Главная  >  Политика   >  Российская власть   >  Спецслужбы   >  Авторские публикации


Полковник Ветров, он же агент FARREWELL

18 ноября 2007, 36

Осужденный за бытовое убийство сотрудник советской разведки оказался французским шпионом

Осужденный за бытовое убийство сотрудник советской разведки оказался французским шпионом

В марте 1982 года по коридорам Первого главка Комитета госбезопасности поползли слухи о вопиющем ЧП. Оказалось, 22 февраля этого года сотрудник Управления "Т" (научно-техническая разведка) ПГУ полковник Владимир Ветров отправился кататься на "Жигулях" со своей любовницей и коллегой Людмилой Аничкиной. На Рублевском шоссе под воздействием алкоголя пара начала бурно выяснять отношения: Аничкина требовала от Ветрова оставить семью и жениться на ней. Подогретый спиртным разведчик выхватил нож и нанес женщине несколько ударов. Выскочив из машины, она стала звать на помощь. Для случайного прохожего, решившего вмешаться в ссору, благое намерение закончилось гибелью. Аничкина выжила.

РЫЦАРЬ ПЛАЩА И... НОЖА

3 ноября 1982 года трибунал Московского военного округа признал Ветрова виновным в умышленном убийстве и приговорил к 15 годам колонии строгого режима с лишением воинского звания и наград. Но в августе 1984 года отправленному отбывать наказание под Иркутск уголовнику-разведчику, "посчастливилось" вернуться в Москву - в следственный изолятор "Лефортово". В ноябре он предстал перед судом по обвинению в измене родине в форме шпионажа. 14 декабря военная коллегия Верховного суда СССР вынесла Ветрову приговор, после которого назад уже не возвращаются. 23 февраля 1985 года он был расстрелян. Кто знает, не было бы ссоры с любовницей, быть может, полковник продолжал бы и дальше спокойно трудиться на чекистском поприще, заодно подрабатывая у французских коллег. Ведь узнав, что Ветров попал в места не столь отдаленные за убийство, парижские друзья фактически создали условия для расшифровки своего агента.

ОБМЕН ЛЮБЕЗНОСТЯМИ

В январе 1983 года во французском посольстве в Москве вышел из строя телекс. Разобравшие аппарат ремонтники обнаружили в одном из конденсаторов электронный "жучок", передающий информацию через электросеть. Аналогичные устройства оказались вмонтированными и в остальные пять посольских телексов. Выяснилось, что еще в октябре 1976 года во время транспортировки из Парижа по советской территории аппараты перевозились в грузовых вагонах безо всякого сопровождения. Этого времени для умельцев из КГБ оказалось достаточно, чтобы аккуратно подменить конденсаторы. За 8 лет никто из службы безопасности диппредставительства не удосужился проверить аппаратуру.

Выслушав доклад о проколе своих спецслужб, президент Франсуа Миттеран решил отыграться. Из представленного контрразведкой ДСТ списка выявленных сотрудников резидентур КГБ и ГРУ глава Пятой республики собственноручно вычеркнул 47 человек, подлежавших немедленной высылке из страны. 28 марта 1983 года вызванному во французский МИД советнику посольства СССР во Франции Николаю Афанасьевскому была предъявлена соответствующая нота. В ответ на требование предъявить доказательства причастности советских дипломатов к шпионажу, начальник канцелярии министерства Франсуа Шерр предъявил копию секретного документа Госкомиссии при Совете министров СССР по военно-промышленным вопросам. Именно эта бумага и вывела принявшихся за поиск "крота" советских контрразведчиков на след Ветрова - ведь в первом отделе правительственной комиссии по ВПК сохранился список лиц, знакомившихся с документом. Позже в публикациях французских исследователей сообщалось, что Farrewell - такой псевдоним носил агент - передал на Запад более 4 тысяч секретных документов.

ВИНО, ЖЕНЩИНЫ, ДРАГОЦЕННОСТИ...

В 1965 году в одно из советских внешнеторговых представительств в Париже на должность старшего инженера прибывает новый сотрудник Владимир Ветров. Французские контрразведчики склонялись к тому, что эта должность служит прикрытием для КГБ. Впрочем, возникали и сомнения в его принадлежности к разведке: поведение Ветрова не отличалось активностью и сводилось к тому, чтобы спокойно досидеть до конца командировки и подзаработать. Впрочем, свою основную работу хоть как-то надо было выполнять. Так, Ветров, в частности установил контакт с Жаком Прево, ответственным работником фирмы "Томсон ЦСФ", изготавливавшей электронное оборудование, в том числе военного назначения, и попросил его оказать небольшую услугу - рассказать о новых технических разработках для возможных закупок.

Но Прево уже оказывал услуги - французской контрразведке ДСТ. И теперь объектом вербовочного изучения становится сам Ветров. А однажды даже представился подходящий случай. Изрядно напившись, Ветров разбил служебную автомашину. Желая избежать неприятных разбирательств в посольстве, он прибежал к своему приятелю и, стоя на коленях, уговаривал помочь с ремонтом машины. Французский друг не отказал, но немедленно уведомил контрразведку, что теперь у Ветрова есть, что скрывать от своих. Но использовать ситуацию в своих целях контрразведка не успела - у советского инженера подошла к концу командировка.

Второй раз "капиталистический рай" открыл двери для Ветрова через четыре года - в 1974 году. Он получил должность в советском торгпредстве в Монреале. В Канаде черты характера, которые затем привели Ветрова к измене, проявились особенно остро. Пристрастившись к спиртному еще в Москве, он продолжал закладывать за воротник. Использовал любую возможность для нелегальных заработков. Но вскоре "малина" закончилась. Уже через год Ветров был отозван в Союз с выговором по партийной линии. Впрочем, не исключено, что причиной высылки стала полученная внешней контрразведкой информация о проявлении к советскому дипломату вербовочного интереса со стороны канадцев, которые вполне могли получить наводку от дружественных французских спецслужб. Тем более что и в Монреале Ветров сам облегчил работу местной контрразведке. Дело в том, что у Ветровых пропали купленные еще в Москве дорогие ювелирные украшения - ограбили мастерскую, куда они были сданы для подгонки.

Таким образом, дважды Ветров чуть было не встал на путь предательства. Но, как говорится, было бы желание. С таким послужным списком рассчитывать на карьеру в ПГУ Ветрову уже не приходилось. Его не повышали в должности, не присваивали очередного звания. А денег требовалось все больше. Выпивки, женщины Одной из избалованных любовниц очень нравились дорогие подарки. А между тем Ветров хоть и был удален с оперативной работы, оказался на участке с доступом к важной информации - в управлении, занимавшемся анализом научно-технической информации, поступающей из-за рубежа.

СВЯЗИ ПРИГОДИЛИСЬ

Весной 1981 года советский офицер решил вспомнить о старом французском друге. Письмо, доставленное Жаку Прево из Москвы Александром де Полем, с которым Ветров познакомился в московском Экспоцентре, вскрывали на улице Соссэ, 11, - в штаб-квартире контрразведки.

После получения письма французам предстояло проверить, не является ли Ветров наживкой КГБ? Они все же рискнули выйти на контакт с Ветровым и не прогадали. Вновь встретившийся с ним Александр де Поль привез в Париж ценнейшие документы. Приобретение такого агента в СССР стало для французов настоящей удачей. Осуществлять связь с Ветровым было поручено майору Феррану - обычно это происходило на Черемушкинском рынке. Уже на первой встрече Ветров требует материальное вознаграждение за "работу" - шубу, золотые сережки для любовницы и деньги. Примечательна сумма, которую выставил изменник, - 30 тысяч рублей в год: как тут не вспомнить о 30 сребрениках Иуды? И он не завышал цену - за сведения о работе Управления "Т" ПГУ - научно-технической разведки любая западная спецслужба готова была выложить огромные деньги. Работа как раз этого подразделения больше всего беспокоила противников Советского Союза. Не случайно в конце 1980-х - начале 1990-х годов зарубежные агенты влияния по дипломатическим каналам требовали у советского правительства его расформирования и даже пытались увязать с этим условием выдачу кредитов. Западным странам было из-за чего беспокоиться: Управление "Т" собирало богатый урожай на ниве технологических секретов. Все это не только экономило СССР бюджетные средства - достаточно сказать, что информация "тэшки" окупала все ассигнования на Комитет госбезопасности - но и позволяло поддерживать паритет в условиях холодной войны. Все помнят, как разведка помогла советским ученым ликвидировать отставание в создании ядерного оружия. И таких примеров было немало. Примечательно, что когда в Париж стали поступать донесения Ветрова-Фарэвелла, часть "добычи", доставшейся КГБ в разных странах, оказалась востребованной французской промышленностью.

Но основной заслугой советского полковника перед покровителями с берегов Сены стало не это. За 9 месяцев сотрудничества с французскими спецслужбами Ветров раскрыл имена 70 осведомителей КГБ в 15 западных странах и 450 сотрудников советской разведки, занимавшихся сбором научно-технической информации. Более того, французское правительство сумело использовать эти сведения для улучшения отношений с США. Вашингтон стал высказывать большое недоверие Парижу в связи с включением в состав правительства четырех коммунистов. Кстати говоря, опасения старшего брата в политической неблагонадежности подтвердились, когда всплыло дело о шпионаже в пользу Москвы министра обороны Франции Мишеля Эрню. Но тогда, и в июле 1981 года, на встрече "большой семерки" в Оттаве, Франсуа Миттеран использовал "Досье Фарэвелла", чтобы задобрить президента Рональда Рейгана. Американо-французские отношения действительно сблизились: вице-президент США, бывший директор ЦРУ Джордж Буш-старший лично принял в Белом доме шефа французской контрразведки Марселя Шале.

Однако долго пользоваться плодами контактов с Фарэвеллом французам не пришлось. Последняя встреча с ним была проведена майором Ферраном декабре 1981 года, а в феврале 1982 года горячность Ветрова в ссоре с любовницей прервала шпионскую игру. Впрочем, в ходе расследования второго, шпионского уголовного дела, он рассказал следователям, что даже из колонии пытался передавать французам записки с просьбой о помощи. Но для них он был уже отработанным материалом.

Выбытие советского полковника из рядов агентурного аппарата позволило французским и другим западным спецслужбам с размахом реализовать полученную от него информацию. Ведь выдворение из Парижа 47 советских дипломатов в марте 1983 года после скандала с обнаружением подслушивающей техники во французском посольстве в Москве было лишь частью операции спецслужб западного сообщества - в общей сложности оказались высланными 88 советских разведчиков, работавших за рубежом под прикрытием. Проходили и аресты советских агентов - граждан западных государств. Так, в 1984 году в ФРГ арестовали Манфреда Реча, главного инженера одного из управлений крупнейшей компании по производству вооружений "Мессершмитт-Белков-Блом", который семнадцать лет работал в пользу СССР.

Путь Ветрова к предательству не оригинален: моральное разложение, пьянство, невоздержанность в отношениях с женским полом, страсть к обогащению, неудовлетворенные карьерные амбиции. Но если судить строго, любая измена - это недоработки руководства и соответствующих структур, призванных следить за чистотой рядов. В частности, возникает вопрос: почему отозванный из Канады за неблагонадежное поведение разведчик получил на родине должность с доступом к ценнейшей информации? Хотя, конечно, от упущений в работе не застрахован никто. Но в спецслужбах ошибки в подборе кадров обходятся очень дорого.

По материалам сайта ФСБ России

Станислав Лекарев, Владислав Крамар
Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты