Главная  >  Политика   >  Российская власть   >  Спецслужбы   >  Авторские публикации


Роль личности в истории сталинских репрессий

07 декабря 2007, 50

На современном этапе исторического исследования деятельности органов госбезопасности очень важно избегать идеологизированных штампов, оставшихся нам в наследство от коммунистического прошлого.

На современном этапе исторического исследования деятельности органов госбезопасности очень важно избегать идеологизированных штампов, оставшихся нам в наследство от коммунистического прошлого. Большинство ученых сейчас решают в первую очередь академические задачи и проблемы, стоящие перед наукой в этом направлении. Конъюнктурные соображения и эмоции постепенно уступают место трезвым оценкам фундаментальных исследований.

Для воссоздания наиболее полной и объективной картины нашей истории представляется необходимым вскрыть и проанализировать те причины, которые привели к зарождению и становлению сталинского единовластия в форме жесткого тоталитарного режима и как следствие этого проведение массовых репрессий по политическим мотивам.

Историю органов безопасности СССР в период правления Сталина логично рассматривать с учетом той политической обстановки, в которой шло их становление, формирование и развитие. Анализ политологического аспекта в этой связи просто необходим, поскольку ВЧК-КГБ всегда считались политическими органами и выполняли функции "вооруженного отряда партии". Органы госбезопасности в советской системе долгое время олицетворялись с кровавой расправой над неповинными людьми.

Политическая система сталинского типа - это, прежде всего, репрессивная система и её главная отличительная черта - диктатура партийно-государственного аппарата, основанная на жестком насилии. Тоталитарный или точнее сталинский режим власти в своей основе, предполагал наличие мощного силового ведомства, с помощью которого вождь мог удержаться на вершине властной пирамиды. Единая вертикаль партноменклатуры закреплялась и дублировалась структурами госбезопасности, подчиненными лично Сталину. Такой порядок гарантировал надежный контроль за выполнением любых распоряжений и приказов, исходящих от лидера страны.

ВЧК-КГБ никогда не были изолированным звеном в советском государственном механизме, следовательно в обстановке острой борьбы в политических и властных структурах они играли решающую роль. Со времен Октябрьской революции и гражданской войны объективные условия ставили органы госбезопасности на ключевые позиции в борьбе за власть.

Сталинская модель единовластия диктаторская по своей сути - различалась по форме проявления в различный хронологический период. Сталин 20-х гг., конечно же, отличается от Сталина 30-х или конца 40-х гг. Крупный организатор, интриганские способности которого оказались выше, чем у его соратников времен революции и гражданской войны, сумел в последующем на практике утвердить господство одной идеологии и свое личное господство на территории бывшей Российской империи. Хитрый и опытный политик смог обеспечить себе победу в борьбе за ленинское наследство. Достижение успеха для Сталина невозможно было без привлечения лицемерия и грубого насилия. Поэтому опора на ОГПУ-НКВД в своей политике была определенной закономерностью, составляющей частью его стратегических целей.

Перспективы строительства первого в мире социалистического государства удивительным образом совпали с личными перспективами Генерального секретаря ЦК партии. Когда речь шла о борьбе за власть, то вопрос теоретических разработок социалистической стройки для вождя всех народов отодвигался на второй план, главный аспект в этом случае перемещался в практическую плоскость - обеспечат ли новые порядки безграничную власть первому руководителю? Для него важно было создать окружение сторонников, которое поддержит своего лидера в борьбе за политическое господство. В этом отношении органы госбезопасности с их широкими оперативными возможностями становились просто необходимыми для достижения поставленных целей. Мощь сталинской системы была в том, что она охватывала подавляющее число населения страны. Советский строй был силен тем, что он пронизывал всё общество. Несмотря на свою догматичность и утопизм, в низах существовали элементы демократии, которые создавали видимость справедливости. Социалистическая идея стала двигателем в общественном развитии.

Ментальность советского народа, ясные и простые лозунги коммунистических идей, их безусловная привлекательность - способствовали воплощению в жизнь сталинских стремлений. Оценивая сталинскую политику нельзя использовать только однобокие подходы. Нужно признать, что на тот период времени в своем большинстве народ поддерживал идеи Маркса-Ленина-Сталина. Множество героических прорывов и социальных завоеваний было связано с этой идеологией. Режим поддерживал мысль о том, что строить новое очень трудно, да еще в капиталистическом окружении. И народ верил словам своих вождей. В массах имелась питательная почва для коммунистических идей.

Строительство социалистического общества было поставлено с большим размахом и большинство граждан СССР поддерживало это строительство, принимая в нем самое активное участие. По своей сути, сталинский режим власти и рассчитывал на беспредельно преданный революционный порыв народных масс, героизм и самопожертвование простых людей во имя светлого будущего.

Постепенно Сталин превращался в символ социалистического государства, вождя всех времен и народов.

Им была создана система и по вертикали и по горизонтали подчиненная только одному человеку, система, превозносившая Сталина до позиций полубога.

Насаждение в сознание масс веры в неизбежность прихода коммунизма - способствовало этому процессу. Монопольное право на истину теперь находилось только в ЦК партии, а если быть точнее - лично у тов. Сталина. Краткий курс ВКП(б) стал библейским кодексом и руководством в деятельности многих граждан СССР.

Любое теоретическое положение, разработанное Сталиным в области социалистического строительства моментально становилось аксиомой в марксистко-ленинском учении. Поэтому когда вождь провозгласил тезис об усилении борьбы против "врагов народа" в условиях обостряющегося кассового противостояния - партийно-государственная верхушка власти подхватила эту идею. Для советского руководства открылась возможность списать свои ошибки и просчеты на счет контрреволюции и противников коммунизма. Спасти страну от "бешеных собак" и "наймитов империализма" могли только "ежовые рукавицы" НКВД. Оставалось только составить лимиты на разоблачение и ликвидировать многочисленных "гадов" в лице "шпионов, террористов, вредителей, диверсантов". Вот как описывал обстановку массового психоза 1936-1938 гг. в своём предсмертном письме в ЦК партии генерал-полковник с 30-летним чекистским стажем. "На демонстрациях 1-го мая и 7-го ноября плакаты с надписями "Ежовые рукавицы". На съездах Советов, партийных конференциях, общих собраниях основная тема выступлений - борьба с врагами народа, вредительством, каждый делегат обязательно говорит об этом... В органах госбезопасности создаются лимиты на аресты... люди ещё живут, а на них спущены смертные лимиты и дел-то ещё никаких нет... И вот начинают арестовывать, расстреливать, а чтобы секретари ЦК крайкомов, обкомов молчали - их вводят в состав "троек". И опять безмолвие, никто ни слова. Арестовывают, стреляют - кругом молчаниe... Для того чтобы упростить и ускорить репрессии - заготавливают бланки, в которые нужно только дописать анкетные данные арестованных". 1

Осознав трагедию страны и свою личное в ней участие, бывший член "тройки" пришел к выводу после ХХ съезда КПСС покончить жизнь самоубийством. В середине 50-х гг., в разгар реабилитации жертв сталинских репрессий, Н.С.Хрущев свалил ответственность за массовый террор в стране на Сталина и бывших руководителей органов госбезопасности.

До сих пор бытует мнение, что главные организаторы репрессий - это Ежов и Берия. Только их, якобы провокационная деятельность, ложные донесения в Кремль могли побудить Сталина санкционировать кровавую опричнину.

Публикация новых архивных материалов и исследования историков позволяют несколько по иному взглянуть на механизм проведения массовых репрессий в 30-е гг.

Свойства административно-командного режима ставили органы ВЧК-НКВД на уровень исполнителя воли партийно-государственного аппарата. Это подтверждает анализ правовой базы органов госбезопасности СССР, которая регулировала и направляла их деятельность в строгом соответствии с постановлениями ЦК ВКП(б) за которыми скрывались решения самого Сталина.

Например, теперь мы обоснованно можем утверждать, что применение физического воздействия в практике НКВД было санкционировано ЦК ВКП(б) в 1937 г. и ещё раз подтверждено в 1939 г. В частности, в письме секретарям обкомов, крайкомов, ЦК нацкомпартий, наркомам внутренних дел, начальникам УНКВД за подписью Сталина констатировалось: "ЦК ВКП считает, что метод физического воздействия должен обязательно применяться и впредь, в виде исключения, в отношении явных и не разоружающихся врагов народа, как совершенно правильный и целесообразный метод" 2.

Несомненно, что период 20-х - начала 50-х гг. непосредственно связан с личностью Сталина, который являлся руководителем партии и государства. В условиях однопартийной системы на объективные требования исторического развития большое влияния оказывали субъективные взгляды первого руководителя страны. Деятельность органов государственной безопасности СССР в рассматриваемый период существенным образом определялась субъективными предначертаниями высшего партийно-государственного руководства, когда допускалось игнорирование объективных потребностей развития общества. В этой связи приобретает актуальность изучение межличностных отношений на Олимпе советской политической власти на этапе формирования сталинского режима и его функционирования. Несмотря на свои диктаторские наклонности, Сталин общался со своим близким окружением и учитывал его мнение.

Поэтому в кардинальных поворотах сталинской политики принимали участие и его партийные соратники. Журнал "Исторический архив" за 1994 - 1995 гг. опубликовал материалы о количестве посещений и времени, проведенном ближайшими сподвижниками Сталина в его кабинете. Изучая эти данные с 1931 г. по 1939 г. можно достаточно обоснованно сделать вывод о том, кого же Сталин больше всего привлекал для решения насущных задач партийного и государственного строительства, а, следовательно, кто же больше всего разделяет ответственность с вождем за преступления и ошибки сталинизма в первые десятилетия советской власти.

ГодФамилияКоличество

посещений

Время, проведенное в кабинете Сталина

(часов, минут)

1931Молотов

Каганович

Постышев

Ворошилов

Орджоникидзе

97

73

49

29

24

126,15

167,0

109,25

56,45

45,15

1932Молотов

Каганович

Постышев

Орджоникидзе

Куйбышев

117

106

56

47

45

291,45

246,30

136,40

52,20

104,55

1933Молотов

Каганович

Ворошилов

Микоян

Орджоникидзе

140

122

65

40

35

435,15

415,20

150,30

82,20

100,50

1934Каганович

Молотов

Жданов

Ворошилов

Орджоникидзе

103

97

86

79

59

323,10

334,45

278,30

166,30

186,50

1935Молотов

Каганович

Орджоникидзе

Ворошилов

Ягода

101

92

77

70

53

315,35

261,20

218,00

198,15

73,15

1936Молотов

Ворошилов

Орджоникидзе

Каганович

Ежов

109

76

67

57

31

267,40

292,15

176,35

161,55

75,30

1937Молотов

Ежов

Ворошилов

Каганович

Маленков

213

174

142

128

62

601,20

527,55

438,35

406.10

72,35

1938Молотов

Ежов

Ворошилов

Жданов

Каганович

170

104

99

82

74

470,25

305,50

266,0

203,55

200,45

1939Молотов

Ворошилов

Микоян

Берия

Жданов

274

181

142

108

93

659,30

509,40

301,10

184,45

226,05

Приведенная выше таблица красноречиво свидетельствует, что вместе со Сталиным репрессивную политику государства определяли такие одиозные фигуры как Молотов, Каганович, Ворошилов и др.

В истории деятельности органов госбезопасности в условиях сталинского режима представляется важным изучение персоналий тех деятелей и руководителей СССР, которые оказали значительное, а в некоторых случаях и определяющее влияние на судьбы страны и общества.

Все это показывает ограниченность возможностей сталинской системы власти в достижении гарантий соблюдения основных прав и свобод граждан.

Специфичность и монополизм в агентурно-оперативной работе органов государственной безопасности СССР предопределяли участие НКВД в контроле на объектах экономики, транспорта, выполнение контрольно-инспекторских и хозяйственно-организаторских функций и выдвигали, таким образом, органы государственной безопасности на ключевые позиции в государственном механизме.

Благодаря агентурно-оперативной деятельности, позволявшей универсально решать многие задачи, а также наличию высоко дисциплинированных и мобильных сил и средств органы государственной безопасности оказались легко приспосабливаемы к такому роду работы и зачастую вынуждены были подменять государственные и хозяйственные структуры. Выполнение таких обязанностей противоречило интересам контрразведывательной работы.

Для деятельности органов государственной безопасности СССР наряду с выполнением контрразведывательных функций были присущи и такие направления работы, которые хотя и были законодательно оформлены, однако, противоречили основным правам и свободам граждан, закрепленным в Конституции СССР (в частности, это касалось ст. 58-10 УК РСФСР).

Результаты и эффективность деятельности органов государственной безопасности в силу ее внутренней противоречивости наиболее трудны для оценок. С одной стороны - разведывательно-подрывная деятельность западных стран встречала отпор со стороны органов ОГПУ-НКВД, которые имели определенные результаты на этом направлении; с другой стороны - сказались репрессивные черты сталинской системы власти, когда органы государственной безопасности использовались для расправы с тысячами не в чем не повинных людей.

С геополитической точки зрения органы государственной безопасности СССР выступали в роли защитника общенациональных интересов своего государства в противовес Западному миру, преследовавшему цель мирового господства. И в этом случае критика коммунистического режима и его идеологии являлись своеобразной ширмой в стратегических устремлениях США и их союзников и лишь усиливали потенциал враждебности в странах Запада по отношению к СССР. Это была борьба против серьезного конкурента на мировой арене и существовавший в Советском Союзе государственно-политический режим только обострял эти противоречия.

Излишняя идеологизация деятельности органов государственной безопасности была обусловлена революционными событиями, гражданской войной и наличием в стране только одной партии - ВКП(б). Под идеологические стереотипы подгонялась практика ведомства, что снижало эффективность его работы. Вследствие этого значительная часть сил и средств органов государственной безопасности по воле Сталинского ЦК отвлекалась от проведения разведки и контрразведки, как важнейших задач обеспечения безопасности советского государства и направлялась на борьбу с мнимыми врагами народа, что в значительной мере формировало негативное отношение к органам НКВД и являлось тормозом в развитии демократических начал в обществе.

Эти тенденции в деятельности органов государственной безопасности СССР являлись отражением политических установок партийно-государственного руководства, которые основывались на классовом подходе в правовой практике. Поскольку в обществе доминировал марксистко-ленинский подход ко всем явлениям действительности и существовал примат революционной целесообразности, роль права оказалась принижена, а принцип верховенства закона приобретал формальные черты. В нормотворчестве имел место субъективизм, выразившейся в установках Сталина и функционеров партии на всех уровнях, приспособление к конкретному историческому моменту. Ведомственные подзаконные акты нередко противоречили Конституции СССР, были антидемократичны, имело место пренебрежение основополагающими правами личности.

Недостатки законодательства и расширительное толкование правовых норм отрицательно влияли на правоприменительную практику органов НКВД.

На июльском Пленуме ЦК КПСС (1953 г.) и в своем выступлении на ХХ съезде партии Н.С.Хрущев умело отмежевался от преступлений прошлых лет, взвалив весь груз ответственности в первом случае на Л.П.Берию, а во втором на тирана Сталина. Хотя сам Н.С.Хрущев, будучи секретарем Московской областной и городской партийной организации с 1935 г. по 1938 г. самым непосредственным образом участвовал в жутких репрессиях времен "ежовщины". Только с его санкции могли быть репрессированы руководители почти всех рангов г. Москвы. 3

Руководство органов госбезопасности и рядовые сотрудники, претворяя в жизнь партийную политику, сами оказались беззащитными пред накатившим маховиком репрессий. Выбора для них практически не оставалось: либо приспособляться, либо самому стать жертвой.

Обратимся еще раз к словам очевидца тех лет. "Не выполнение лимита (для оперативного сотрудника органов госбезопасности - А.П.) - в лучшем случае - снятие с работы; в большинстве - арест... Многие работники органов не выдерживают - кончают жизнь самоубийством. Стрелялись даже некоторые руководители НКВД. Зам. Наркома - Курский. Пускают липовый слух - на личной почве, семейные неурядицы. Чепуха, конечно же, не в этом дело. Вскоре вслед за Курским кончает жизнь самоубийством другой зам. Наркома, начальник СПО - Литвин. И опять мертвая тишина. Никто нечего не делает, а о работниках периферии и говорить нечего..." 4.

Взять к примеру начальников Управления НКВД по г. Москве и Московской области, которые были репрессированы в этот период.

1. Агранов Я.С. - начальник УНКВД с 09.1931 г. по 02.1933 г. арестован в 07.1937 г. - расстрелян (08.1938 г.)

2. Реденс С.Ф. - начальник УНКВД с 02.1933 г. по 01.1938 г. - арестован в 11.1938 г. - расстрелян (01.1940 г.)

3. Заковский Л.М. - начальник УНКВД с 01.1938 г. по 04.1938 г. - арестован в 04.1938 г. - расстрелян (08.1938 г.)

4. Каруцкий В.А. - начальник УНКВД с 04.1938 г. по 05.1938 г. - застрелился сам.

5. Цесарский В.Е. - начальник УНКВД с 05.1938 г. по 09.1938 г. - арестован 12.1938 г. - расстрелян (01.1940 г.)

6. Журбенко А.С. - начальник УНКВД с 09.1938 г. по 12.1938 г. - арестован в 12.1938 г. - расстрелян в 02.1940 г. 5

И совсем не случайно, что с приходом к власти, Н.С.Хрущев приказал уничтожить многие документы из партийных и государственных архивов.

Вовсе не оправдывая Л.П.Берию, который, как и Н.С.Хрущев повинен во многих необоснованных репрессиях, нужно отметить, что вина Л.П.Берии соизмерима вине Н.С.Хрущева и всех остальных вождей сталинского окружения. И нужно признать, что после назначения Л.П.Берии руководителем НКВД волна репрессий спадает и мало того, начинаются первые реабилитации под лозунгом борьбы с перегибами прошлых лет. (Это коснулось, прежде всего, многих военачальников и ученых).

В условиях сталинской тоталитарной системы органы госбезопасности были обречены на проведение репрессий, и руководство ВЧК-НКВД, по сути, не могло кардинально влиять на проведение массовых чисток. Ягода, Ежов и Берия могли только опосредованно сужать или увеличивать масштабы репрессивной политики. Многое здесь зависело от желания выслужиться перед "хозяином", показать свое рвение. Безусловно, что больше всего в этом преуспел Ежов.

Берия потенциально был способен сделать и больше, но в отличие от Ежова он был на голову выше по уровню образования, да и опыт партийных интриг у Берии был больше. К тому же сама натура дальновидного и хитрого политика интуитивно подсказывала Берии, что в делах с уничтожением "врагов народа" нельзя перегибать палку. Из печальной участи своих предшественников на посту руководителей НКВД Берия не мог не извлечь для себя уроки. Инициативу в проведении массовых чисток "большой мингрел" проявлять не хотел, и делал это лишь с санкции самого Сталина. Логика исторического процесса подсказывала Берии показать свою деятельность в лучшем свете для Сталина - провести первые реабилитации, чтобы выглядеть справедливым и мудрым на фоне малообразованного Ежова. Такая тактика соответствовала и сталинским планам. Поэтому с одобрения Сталина в 1939 г. прошел, так называемый, "бериевский антипоток" из ГУЛАГа и ссылок. А.И.Солженицын оценивает этот факт в истории НКВД "как случай в истории Органов невероятный". 6

Ученые по разному подсчитывают количество полностью реабилитированных лиц в 1939 г. Но в целом, число такой категории граждан колеблется в пределах от 1% - до 9% от числа репрессированных до того, как Берия возглавил НКВД. 7

Уроки прошлого показывают, что эффективная система безопасности общества может быть построена только на путях построения демократического, правового государства.

Исторический опыт свидетельствует о том, что примат интересов государства может вступать в противоречие с интересами его граждан и общества.

В результате непродуманных и фальшивых заявлений о том, что органы госбезопасности якобы стояли над партией и самочинно творили беззаконие, а не выполняли волю высшего партийного руководства (которое собственно и вовлекло органы госбезопасности в преступления) усилилась неприязнь со стороны общества к органам НКВД, возникли немалые трудности в их работе.

В условиях сталинского режима роль субъективного фактора крайне высока. Абсолютная власть создавала предпосылки для принятия любых решений (в том числе и иррациональных) небольшой группой стоящих у власти людей. В результате появлялись угрозы безопасности страны, её потенциал подрывался массовыми репрессиями, игнорировались научная экспертиза по важнейшим вопросам жизни государства. Обладая абсолютной властью, высшее партийное руководство активно использовало органы безопасности в противоправных делах, побуждали их к нарушению Конституции и неправомерному насилию, а затем в нужный для себя момент возбуждали против них и руководства органов народное негодование, ослабляя моральный и профессиональный потенциал НКВД. Тоталитарное мышление Сталина и его сторонников, низкий уровень их общей и политической культуры, в условиях сохранившегося режима единоличной власти, своими волюнтаристскими решениями нанесли серьезный ущерб безопасности страны.

Именно поэтому, раскрывая деятельность органов госбезопасности, важно показать влияние субъективного фактора на неё.

Уделяя внимание субъективным факторам в деятельности Сталина и его окружения, нужно дать более полную оценку политической и оперативной обстановки нежели это дается в исторических работах посвященных этому периоду. Следует отметить, что отсутствие продуманной программы реформ, научного прогнозирования развития событий, не учет уроков периода 30-х-40-х гг. не послужили уроком для руководителей реформ и архитекторов перестройки, начавшейся в 1985 г. Неправильный расчет ресурсных возможностей страны, пренебрежительное отношение к историческим традициям, отрицательное влияние субъективного фактора (деструктивное воздействие которого возрастает в периоды крупных поворотов в политике и в переходное время) существенно подорвали систему безопасности СССР и ускорили развитие кризисных явлений, приведших к распаду Советского Союза. Решающую роль в этом опять же сыграли субъективные факторы, и среди них противоречивость политической натуры М.С.Горбачёва и других архитекторов перестройки, совмещавших тоталитарные установки с псевдодемократией. Существенное значение здесь сыграло незнание психологии собственного народа, непонимание страшной разрушительной силы стихийной социальной инерции больших социальных групп людей, подверженных иррациональному влиянию стоящей у власти политической элиты. Беспринципность М.С.Горбачёва и его окружения и назначенного им для разрушения КГБ В.Бакатина, вновь поставили под удар органы госбезопасности и нанесли серьёзный ущерб государственным интересам страны.

Внешняя деятельность органов НКВД была подчинена решению задач разведывательного и контрразведывательного обеспечения военно-политической стратегии СССР, силового противостояния первого в мире социалистического государства с враждебным окружением западных стран.

Необходимо отметить, что противостояние между СССР и Западом явилось не только и не столько следствием идеологической несовместимости двух систем, сколько противоречием геополитических интересов СССР и Запада.

Потребность обеспечения этой стратегии отразились на активности и направленности разведывательной и контрразведывательной работы органов госбезопасности СССР против враждебного капиталистического окружения.

Необходимо указать на увеличение масштабов разведывательной и контрразведывательной работы органов НКВД, в частности, с позиций Коминтерна.

Изменения происходившие в сфере агентурно-оперативной деятельности, увеличение агентурного аппарата, категории осведомителей.

Сохранение массовой базы "подучётного элемента", тенденции к осуществлению широкого оперативного контроля за обществом и расширение функций органов НКВД, не входило в противоречие с потребностью реализации поставленных Сталиным задач.

1. Российский государственный архив новейшей истории (далее РГАНИ). Ф.5. Оп.30. Д.232. Л.28.

2. (См. подробнее: Воронин Н. В соответствии с указанием ЦК ВКП(б) // Служба безопасности. 1993. №5-6. С.2.)

3. См. подробнее: Наумов В.П. Н.С.Хрущев и реабилитация жертв массовых политических репрессий // Вопросы истории. 1997. №4. С.19-35.

4. РГАНИ. Ф.5. Оп.30. Д.232. Л.28.

5. Государственный архив Российской Федерации. Коллекция документов.

6. Солженицын А.И. Архипелаг ГУЛАГ М.: 1989. Т.1. С.83.

7. См.: Земсков В.Н. ГУЛАГ (историко-социологический аспект) // Социологические исследования. 1991. №6. С.19.

По материалам сайта ФСБ России

А. И. Пожаров
Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты