинско-Готторпской канцелярии в Регенсбурге, служа при тогдашнем российском посольстве. Как видно из письма Фациуса к Остерману от 29 сентября 1775 г., он служил в Бонне под начальством советника Алопсуса, присяга на верность была принесена им в 1765 г. И.М. Симолину, находившемуся тогда в Регенсбурге, а жалованье - по 300 рублей в год - он получал с 1768 г.

В 1782 г. консульство в Бонне было упразднено, и Фациус получил назначение в Остенде. В письме Остерман сообщал Фациусу, что, хотя он и назначен императрицей генеральным консулом в Остенде, ему разрешается жить в Брюсселе. Вот почему все письма отправлялись Фациусом из Брюсселя. По существу, он исполнял здесь обязанности не консула, а скорее временного поверенного в делах России в Австрийских Нидерландах, так как в его донесениях содержалась по преимуществу политическая информация.

В АВПРИ мы обнаружили интересные документы, касающиеся личной жизни Фациуса. Он имел трех сыновей - Иоганна, Фридриха и Леонарда, и трех дочерей -Елизазету, Софию и Фредерику. Оба сына также служили в российском министерстве иностранных дел. Старший сын Иоганн продолжил дело отца - он был российским консулом в Лейпциге в 1798-1800 гг., с 1800 по 1811 гг. - консулом в Кенигсберге, ас 1811 г. был назначен генеральным консулом России в Пруссии. Именно его письма опубликовал французский историк Ф. Бродель в 1970 г. Эти 48 писем Иоганна Фациуса-младшего - лишь небольшая часть коллекции писем российского консула за сентябрь 1798 - апрель 1800 г.

Фациус-старший скончался в 1804 г., а Фациус-младший умер в 1812 г. 60 лет от роду. После смерти отца и сына Фациусов младший сын Фридрих и три незамужние дочери получали пенсии от российского министерства иностранных дел. Фридрих Фациус скончался в 1820 г.

Переписка Фациуса-старшего с российским двором - своеобразная хроника Брабантской революции. На своем превосходном наблюдательном пункте в Брюсселе, куда стекалась информация изо всех европейских столиц, этот "нижайший и покорнейший слуга" разделял страхи и надежды "белых", т.е. аристократов, и тешил себя их иллюзиями.

Корреспонденция Фациуса показывает потрясенную революцией Европу. Ему удалось верно понять события Брабантской революции, но что касается общеевропейских дел, то Фациус невольно вводил российский двор в заблуждение относительно соотношения сил между Европой монархов и Французской революцией.

Иоганн Фациус ничего не утаивал, честно отчитывался обо всех событиях и сообщал обо всем, что можно было разглядеть в обоих враждовавших лагерях. Но монархи не замечали, что признаки близившейся катастрофы видны в каждом сообщении их корреспондента.

Итак, Иоганн Фациус прибыл в Брюссель 26 июня 1784 г. Первое же его письмо весьма примечательно. Российский консул сообщал, что на следующий день после прибытия в Брюссель его принял граф Л.Ш. Бальбиано Бельджойозо, полномочный министр и чрезвычайный посланник в Австрийских Нидерландах, которому были вручены верительные грамоты, подписанные Екатериной II. Граф де Бельджойозо заявил, что российский консул не встретит в Брюсселе никаких препятствий, как и все другие представители коронованных особ. Визит же Фациуса к его королевскому высочеству был отложен из-за болезни эрцгерцогини. В ожидании этого визита он снова был принят графом Бельджойозо. Далее подробно излагалась суть этой беседы, в ходе которой граф остановился на торговле с Россией, особо подчеркнув, что эта торговля принесла бы больше выгоды "обеим нациям, если бы шла напрямую, не оставляя выгоды голландцам". Затем консул затронул тему о переговорах Австрии и Голландии по разграничению торговли, положении порта Остенде, возможностях развития торговых отношений между портом Остенде и Россией, значении свободной навигации по р. Шельде, об осложнении отношений между Австрией и Голландией, начавшейся между ними войне, посредничестве Франции в прекращении войны.

В письме от 10 октября 1784 г. содержались сведения стратегического характера -о составе и численности австрийских войск в гарнизонах Австрийских Нидерландов, т.е. бельгийских провинций. Фациус сообщал, что в гарнизонах наиболее крупных городов - Брюсселя, Антверпена, Брюгге, Намюра, Гента, Люксембурга, Остенде, Ипра, Турне, Ата и Монса - пехоты насчитывается 15385 человек, а кавалеристов -1039 человек, всего 16424 человека. В этом же документе Фациус подробно излагал принципы формирования полков пехоты и кавалерии, указывая точное количество воинов в полках в мирное и военное время.

В другом письме дипломат описывал дислокацию армейского корпуса в Австрийских Нидерландах, сообщая фамилии и имена командиров полков в различных городах. В ряде донесений он сообщал о появлении в бельгийских провинциях политических памфлетов, направленных против церковных реформ.

Эти донесения, составленные внимательным и наблюдательным дипломатом, вызывали одобрение российского министерства иностранных дел, о чем свидетельствует депеша Остермана Фациусу о повышении его в чине, а также пожалование ему денежных вознаграждений от Екатерины II за безупречную службу.

14 лет провел Фациус в Остенде и Брюсселе, и все эти годы он подробно доносил российскому двору обо всем увиденном и услышанном. Писал Фациус регулярно, примерно один раз в четыре-пять дней. За каждый год, с 1784 по 1797, в АВПРИ хранится около 80 писем. В иные годы их чуть меньше, а во время наибольшей политической напряженности 1789-1790 гг. их около 90 в год. Таким образом, в АВПРИ хранится около 1 тыс. писем российского консула, более 500 из них раскрывают события 1787-1790 гг. и представляют собой важный источник для изучения Брабантской революции.

На протяжении многих веков бельгийские провинции в силу исключительно выгодного географического положения были яблоком раздора для более крупных соседних государств. Эти земли в XIV-XV вв. входили в состав Бургундского герцогства, затем в результате войн и династических браков они вошли в состав могущественной испанской монархии Габсбургов. И первая попытка обретения самостоятельности бельгийским народом относится к периоду Нидерландской революции XVI в., которая по-разному завершилась для судеб Испанских Нидерландов. Северные провинции в результате этой революции завоевали независимость и создали буржуазную Республику Соединенных провинций Нидерландов, а южные провинции (собственно бельгийские) вернулись под власть католического короля Испании. С тех пор развитие некогда единых Испанских Нидерландов пошло в различных направлениях. После Войны за испанское наследство бельгийские провинции по Раштадтскому договору 1714 г. были включены в состав австрийской монархии Габсбургов. Австрийское господство продолжалось более 80 лет, и последние его годы ознаменовались событиями Брабантской революции, названной так по имени центральной провинции Брабант со столицей в Брюсселе.

Наибольшего процветания Австрийские Нидерланды достигли в пору правления императрицы Марии Терезии, проводившей политику просвещенного абсолютизма. При Марии Терезии бельгийскими провинциями фактически правил ее деверь, герцог Карл Лотарингский. При нем бурно развивались торговля и промышленность, проводились новые каналы и дороги, в Брюсселе были построены многие великолепные дворцы. Совершенствовались учебные заведения и были основаны так называемые колледжи Терезии, военная школа в Антверпене и Академии наук в Брюсселе. В Лувенском университете появились новые кафедры и был установлен особый контроль над школами духовных конгрегаций.

Австрийские Нидерланды занимали площадь в 27 750 кв. км. Они были разделены на несколько частей, имевших относительную автономию. Сюда входили графства Фландрия, Намюр и Эно, герцогство Брабант, анклавные сеньории Мехелен, Турне и Турнези, герцогства Люксембург и Лимбург с землями за Маасом и австрийский Гельдерн с Рурмондом. В состав австрийских Нидерландов не входили епископства Льежское и Ставело-Мальмеди, герцогство Буйонское, графства Рекем и Фаньоль. Такое хаотичное построение Австрийских Нидерландов, а главное - наличие анклавных территорий побуждали Марию Терезию, а затем и наследовавшего трон Иосифа II провести административные реформы и упорядочить территориальное устройство этих земель.

Австрийские Нидерланды были разделены на 10 провинций и управлялись главным генерал-губернатором, которым и стал Карл Лотарингский, полномочными министрами, главнокомандующим войск, а также тремя советами - государственным, тайным и советом финансов. Наряду с общей администрацией каждая провинция имела свою собственную, как если бы она была независимым государством. У каждой была своя таможенная система, свои законы, так что провинции существенно отличались друг от друга. Эта разобщенность, отсутствие единой системы мер, весов, денежной системы, а также таможенные преграды тормозили дальнейшее развитие капитализма.

Большое влияние в стране имело духовенство. Бельгийцы считали себя свободным народом и гордились своими правами, основанными на хартии XIV в. "Joyeuse Entree" ("Радостное вступление"), состоявшей из 59 статей, согласно которой монарх подтверждал все их привилегии и избавлял бельгийцев от присяги, если бы он нарушил договор.

После смерти Марии Терезии в 1780 г. на престол вступил ее старший сын Иосиф II, одна из самых противоречивых фигур габсбургской династии. Иосиф Бенедикт Август Иоганн Антон Михаэль Адам родился в Вене 13 марта 1741 г. После смерти отца, Франца Стефана Лотарингского, 18 августа 1765 г. Иосиф был избран императором Священной Римской империи, а с 17 сентября 1765 г. начался их совместный с матерью период правления, когда Иосиф активно выполнял ряд административных функций.

Он обладал большой энергией и работоспособностью, но ему явно не хватало знания людей и политического опыта Марии Терезии. В его становлении как личности заметную роль сыграли иезуиты и австрийский просветитель Кр. фон Бартенсштейн. Сильное воздействие на него оказали также просветительские идеи профессора Венского университета А. фон Мартини, который считал, что только сильное централизованное государство может гарантировать права человека.

Основная цель Иосифа II в отношении бельгийских провинций в том и состояла, чтобы превратить их в одну из провинций империи, окончательно централизовав Австрийское государство. В начале 1787 г. он предпринял ряд административных реформ. До тех пор бельгийские провинции, династически связанные с остальными землями Габсбургской монархии, сохраняли многие местные права и привилегии. Во главе управления в качестве наместника государя стоял генерал-губернатор, непременно из членов царствовавшего дома. У него было право издавать указы и распоряжения, назначать должностных лиц и созывать штаты. Он же был начальником всех местных войск, считался верховным главой всей администрации. Вторым после него лицом был полномочный министр, представитель от венского двора, заместитель наместника в случае его отсутствия и обязанный обо всем доносить в Вену государственному канцлеру. Фактически ему и принадлежала вся власть, а наместники выполняли больше представительские функции. Три совета - государственный, тайный и финансовый, состоявшие из коронных чиновников, были орудиями политики центральной власти в бельгийских провинциях. Но наряду с этими коронными учреждениями продолжало существовать и самоуправление.

Каждая из провинций имела представительные учреждения - штаты, членами которых были духовенство, дворянство и так называемое третье сословие. Штаты созывались два раза в год, а в промежуток между заседаниями делами заведовала комиссия из депутатов. Без согласия штатов ни один указ не имел законной силы: только они давали денежные средства правительству в виде субсидий. Низшие административные должности также замещались путем выборов. Права провинций были изложены и подтверждены в старинных хартиях и договорах, и государь при вступлении на престол клялся соблюдать их условия. Наиболее полной и законченной была хартия брабантского герцогства - "Радостное вступление". В ней излагались важные постановления, охранявшие личную и политическую свободу граждан, 59-я статья гласила, что подданные имеют право отказать своему государю в службе и повиновении, если тот нарушит условия хартии. Это была еще чисто феодальная реминисценция, подобные ей можно найти в старом венгерском, польском и чешском государственном устройстве. В этой системе, сохранившей черты средневекового быта, было много недостатков, которые видели и сами бельгийцы. Правительство поэтому уже давно стремилось к реформе администрации и суда.

Хартия "Радостное вступление" шла вразрез с новым абсолютистским режимом. Необходимость испрашивать согласие штатов на взимание налогов стесняла его в денежном отношении, регистрация указов советами мешала установлению полицейского государства, существование выборных властей противоречило принципу бюрократической централизации. Мария Терезия стремилась провести в Австрийских Нидерландах те реформы, которые ей удалось осуществить в других наследственных землях. Кое-что в этом направлении было сделано: фландрские чины, например, согласились на оплату ежегодных, определенных раз и навсегда субсидий.

Карл Лотарингский в своем проекте, хранящемся в Венской библиотеке, намечал разделение всей территории Австрийских Нидерландов на четыре интендантства по французскому образцу. Однако он считал, что не надо спешить с реформами. Вот что писал он австрийскому императору: "Я мог заверить Ваше Величество, что страной этой очень легко управлять, кротостью можно всего добиться у этого народа. Правда, он почти до сумасшествия привязан к своим привилегиям, но делать тут нечего: так уж он воспитан, и было бы опасно касаться этой струнки". В том же духе были и советы австрийского канцлера Кауница. Убеждение, личное воздействие, раздача отличий и почестей, т.е. постепенное и медленное давление он считал единственно возможной политикой ввиду той подозрительности, которую штаты успели внушить народу ко всякому правительственному мероприятию.

Иным способом действовал Иосиф II. Он проводил жесткую политику, ставя самые жгучие вопросы ребром и не заботясь о том, как будут оценивать его политику. Убежденный сторонник бюрократии, он после жалоб, дошедших до него в 1781 г., искренне решил искоренить злоупотребления. Такого результата он ожидал только от крепкой сплоченной администрации, а независимые от центральной власти штаты, депутатские комиссии, магистраты, были несовместимы с его планами.

Двумя указами от 1 января и 12 марта 1787 г. он нанес решительный удар самоуправлению в бельгийских провинциях. Штаты по-прежнему имели право собираться, но лишь для того, чтобы заслушать и согласиться на предложения правительства. Компетенция выборных депутатских комиссий потеряла смысл из-за передачи всех административных дел коронным чиновникам, ее функции сводились к минимуму, выбор членов комиссии подтверждался правительством. Однако депутаты имели лишь совещательный голос в заседаниях верховного совета, к тому же их было всего шесть, и они не могли существенно повлиять на принятие того или иного решения. Таким образом, бельгийские депутаты в глазах австрийского императора, несмотря на все договоры и хартии, имели не больше прав на существование, чем штаты в остальных частях австрийской габсбургской монархии. Та же участь постигла и городское самоуправление.

Иосиф II стремился и церковь подчинить суверенной власти государства. Введя строгий контроль за образованием священников и стараясь контролировать все виды церковной деятельности, Иосиф II руководствовался теорией историка церкви Юстиниса Феброниуса (1701-1790), который хотел, с одной стороны, ограничить власть Рима, а с другой - выступал за то, чтобы гражданские власти принимали большее участие в делах церкви.

В бельгийских провинциях, где полицейский террор был необычным явлением, систему Иосифа II критиковали за то, что она "развращала народ": "Панический страх правителей заставил их держать шпионов, которые не соблюдали ни божеской, ни человеческой справедливости. Из-за них были порваны все дружеские и родственные связи, они вооружили отца против сына, внесли раздор в мирные дотоле семьи, развратили честные прежде корпорации, побудили многих к совершению всевозможных преступлений - и все это ради того, чтобы добыть материалы для какого-нибудь доноса".

Оппозиционные выступления 1787 г., вспыхнувшие в ответ на реформы Иосифа II, бельгийские историки называют "малой" Брабантской революцией.

Идеи европейских философов были широко известны в Южных (т.е. Австрийских) Нидерландах. Буржуазия XVIII в. с большим интересом знакомилась с новыми произведениями французских и английских просветителей. Монтескье, Руссо, Вольтер, Юм, Локк и французские энциклопедисты влияли на Верлоя, Вонка, Линге, Юрселя и других демократических мыслителей Южных Нидерландов. На широкие же массы бельгийского населения большое влияние оказывала памфлетная литература. Брабантская революция стала "золотым веком" для публицистов и памфлетистов. Муниципальная библиотека Лилля содержит коллекцию, которая насчитывает 10 тыс. памфлетов времен Брабантской революции. Линге, де Феллер, Ван ден Эльскен, Дутрепон, Дедуайе, Дювивье и другие способствовали формированию общественного мнения своей пропагандой.

Следующий мощный взрыв оппозиционного движения в Австрийских Нидерландах произошел под непосредственным влиянием Французской революции конца XVIII в., имевшей громадный общеевропейский резонанс. В донесениях Фациуса за июль-август 1789 г. главной, ведущей темой становятся события революции во Франции. Эти донесения были снабжены большим количеством приложений в виде номеров "Газеты Нидерландов", "Бюллетеня Версаля", "Указа императора и короля, касающегося семинарий от 14 августа 1789 г.", "Заявления императора, касающегося беспорядков, которые распространяют возмутители общественного спокойствия от 1 сентября 1789 г.".

Внимательный наблюдатель, Фациус фиксировал в донесениях все наиболее важные события, пытался их проанализировать и сделать выводы. 20 сентября 1789 г. он писал:

"Неистовство эмигрантов здесь все еще продолжается, вот уже несколько дней, как около восьмидесяти молодых людей отправились отсюда прямо в армию. Тысячами они собираются на границах. В Лилло группа из пятидесяти человек решила отправиться по воде на территорию Голландии. В окрестностях Хасселта на границе с Льежем насчитывается около 3000 хорошо вооруженных и делающих военные экзерсисы повстанцев.

Чтобы положить конец этим беспорядкам, правительство только что опубликовало более суровый, чем все предыдущие, ордонанс, который, как надеются, произведет наконец нужный эффект. Можно надеяться, что эти сбитые с толку овцы смогут наконец вернуться к своим очагам в предписанные ордонансом сроки".

В другом письме Остерману от 1 октября 1789 г. Фациус также описывал беспорядки, происходившие в стране. Симпатии российского консула были явно не на стороне восставших "овец", как он их называл, а на стороне легитимного монарха Иосифа II:

"Я имею честь информировать Ваше Сиятельство о том, что здешнее правительство приняло наконец строгое решение, чтобы положить конец формированию на границе войск, которые постоянно угрожают этой стране вторжением. Полк Бендера, отряд гренадеров и дивизион драгунов здешнего гарнизона, часть Лувенского гарнизона и большая часть гарнизона Люксембурга уже выступили и частично прибыли на свои посты, чтобы организовать заслон этим формированиям под командованием генерала Шредера. Они получили приказ уничтожить их, если те будут сопротивляться. Эти меры были приняты после того, как был получен приказ послать за границу войска, чтобы очистить законные владения от бродяг, которые заполонили здесь многие голландские города и деревни от Берген Оп Зоома, Бреды, Хертогенбосха до Эйндховена. В Льеже и в окрестностях Хасселта также собрались тысячи повстанцев.

Число мятежников, против которых направлены правительственные войска, точно не известно. Но это явное преувеличение оценивать их количество более двадцати тысяч. Более умеренные донесения оценивают их число в 4000, из которых 1500 вооружены ружьями с двойным стволом, остальные же плохо вооружены и плохо экипированы, но предполагают, что у них есть ружья. Офицеры носят униформу - красные мундиры и желтые брюки. Эти офицеры по большей части французы, другие - молодые люди также выходцы из этой страны. Их предводитель - адвокат Ван дер Ноот. Аббатства Тонгерло и Синт-Бернар обеспечивают финансами, а среди восставших можно увидеть священника Мелена, кюре из деревни Ашелен, а также многих буржуа из Антверпена и Тинена".

По мере углубления политического кризиса в стране волнение российского консула нарастало. В письме от 15 октября 1789 г. Фациус с тревогой описывал начавшуюся гражданскую войну, участие в военных действиях на стороне мятежников крестьян, вооруженных вилами.

"В этой стране началась настоящая гражданская война, - констатировал он. - Мятежники, изгнанные с голландской территории, направились на территорию императора, 23-го они овладели Хогстратеном, где они заставили магистрат принести присягу Штатам, 24-го они овладели Тюрнхаутом и несколькими деревнями. Императорский офицер (т.е. австрийский. - А.Н.), который командовал отрядом в 80 человек, атаковал повстанцев, взял в плен 27 человек и отправил их в Антверпен. Были арестованы многие вооруженные крестьяне, которые звонили в колокола в своих деревнях. Узнав эти новости, генерал Альтон стянул вчера к Мехелену батальоны Бендера, Клерфе, Мюррея, а также батальон гренадеров. Был сформирован армейский корпус под командованием генерала Шредера, направившийся навстречу мятежникам, которых сначала было от 6 до 7 тысяч, но число их значительно увеличилось до 12 тысяч за счет вооруженных вилами крестьян. Руководитель восстания Ван дер Ноот * должен направиться в Хогстратен, во дворец княгини Сальм.

* Анри Шарль Никола Baн дер Ноот родился в Брюсселе в 1731 г., умер в Стромбееке в 1827 г. В возрасте 26 лет в 1758 г. был принят в коллегию адвокатов и вошел в Совет суверена Брабанта 23 апреля 1787 г. Выпустив брошюру о правах брабантского народа, возглавил оппозицию реформам Иосифа II.

Этот несчастный бунт, который грозит бросить страну в такую же бездну бед. в которой находится Франция, закончится большим кровопролитием, так как мятежники, изгнанные с территории Голландии, являются в то же время изгнанниками в своей собственной стране и находятся в отчаянии".

В письме от 25 октября 1789 г. Фациус анализировал манифест А. Ван дер Ноота и отношение к нему австрийского императора, а также общую атмосферу в восставших бельгийских провинциях:

"Манифест Ван дер Ноота, о котором я писал в моем предыдущем донесении, а также и второй, который я отправил вместе с первым манифестом, только что приказано сжечь по требованию большого Совета императора, и это было приведено в исполнение позавчера на Гранд Пляс чиновником высшего суда. То же самое постигло очередной декрет, текст которого я здесь прилагаю. В этом декрете подчеркивается, что преступные идеи, которые мятежники распространяют повсюду, куда только они могут проникнуть, показывают, сколь высокого уровня достигло это восстание, а дерзость и неистовство этого адвоката даже позволяют ему объявить войну своему законному суверену.

Этот руководитель повстанцев является главным агентом Брабантских штатов. и, как многие члены этих штатов, как граф де Мастэн, барон де Вемель, кардинал Мехельнский, архиепископ Антверпена, многие аббаты и члены третьего сословия, имеют поддержку городов, которые по большей части присоединяются к восставшим".

Спустя неделю, 1 ноября 1789 г., Фациус с большим волнением сообщал графу Остерману, что "беспокойство растет здесь каждый день, все в движении, подвозят артиллерию и амуницию, все патриоты готовы в любую минуту взяться за оружие".

8 ноября российский консул доносил, что Гент пал. "Город Гент больше не подвластен императору. Генерал Арберг был вынужден покинуть его, а 800 солдат гарнизона, которые перед его прибытием в город укрылись в казармах, вынуждены были под покровом ночи ретироваться из города". А в письме за 15 ноября сообщалось о том, что Диет и Тинен также находятся во власти инсургентов: "Войска, которые были в этих городах, потерпели поражение".

День за днем Фациус описывал события, происходившие в разных городах бельгийских провинций. Вслед за Гентом, Брюгге, Дистом и Тиненом волнения охватили и Антверпен, где 16 домов самых богатых граждан были сожжены до тла. Гарнизон города отступил из крепости, а патриоты были воодушевлены примером городов Тинен, Левен и Гент.

В результате мощного антиавстрийского движения правительству в 1789 и 1790 гг. пришлось пойти на уступки. Под угрозой надвигавшейся революции полномочный министр Австрийских Нидерландов Фердинанд Трауттмансдорф указами от 20 и 21 ноября 1789 г. восстановил порядок, существовавший до 1 января 1787 г. Уступки, однако, не пошли впрок императору: революция все-таки вспыхнула и бельгийцы сами взяли себе то, что не хотели принять от своего государя в минуту его слабости и чего тот не хотел им дать добровольно во время своего могущества. Брабантские штаты первыми встали в оппозицию и отказали императорскому правительству платить налоги, пока не будут восстановлены прежние права. К ним присоединились ремесленные корпорации Левена. Вокруг них стали собираться все недовольные слои бельгийского общества: представители буржуазии и дворянства, торговцы, рабочие и ремесленники, духовенство. Все считали теперь Иосифа II настоящим тираном, против которого надо было вооружаться. Была создана партия противников реформ, или "патриотов", во главе которой был Ван дер Ноот, член брабантского совета, блестящий оратор, яркими речами заражавший слушателей. Он опубликовал брошюру об отношении Иосифа II к бельгийским провинциям. Ван дер Ноот возглавил брабантское революционное движение, встав во главе революционного комитета и целого отряда добровольцев, носивших бельгийские национальные цвета: черный, желтый и красный. Губернаторы советовали Иосифу II пойти на уступки, однако император продолжал жестко настаивать на выполнении своих приказов. Депутация бельгийцев, приезжавшая для переговоров в Вену, вернулась ни с чем. Народ продолжал волноваться, духовенство всячески убеждало население бороться с австрийским правительством.

Для подавления мятежных бельгийцев Иосиф II послал в бельгийские провинции генерала А. Альтона, известного своей жестокостью во время проведения карательных экспедиций. Наделенный полномочиями главнокомандующего войсками, Альтон закрыл в Антверпене и Мехельне епископские семинарии, арестовал нескольких ораторов, членов брабантских штатов, а также представителей духовенства. Несмотря на приказ генерала стрелять в безоружную толпу, революционное движение принимало все больший размах. Некоторые провинции упорно отказывались платить налоги, повторяя министрам короля, что "они могут их сломить, но заставить сделать то, что требуют - никогда!". В ответ Иосиф II только усилил нажим на бельгийцев. Он отменил их конституционные свободы и привилегии, уничтожил главный совет, запретил депутатам штатов занимать какие-либо государственные должности и предоставил Альтону неограниченные полномочия.

Взятие восставшими Бастилии и другие события в Париже еще больше подогревали революционные настроения в бельгийских провинциях. Повсюду - на улице, в церквах, в парках бельгийцы обсуждали положение на родине, сравнивая его с положением во Франции, строили самые невероятные планы и повсюду раскидывали лаконичные прокламации: "lci comme a Paris!" ("Здесь как в Париже"). Весь июль 1789 г. прошел в волнениях, в Левене уже появились баррикады. Альтон продолжал арестовывать и сажать в тюрьмы сотни людей, многие, в частности Ван дер Ноот вынуждены были бежать за границу, в Голландию и во Францию, чтобы спастись от ареста. Некоторые из предводителей Брабантской революции пытались найти помощь у иностранных держав. Ван дер Ноот с представителями духовенства и третьего сословия устроил в Голландии, в Бреде, революционный комитет, выпустил несколько манифестов, воззваний и, получив полномочия от революционного народа, отправился искать иностранную помощь. Он вел переговоры с Голландией, предлагая ей присоединить бельгийские провинции к Голландии и основать республику. Он ездил в Берлин и Лондон за поддержкой, но все державы, к которым он обращался, остались равнодушны к судьбам бельгийцев, и, если они шли на переговоры с Ван дер Ноотом, то лишь с единственной целью - свести счеты с австрийской империей.

В то время как Ван дер Ноот надеялся на вмешательство Голландии или Пруссии, другой бельгийский адвокат и член брабантского совета Жан Вонк решил поднять восстание в самих бельгийских провинциях. В отличие от Ван дер Ноота Вонк был человеком спокойным, уравновешенным, имел большой политический опыт. Жан Франсуа Вонк (1743-1792), как и Ван дер Ноот, был членом Брабантского совета. Как многие его современники, Вонк испытал на себе сильное влияние Американской революции, войны за независимость в Республике Соединенных провинций и Французской революции конца XVIII в. В отличие от Ван дер Ноота Вонк не был настроен против реформ Иосифа II, он был лишь несогласен с методами, которыми они проводились. После изгнания австрийцев и провозглашения Республики Бельгийских соединенных штатов разногласия между сторонниками Ван дер Ноота и Вонка обострились. Вонк и его сторонники покинули Брюссель. Вонк жил сначала в Намюре, потом Лилле, где он скончался в 1792 г.

Вонк вместе с коллегами-адвокатами основал в бельгийских провинциях, несмотря на все гонения и запреты, тайное общество "Pro aris et focis" ("За свои алтари и очаги"). Члены этого общества были разбиты на небольшие ячейки по шесть-семь человек, причем каждый знал в лицо только членов своей группы, остальные члены общества узнавали друг друга по паролю, написанному на карточке. Эти карточки передавались из рук в руки, от неофитов, желавших вступить в тайное общество, до членов главного комитета.

Очень быстро деятельность общества распространилась по всей территории бельгийских провинций. Его члены напечатали свою программу, навербовали добровольцев и сформировали полки в Льеже и Хасселте. Австрийское правительство потребовало немедленного роспуска этих "инсургентов", но льежская администрация отказалась выполнить это требование, и тогда австрийцы двинули против них регулярную армию. Бельгийские волонтеры успели перейти голландскую границу и присоединиться в Бреде к тем, кто туда эмигрировал вместе с Ван дер Ноотом. Вонк также присоединился к ним. У него уже было около 70 тыс. единомышленников, готовых по первому зову встать под знамена своего предводителя. Таким образом, в бельгийских провинциях возникла армия патриотов. Ее возглавил генерал Ж.А. Ван дер Мерш.

В ночь с 23 на 24 октября 1789 г. отряды бельгийской революционной армии вплотную подошли к границам своих родных провинций. Армия была разделена на две части: большую во главе с Ван дер Мершем, состоявшую из 2800 человек, и маленькую, всего в 600 человек под командой П. Дево. Вторжению повстанцев в страну предшествовало длинное воззвание к народу, составленное Ван дер Ноотом, где предлагалось низложить Иосифа II, нарушившего конституцию, и освободить себя от данной ему присяги.

Первая победа, одержанная революционной армией при Тюрнхауте, вселила в восставших надежды. К повстанцам присоединились жители Гента, Брюгге, Остен-де. Брюссельцы также не хотели оставаться под властью австрийцев. 10 декабря в главном кафедральном соборе Св. Гудулы во время службы возникло стихийное движение, в толпе разбрасывались ленточки брабантских цветов, священник с кафедры призывал бороться за религию, в ризнице раздавалось оружие. Из церкви толпа людей разошлась по улицам, они стали нападать на австрийских часовых и отбирать у них оружие. Постепенно восстание приняло такой размах, что австрийские войска вынуждены были уйти из города и отступить до самого Люксембурга.

В декабрьских донесениях российский консул описывал победу инсургентов, поражение войск австрийского императора, триумф Ван дер Ноота, торжественно вошедшего в Брюссель.

"Революция все больше и больше набирает силу, - отмечал он, - ее инициаторы слишком многого добились в данный момент. Они надеются, что последние события смогут повернуть ход событий. Генералы Феррарис и Лилиен, а также граф Трауттмансдорф пытаются дать ответ на манифест Ван дер Ноота от 24 октября, но последний заявил, что не желает иметь дела с полномочными представителями императора. Означенный Ван дер Ноот совершил 18-го поистине королевский въезд в Брюссель под звон колоколов и пушечные выстрелы, шесть тысяч буржуа и все жители города выстроились вдоль улиц. Весь город был празднично иллюминирован. Манифест Ван дер Ноота уже появился в газетах и неукоснительно выполняется. Отдан приказ принести присягу магистратам городов и донести все эти новости во все уголки государства.

Посол Голландии и резидент Франции еще не выехали отсюда, как мне преждевременно сообщили. Они лишь послали своих секретарей к своим дворам в ожидании дальнейших инструкций.

Штаты Брабанта скоро соберутся на свое заседание и объявят о своей независимости. Духовенство слишком экзальтировано, чтобы прислушаться к малейшему предложению об умиротворении. Здесь никто не верит, что папский нунций вернется сюда, так как Его Святейшество не хочет быть первым, кто признает независимость этой страны.

Никто не хочет думать о последствиях этого тотального взрыва, который угрожает разделением провинций, несет неисчислимые бедствия всей нации, а не только духовенству. Ужасы опустошения, огромные потери, преследования и беды - вот следствия этих событий".

В этом же письме Фациус с волнением спрашивал у Остермана о своей собственной судьбе:

"Что касается меня, то я чувствую себя в этой ситуации совершенно изолированным, сердце мое удручено этими обстоятельствами и моим собственным положением. Ваше Сиятельство со свойственной Вам мудростью может решить, оставаться ли мне здесь или я могу уехать.

Пять с половиной лет моего пребывания здесь отмечены самыми интересными и важными событиями. Вы, Ваше Сиятельство, в Вашем любезном письме от 27 июля 1787 года были так добры высоко оценить мои всеподданнейшие доклады. Я имею счастье иметь знаки высокого благоволения нашей любезной государыни (Екатерины II. - А.Н.). Я желал бы более всего в этих печальных обстоятельствах иметь возможность уехать отсюда. Однако я буду ждать с покорностью распоряжений нашей августейшей государыни. В моем преклонном возрасте, 68 лет, я буду выполнять свои обязанности до последнего вздоха моей жизни, чтобы заслужить ее расположение ко мне и моим детям.

С сожалением я возвращаюсь к печальным последствиям революции. Дезертиры императорских войск продолжают прибывать сюда огромными толпами. Офицеры же, в частности генерал Альтон, приведут очень мало войска из армии, которая еще два месяца назад насчитывала 16 000 человек. Наши республиканцы сильно рассчитывают здесь на пруссаков, которые стоят в Льеже, все считают, что именно они нарушили здесь перемирие. В Льже есть разногласия, одна часть стоит за союз с французской демократией, однако духовенство не видит в этом для себя больших выгод. Еще одна часть хочет выборного суверена, как в Польше, а те, кто за императора, не решаются протестовать. Однако невозможно поверить в то, что максимы, провозглашенные в манифесте брабантцев и которые угрожают всем тронам. могут быть признаны прусским королем или каким-либо еще сувереном.

В настоящее время созваны Брабантские Штаты. Они уже прошли стадию союза между провинциями Брабант и Фландрия. Гарнизоны Антверпена и Лилло все еще держатся, но, чтобы спастись, они должны будут все же капитулировать и оставить в Антверпене артиллерию и находящуюся там амуницию".

Донесения Фациуса подтверждают, что под непосредственным влиянием Французской революции значительное число бельгийских волонтеров устремилось в г. Бреда, где был создан революционный комитет из представителей "ноотистов" и "вонкистов", подписавших в сентябре 1789 г. соглашение о единстве действий. Тайный повстанческий комитет был создан также и в Брюсселе. В ночь с 23 на 24 октября 1789 г. бельгийская волонтерская армия, перейдя в районе Тюрнхаута бельгийско-голландскую границу, начала военные действия против австрийских войск на территории Брабанта. Этим событиям Фациус посвятил несколько донесений. Последовавшие массовые народные восстания в Брюсселе, Генте, Намюре и других бельгийских городах позволили бельгийской волонтерской армии уже в начале декабря 1789 г. завершить освобождение почти всей территории бельгийских провинций, за исключением провинции Люксембург и Антверпена, гарнизон которого не сдавался до 29 марта 1790 г.

В декабре 1789 г. австрийские войска были вытеснены из Бельгии, и во всех провинциях собрались штаты, а в январе 1790 г. в Брюсселе был созван конгресс представителей всей страны. Восстанавливались прежние советы, и от старого австрийского бюрократического режима не осталось и следа.

18 декабря революционный комитет объявил о низложении Иосифа II. Для выработки новой конституции и образа правления было объявлено о созыве национального конгресса.

В это ответственное для страны время резко обострились разногласия между различными течениями восставших. Патриоты разделились на две партии. Одну составили клерикалы, аристократы, консерваторы во главе с Ван дер Ноотом. Они требовали сохранения старого порядка, прежних привилегий, когда каждая бельгийская провинция представляла собой почти самостоятельное государство и управлялась выборными от двух сословий, духовенства и аристократов. Опираясь на большинство в стране, Ван дер Ноот полагал, что революция очень мало изменяет жизнь в стране и только Генеральные штаты заменяют власть Иосифа II.

Другая партия - сторонники Вонка - считали, что в стране должны быть проведены самые демократические реформы. Прежде всего Вонк требовал для маленьких городов и сел тех же самых прав, какими пользовались большие города, увеличения количества депутатов от народа. Партия Вонка отстаивала идею о том, что революция была совершена в интересах всего народа, а не отдельных привилегированных сословий, что она была делом всей нации и поэтому ее результаты должны касаться представителей всего народа. Сторонники той и другой партии позволяли себе самые резкие выпады друг против друга. Так, приверженцы Вонка упрекали консервативную партию в измене стремлениям революции, в измене нации и свободе, так как во время революции они вели переговоры с другими государствами, в частности с Пруссией и Голландией. Партия же Ван дер Ноота обвиняла демократов в том, что они изменили родине, старинным традициям.

Национальный конгресс открылся 7 января 1790 г., а 11 января он провозгласил страну республикой под названием "Бельгийские Соединенные Штаты". Законодательная власть в новом государстве принадлежала штатам, т.е. парламенту, исполнительная власть, в компетенцию которой входило право объявлять войну или заключать мир, вступать в союзы с другими державами, назначать посланников, чеканить монету, принадлежала конгрессу. Он должен был состоять из депутатов отдельных штатов. Но вплоть до августа конгресс не был самостоятельным, он сливался с генеральными штатами, одни и те же люди осуществляли как законодательную, так и исполнительную власть.

Большинство членов конгресса были сторонниками партии Ван дер Ноота. Он был министром республики, Вонку же был предложен пост председателя совета финансов. Однако он не вошел в состав министерства. Вонк основал "новое патриотическое общество", которое, признавая высший авторитет конгресса, предлагало провести реформы в выборной системе, расширить избирательные права по принципу французских. Духовенство всеми силами боролось против демократической партии. 17 февраля 1790 г. оно преподнесло Генеральным штатам адрес с 400 тыс. подписей, в котором содержались требования верующих восстановить прежнюю конституцию. Консервативная партия вела самую активную пропаганду против демократов.

16 марта на церквах появились прокламации, приглашавшие собраться в этот день на главной площади Брюсселя, чтобы защитить религию, конституцию и свободу от "интриганов патриотического клуба". Накануне ночью на домах сторонников Ван дер Ноота были вывешены изображения Богоматери, а на домах приверженцев Вонка - надписи: "Разграбить, сжечь, всех убить! ". В городе начались погромы.

В накалившейся атмосфере Вонк и его сторонники спешно покинули Брюссель, рассчитывая на поддержку Ван дер Мерша, защитника Вонка, находившегося со своим войском в Намюре. Генерал не раз открыто критиковал Ван дер Ноота, говорил, что "незачем было свергать одного тирана, чтобы дать народу 60 новых" и бросал ему в лицо обвинение в измене и предательстве. Многие жители Намюра, приверженцы Вонка, перешли на сторону его войска.

В стране образовались два враждебных вооруженных лагеря, и консервативная партия решила пойти на уступки. Ван дер Ноот послал на переговоры в Намюр двух своих братьев вместе с другими депутатами Генеральных штатов. Они потребовали от Ван дер Мерша дать отчет в своих действиях, а когда тот отказался, генерал со стороны Ван дер Ноота, протестант и пруссак, назначенный военачальником по совету Пруссии и Голландии, занял крепость Антверпен и пошел на Намюр.

Ван дер Мерш, чтобы избежать кровопролития и начала гражданской войны, хотел путем мирных переговоров уладить конфликт, однако сторонники Ван дер Ноота проникли в Намюр, изгнали часовых с постов, арестовали офицеров, учинили беспорядки в городе. Ван дер Ноот стал хозяином положения, а Вонк с единомышленниками успел убежать во Францию.

В Брюсселе царила полная анархия и неразбериха. Один из французов, оказавшийся в те дни в Брюсселе, писал: "Город во власти террора, письма распечатываются, жизнь человека не обеспечена, царят ложь и предательство, убийцы и разбойники чувствуют себя господами!".

В самый разгар этих событий 20 февраля 1790 г. в Вене скончался Иосиф II. "Ваша страна меня доконала, - говорил он за несколько дней до смерти принцу де Линь. - Когда взяли Гент, у меня началась агония, а падение Брюсселя стало минутой моей кончины. Сколько оскорблений нанесли мне бельгийцы! И я умираю... !".

После смерти Иосифа II трон наследовал его младший брат Леопольд II. Он был тонким политиком и сразу же предложил сталкивавшимся между собой бельгийцам полную амнистию, обещал, что в стране будут полностью восстановлены прежние хартии и привилегии. Леопольд II настаивал только на том, чтобы генерал-губернатором стал представитель императорской фамилии, все же другие должности могли быть заняты бельгийцами. Генеральные штаты могли собираться, когда захотят, а законы должны были обсуждаться представителями всех учреждений страны.

Однако партия Ван дер Ноота ответила на австрийские предложения полным отказом, даже не став рассматривать в деталях предложения Леопольда II. Партия Вонка, напротив, советовала пойти на переговоры с Австрией и потребовать более демократических реформ. Иностранные государства больше не стали поддерживать бельгийцев, и на конгрессе, созванном в Рейхенбахе, представители Англии, Голландии и Пруссии решили поддержать Леопольда II. Это обстоятельство нанесло последний удар по бельгийской революции. Отныне бельгийцы могли рассчитывать только на собственные силы и стали снова собирать войско.

Был объявлен набор волонтеров в вооруженные силы. Ван дер Ноот собрал около 20 тыс. добровольцев. Он рассчитывал напасть на австрийцев, прежде чем они получат подкрепление, но, выступив к Намюру, потерпел неудачу. Вскоре австрийские полки рассеяли революционное войско. Австрийский фельдмаршал с 30-тысячным войском перешел Маас и быстро оказался у стен Брюсселя. Революционное войско бежало. Ван дер Ноот скрылся в Голландии. Брюссельцы сложили оружие, и вся Бельгия вновь подчинилась Австрии. Однако в стране продолжались волнения, несмотря на то, что Леопольд II сдержал свои обещания: отменил указы Иосифа II, организовал правительство по примеру Карла Лотарингского при Марии Терезии, позволил сторонникам Вонка вернуться на родину и основать в Брюсселе "Общество друзей". Однако это общество очень скоро прекратило свое существование, провинциальные штаты снова перестали платить налоги, и обе партии, и либеральная и консервативная, все чаще и чаще стали обращать свои взоры к Франции, надеясь на ее поддержку.

Революция в Австрийских Нидерландах закончилась поражением и реставрацией австрийского господства, но нельзя недооценить ее значения для последующего хода исторических событий, в результате которых бельгийские провинции спустя 40 лет окончательно обрели свою независимость.

После поражения Брабантской революции бельгийские провинции в 1794-1795 гг. вошли в состав Франции и до 1815 г. оставались под властью французского императора Наполеона Бонапарта.

После поражения Наполеона судьбу его империи решили страны-победительницы на Венском конгрессе 1814-1815 гг. Одним из актов Венского конгресса было создано новое государство - Нидерландское королевство, в котором европейские дипломаты искусственно соединили два совершенно разных народа - бельгийцев и голландцев, мнения которых, естественно, никто не спрашивал. Это государство, главной целью которого было служить противовесом Франции, просуществовало лишь 15 лет, и в 1830 г. под влиянием Июльской революции во Франции, в Брюсселе началась революция, в результате которой бельгийские провинции отделились от голландских и создали независимое государство - королевство Бельгию (cм. об этом: Намазова А.С. Бельгийская революция 1830 г. М., 1979).

Намазова Алла Сергеевна - кандидат исторических наук, заведующая Центром изучения истории XIX века Института всеобщей истории РАН.

А.С. Намазова
Читайте также:



 
©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты