Главная  >  Политика   >  Российская власть   >  Спецслужбы   >  Авторские публикации


Деятельность органов государственной безопасности СССР в послевоенный период (1945-1954 гг.)

22 декабря 2007, 415

Первое послевоенное десятилетие явилось весьма напряженным и интересным периодом в жизни нашей страны и ее органов государственной безопасности.

Первое послевоенное десятилетие явилось весьма напряженным и интересным периодом в жизни нашей страны и ее органов государственной безопасности. В эти годы активно шло восстановление разрушенных в войну сел, городов и целых регионов, поднимались из руин фабрики, заводы, создавались новые отрасли промышленности.

Деятельность отечественных органов безопасности развертывалась в 1945-1954 годах в условиях непростой политической и оперативной обстановки. К числу основных внешних факторов, оказавших огромное влияние на направленность и содержание их работы, следует, прежде всего, отнести начало "холодной войны" между СССР и ведущими западными странами.

К настоящему времени среди большинства российских и ряда иностранных историков сложилось мнение о том, что и советская и западная стороны несут равную ответственность за развязывание "холодной войны". Обе стороны исходили из своих геополитических интересов и стремились максимально использовать положение победителей для укрепления своих позиций в мире.

Что касается советской внешней политики, то в ней продолжало сказываться традиционное стремление партии большевиков ослабить позиции "лагеря империализма" на международной арене и оказать поддержку "мировому коммунистическому движению". Но с другой стороны действия советского руководства были во многом объективно обусловлены уроками только что завершившейся тяжелейшей войны. После победы в Великой Отечественной войне руководство СССР стремилось создать вокруг нашей страны пояс из дружественных ей государств.

На Западе подобные действия Советского Союза были расценены как проявления экспансии. К 1947 году администрация США провозгласила политику "сдерживания коммунизма", то есть противодействия Советскому Союзу. Конкретное выражение она нашла в принятой 18 августа 1948 года Советом Национальной безопасности США директиве № 20/1. Согласно директиве, Соединенные Штаты должны были стремиться "... а) свести мощь и влияние Москвы до пределов, в которых она не будет более представлять угрозу миру и стабильности международных отношений; б) в корне изменить теорию и практику международных отношений, которых придерживается правительство, стоящее у власти в России".

Отталкиваясь от провозглашенных политических целей, руководство США предложило военным разработать стратегию своих действий на случай войны с Советским Союзом. При этом, как администрация США, так и военное командование, полагаясь на созданное атомное оружие и мощную авиацию дальнего действия, не исключали развязывания превентивной войны, стремясь разыграть этот козырь, прежде чем аналогичные средства поражения будут созданы и Советским Союзом.

Политика, проводившаяся Соединенными Штатами Америки в отношении Советского Союза, находила полную поддержку и понимание в других западных странах. В конечном итоге это привело созданию в 1949 году военно-политического блока НАТО. Взятый правительствами США и их союзников курс на подготовку к войне с СССР требовал соответствующего разведывательного обеспечения. В этой связи основные усилия, как военных, так и внешнеполитических разведывательных служб стран-участниц блока НАТО были нацелены преимущественно на сбор информации о военном и экономическом потенциале Советского Союза, его мобилизационных возможностях.

Вследствие этого постепенно Советский Союз оказался охвачен по периметру своих границ не только военным базами, но и разведывательными органами стран бока НАТО. Разведывательные подразделения ЦРУ, СИС и некоторых других спецслужб действовали под прикрытием дипломатических представительств западных стран в Москве, а также с территории Японии, Южной Кореи, Ирана, Турции, Греции, Италии, Германии, Австрии, Швеции и Норвегии. Наглядным подтверждением этому могут служить операции американской и английской разведки по заброске в СССР агентов-нелегалов. Самолеты ВВС США и Великобритании стартовали с агентами на борту с территории Греции, острова Мальты, Западной Германии, Японии. В других случаях нелегалы проникали в СССР через сухопутную границу из Турции, Ирана, Финляндии и Норвегии. Приведенные факты позволяют говорить о том, что деятельность против СССР спецслужб стран-участниц блока НАТО и, прежде всего, Соединенных штатов Америки, постепенно приобрела на протяжении первого послевоенного десятилетия глобальный характер.

Другой отличительной чертой разведывательно-подрывной деятельности западных спецслужб против СССР в период 1945-1954 годов стало использование острых средств, форм и методов работы, что, впрочем, в определенной степени было характерно и для советской стороны. Попытки активизировать вооруженное националистическое подполье в западных регионах СССР, прорывы агентуры на территорию СССР через сухопутную границу с боем, похищение советских военнослужащих и гражданских лиц в Австрии и Германии с целью вербовки и другие подобные акции накаляли политическую и оперативную обстановку.

В условиях существовавшей в стране однопартийной политической системы фактическое руководство в сфере обеспечения государственной безопасности, военного строительства и т.п. сосредоточилось в послевоенный период руках узкого круга лиц, входивших в состав Политбюро ЦК ВКП (б). Органы "Смерш" - НКГБ-МГБ-МВД СССР находились под постоянным контролем лично И.В. Сталина, а также назначаемого из числа членов Политбюро ЦК ВКП (б) куратора. Ими в послевоенный период являлись поочередно А.А. Кузнецов, Г.М. Маленков и Н.А. Булганин.

Все важные решения в сфере правового регулирования деятельности органов госбезопасности принимались по устоявшейся с годами одной и той же схеме. Инициаторы - ими, как правило, выступали члены Политбюро и Центрального комитета ВКП (б), ЦК и обкомы партии союзных и автономных республик, краев и областей, центральный аппарат "Смерш "- НКГБ - МГБ - МВД СССР выходили со своими предложениями в Секретариат ЦК ВКП (б), который в качестве первой инстанции их рассматривал и утверждал. По второстепенным вопросам - назначениям руководителей местных органов госбезопасности, незначительным штатным изменениям и т.п. решения Секретариата ЦК ВКП (б) было достаточно и оно, оформленное в письменном виде, направлялось для выполнения в орган исполнительной власти - Совет Министров СССР, который принимал соответствующее постановление.

По наиболее серьезным вопросам рассмотренные предварительно в Секретариате ЦК ВКП (б) документы поступали для окончательного утверждения в Политбюро ЦК ВКП (б) и лишь затем, оформленные в виде выписки из протокола заседания, направлялись в органы исполнительной власти. Именно такой путь проходили решения, касавшиеся задач, структуры органов разведки и контрразведки, использования специальных сил и средств, назначения руководителей центрального аппарата органов госбезопасности, проведения массовых выселений отдельных категорий населения и т.п.

На протяжении всего первого послевоенного десятилетия достаточно активно шел процесс организационного строительства и совершенствования структуры советских органов государственной безопасности, который условно можно разделить на три основных этапа. Первый из этих этапов, по сути, является периодом воссоединения органов госбезопасности в рамках единого ведомства и расширения их компетенции. Его хронологические рамки охватывают 1945-1951 годы.

Известно, что к моменту окончания второй мировой войны в силу ряда причин органы государственной безопасности, и, прежде всего, контрразведывательные подразделения, оказались рассредоточенными по четырем различным ведомствам. Внешнеполитическая разведка, транспортные и территориальные органы контрразведки входили в состав самостоятельного Наркомата государственной безопасности СССР. Военная контрразведка была представлена на этот момент времени Главным управлением контрразведки "Смерш" НКО СССР, Управлением контрразведки "Смерш" НКВМФ СССР и органами "Смерш" НКВД СССР, обслуживавшими в оперативном плане пограничные, внутренние и железнодорожные войска наркомата внутренних дел. Подобное положение объяснялось тем, что вхождение в состав военных ведомств позволяло в годы войны военной контрразведке, опираясь на помощь командования, более эффективно решать свои задачи на фронте и в прифронтовой полосе. Однако сохранение раздробленности контрразведывательной службы в мирное время могло бы стать серьезной помехой в организации эффективной борьбы с разведывательно-подрывной деятельностью спецслужб иностранных государств.

Вопрос об объединении органов государственной безопасности был поднят на уровне партийно-государственного руководства страны весной 1946 года. К этому времени в рамках преобразования СНК СССР в Совет министров СССР НКГБ СССР было переименовано в Министерство государственной безопасности СССР.

По поручению И.В. Сталина министр госбезопасности СССР В.Н. Меркулов, его заместитель С.И. Огольцов и начальник ГУКР "Смерш" НКО СССР В.С. Абакумов подготовили записку с проектом реорганизации Министерства государственной безопасности СССР и представили ее 3 мая 1946 года главе правительства. Проект предусматривал ряд серьезных структурных изменений в МГБ СССР, главным из которых было включение в состав министерства военной контрразведки "Смерш". 4 мая 1946 года представленный проект был рассмотрен и утвержден на заседании Политбюро ЦК ВКП (б).

В обновленном виде Министерство государственной безопасности стало включать в себя: Первое Главное управление по разведывательной и контрразведывательной работе за границей, Второе Главное управление по контрразведывательной и разведывательной работе внутри СССР (среди гражданского населения и иностранцев), Третье Главное управление по контрразведывательной работе в частях вооруженных сил СССР, Четвертое управление - розыскное, Пятое управление - оперативное (наружное наблюдение, предварительная разработка), Шестое управление - шифровально-дешифровальное, управления охраны № 1 и 2 (охрана правительства), Следственную часть по особо важным делам.

Кроме того, в структуру центрального аппарата МГБ СССР входил ряд самостоятельных оперативных отделов: отдел "А" (оперучеты, статистика, архив), отдел "В" (цензура и перлюстрация корреспонденции), некоторые другие.

Состоявшееся 20 августа 1946 года решение Политбюро ЦК ВКП (б) о приеме-сдаче дел МГБ СССР наметило дальнейшие мероприятия по совершенствованию организационной структуры органов государственной безопасности. В целях обеспечения борьбы с агентурой иностранных разведок и "антисоветским подпольем" на железнодорожном транспорте, на морском и речном флотах в МГБ СССР создавалось специальное управление и его органы на местах. Центральный аппарат МГБ пополнился дополнительно отделом оперативной техники, а также тюремным и финансовым отделами. При министре государственной безопасности СССР образовывалось свое ведомственное Особое совещание.

В начале 1947 года были произведены новые серьезные структурно-кадровые преобразования в системе органов МГБ, на этот раз связанные с необходимостью усиления борьбы с националистическим сепаратистским подпольем в западных регионах страны. В соответствии с постановлением СМ СССР от 20 января 1947 года из МВД Литовской, Латвийской, Эстонской ССР, управлений МВД западных областей Украины и Белоруссии в соответствующие министерства и управления МГБ республик и областей передавался личный состав отделов по борьбе с бандитизмом. Этим же решением был оформлен переход из МВД в МГБ внутренних войск. На базе отошедших к МГБ отделов по борьбе с бандитизмом в марте - апреле этого же года были сформированы управления-отделы 2-Н МГБ-УМГБ Украины, Белоруссии и Прибалтийских республик по борьбе с националистическим подпольем.

1947 г. вошел в историю отечественных органов государственной безопасности и как год серьезного реформирования всей системы советской внешней разведки. В соответствии с постановлением Совета Министров СССР от 30 мая 1947 года был создан Комитет информации (КИ) при Совете Министров СССР, который возглавил министр иностранных дел СССР В.М. Молотов.

Созданное самостоятельное ведомство внешней разведки оказалось, однако, по мнению ряда исследователей недостаточно работоспособным. Разрыв традиционных связей военной и внешнеполитической разведок со своими бывшими коллегами из Министерства вооруженных сил (МВС) и МГБ СССР негативно сказывался на результатах оперативной деятельности. В силу этого уже в январе 1949 года из состава Комитета Информации была выведена и передана в МВС военная разведка. Статус же оставшихся разведподразделений был понижен и Комитет Информации вошел в подчинение Министерства иностранных дел СССР.

Весьма неординарным завершением происходившего в период 1947-1949 годов процесса перераспределения сил и компетенций между МВД и МГБ стало принятое в октябре 1949 года Политбюро ЦК ВКП (б) и правительством решение о передаче в министерство госбезопасности органов милиции и пограничных войск. Нельзя не отметить, что таким образом фактически была воспроизведена ситуация начала 1930-х годов, когда органы внутренних дел и пограничники входили в состав ОГПУ СССР.

Некоторые исследователи истории правоохранительных органов СССР связывают реформу 1949 года с начавшейся в этот период в стране новой "чисткой". Представляется, однако, что в данном случае основной причиной явилось осложнение внешнеполитической и оперативной обстановке. Именно в апреле 1949 года был создан военно-политический блок НАТО, а во второй его половине спецслужбы США и Великобритании приступили к активной заброске на территорию СССР своих агентов по нелегальным каналам. Розыск последних являлся исключительно сложным делом и требовал целенаправленного, скоординированного использования органов госбезопасности, внутренних дел, пограничных и внутренних войск.

Решение о передаче органов внутренних дел в состав МГБ СССР заслуживает неоднозначной оценки. Наряду с положительными моментами, оно, безусловно, вело к разбуханию управленческого аппарата и размыванию компетенции министерства, отвлекало руководство МГБ СССР от решения задач, относившихся собственно к сфере обеспечения государственной безопасности. В то же время относительно целесообразности передачи в МГБ СССР пограничных войск, таких сомнений нет. Вхождение пограничных войск в состав МГБ СССР позволило улучшить координацию местных органов госбезопасности и пограничников по вопросам повышения эффективности охраны госграницы, розыска нарушителей.

Последним крупным организационным мероприятием первого этапа стало создание в МГБ СССР согласно решению Политбюро ЦК ВКП (б) от 9 сентября 1950 года специальных Бюро № 1 и Бюро № 2. Задача первого из них состояла в проведении диверсионных актов за границей, а второго - в выполнении специальных заданий внутри СССР.

Очередной второй этап организационного строительства органов государственной безопасности СССР, временные рамки которого охватывают период с середины 1951 по февраль 1953 года, протекал в гораздо более спокойном темпе. Наступление нового периода в развитии органов госбезопасности непосредственно связано с арестом В.С.Абакумова и появлением 11 июля 1951 года решения Политбюро ЦК ВКП (б) "О неблагополучном положении в Министерстве государственной безопасности СССР".

К числу весьма важных структурных преобразований органов госбезопасности второго этапа следует, прежде всего, отнести возвращение в состав МГБ СССР внешнеполитической разведки. Решение об этом было принято на заседании Политбюро ЦК ВКП (б) от 1 ноября 1951 года. Организационно внешняя разведка вошла в состав заново созданного Первого главного управления МГБ СССР. Примерно в это же время, в марте 1952 года, в центральном аппарате МГБ на базе Главного управления внутренних войск и Управления войск правительственной "ВЧ" - связи МГБ было сформировано Главное управление Внутренней охраны МГБ СССР.

Последней крупной реорганизацией сталинского периода истории отечественных органов государственной безопасности стало решение инстанции от 30 декабря 1952 года о создании Главного Разведывательного управления (ГРУ) МГБ СССР на базе слияния уже существовавших Первого и Второго главных управлений, Бюро № 1 и некоторых других отделов. Предусматривалось, что ГРУ МГБ СССР будет состоять из двух основных управлений: Управления по разведке за границей и Управления по контрразведке внутри страны. Однако данное решение так и не было претворено в жизнь в связи с последовавшей вскоре смертью И.В. Сталина и новой реорганизацией правоохранительных органов.

Смерть бессменного в течение тридцати лет лидера страны весной 1953 года положила начало новому третьему этапу реформирования органов государственной безопасности. Уже 5 марта 1953 года Совет Министров и Президиум Верховного Совета СССР в своем совместном постановлении признали необходимым осуществить некоторые мероприятия по улучшению партийного и хозяйственного руководства страной. Согласно этому постановлению большая часть министерств объединялась в более крупные ведомства. В рамках этой компании МГБ СССР и МВД СССР вошли в состав нового Министерства внутренних дел СССР, главой которого был назначен Л.П. Берия.

По мнению некоторых исследователей, слияние министерств было вызвано стремлением Л.П. Берии сосредоточить в своих руках основные рычаги по управлению правоохранительными органами с целью борьбы за власть. Однако факты свидетельствуют о том, что Л.П. Берия при желании мог бы обойтись и без подобной реорганизации. Все оперативные подразделения милиции, а также подразделения пограничных и внутренних войск уже с конца 1940-х гг. входили в состав МГБ СССР.

Внутренняя структура созданного нового ведомства в целом не претерпела существенных изменений. Определенные изменения произошли в основном только в центральном аппарате МВД СССР и территориальных органах. Так, внешняя разведка, вопреки традициям, получила наименование Второго главного управления, а контрразведывательная служба стала Первым главным управлением. Бывшее Пятое управление МГБ СССР было, в свою очередь, разделено на два управления: Четвертое (секретно-политическое) и Пятое (экономическое). Главное управление охраны МГБ СССР на транспорте стало Шестым (транспортным) управлением. Главное управление охраны превратилось в Девятое управление МВД СССР, а Третье главное управление (военная контрразведка) сохранило свое наименование, но потеряло статус главка. С лета 1953 года его органы на местах стали называться особыми отделами МВД. Вспомогательные отделы прежнего министерства госбезопасности ("А", "Б" и т.д.) стали именоваться спецотделами и получили цифровые наименования от единицы до десяти. Свое обозначение сохранили лишь отделы "М" (мобилизационный) и "П" (спецпоселенцы).

Подводя итоги рассмотрения вопроса об организационном строительстве, следует отметить, что в силу исторических традиций и реалий международной, внутриполитической и оперативной обстановки в развитии советских органов государственной безопасности в послевоенный период возобладала тенденция к объединению их в рамках единого ведомства. Органы МГБ СССР представляли собой в этой связи "универсальную" спецслужбу, а точнее совокупность нескольких спецслужб: внешней разведки, контрразведки, политического сыска, охраны правительства, охраны границ и обеспечения правительственной связи. Другой характерной для данного периода тенденцией стало перераспределение сил, средств и компетенции между МВД и МГБ СССР.

При исследовании кадровой политики, проводившейся в годы господства в СССР авторитарного сталинского режима, не может не бросаться в глаза частая сменяемость руководителей и постоянные перестановки, перетряски в руководящем звене всех без исключения ведомств. Представляется, что подобная практика вытекала из общего стиля руководства И.В. Сталина, который таким образом исключал возможность появления серьезного конкурента себе в сфере партийной или государственной жизни.

С учетом данного обстоятельства становятся более понятными и причины регулярных перемещений в руководстве советских органов государственной безопасности в послевоенный период. Только на посту министра госбезопасности СССР за неполные девять послевоенных лет побывало шесть человек: В.Н. Меркулов (до мая 1946 года), В.С. Абакумов (до июля 1951 года), С.И. Огольцов (исполнял обязанности министра в июле-августе 1951 года), С.Д. Игнатьев (до марта 1953 года), Л.П. Берия (до июня 1953 года), С.Н. Круглов (возглавлял МВД СССР, в которое до марта 1954 года входили и органы государственной безопасности).

К моменту окончания второй мировой войны во главе советских органов государственной безопасности оказались в основном те люди, которые сделали карьеру после массовых операций 1937-38 годов и являлись выдвиженцами наркома внутренних дел Л.П. Берии.

Возглавив МГБ СССР в мае 1946 года, В.С. Абакумов стал опираться на своих бывших подчиненных из военной контрразведки. В результате этого многие прежние руководители ГУКР " Смерш" НКО и управлений контрразведки фронтов оказались в период 1946-1951 годов во главе ведущих управлений и отделов центрального аппарата министерства.

После клеветнического заявления старшего следователя М. Рюмина о сокрытии министром госбезопасности от ЦК ВКП (б) данных по важным уголовным делам, В.С. Абакумов в июле 1951 года был отстранен от работы и арестован. Новым министром госбезопасности в августе 1951 года был назначен С.Д. Игнатьев, сделавший ставку на привлечение в органы МГБ и назначение на руководящие должности бывших партийных и советских работников.

Оказавшись во главе ведомства госбезопасности, С.Д. Игнатьев, слабо разбираясь в тактике ведения текущих операций и разработок, тем не менее, смог вскрыть ряд действительно серьезных проблем в деятельности органов МГБ СССР и попытался, насколько это было в его силах, добиться соблюдения законности в оперативной и следственной работе.

Возглавивший после смерти Сталина объединенное МВД СССР Л.П. Берия постарался избавиться от выдвиженцев С.Д. Игнатьева, но был 26 июня 1953 года арестован и позднее расстрелян вместе с несколькими своими ближайшими сотрудниками. После его ареста органами внутренних дел и государственной безопасности до создания 13 марта 1954 года Комитета государственной безопасности при СМ СССР руководил С.Н. Круглов.

Подобные регулярные перестановки руководителей "верхнего эшелона" органов НКГБ-МГБ-МВД являлись серьезным препятствием для повышения эффективности работы органов государственной безопасности. Они порождали атмосферу неуверенности, лишали руководителей стимула серьезно заниматься совершенствованием работы в подчиненных органах. В работе ряда подразделений центра и периферии не чувствовалось преемственности.

Великая Отечественная войны привела к значительным кадровым подвижкам и на других уровнях кадрового состава органов разведки и контрразведки. В частности, в военные годы для пополнения боевых потерь в органах военной контрразведки на фронте, укомплектования новых подразделений территориальных органов госбезопасности потребовалось значительное количество рядового оперативного состава. Эта потребность была покрыта во многом за счет ускоренной подготовки оперативников в школах контрразведки. Одновременно многие прежние рядовые оперативные сотрудники стали за годы войны руководителями среднего звена.

Особенно бурно этот процесс происходил в территориальных органах в период 1944-45 гг., когда проводилась большая работа по укомплектованию вновь создававшихся органов госбезопасности на освобожденных от немецкой оккупации территориях. Только по состоянию на начало 1945 года было заново укомплектовано кадрами на освобожденных территориях 1 404 органа НКГБ (от райотделов до наркоматов республик), за это же время было выдвинуто на руководящую работу в периферийные органы на должности, входившие в номенклатуру ЦК ВКП (б) и Наркомата (от начальника отдела до наркома госбезопасности республики) более 500 человек.

Абсолютное большинство оперативного состава, работавшего в органах МГБ СССР в первое послевоенное десятилетие, пришло на работу в органы госбезопасности после 1937-38 годов. Количество сотрудников МГБ СССР переживших период "чистки" 1937-1939 годов даже в центральном аппарате составляло на 1946 год всего лишь порядка 10%. Только около 36 процентов из них имели стаж оперативной работы больше 5 лет.

Поэтому новым сотрудникам пришлось в отсутствии старших коллег самим набирать опыт оперативной работы в ходе Великой Отечественной войны. Для многих сотрудников из данной категории было характерно то, что они не имели должной общеобразовательной и правовой подготовки, а также специальных теоретических познаний в области борьбы со спецслужбами противника.

Приведенные выше обстоятельства нашли свое отражение в решении Политбюро ЦК ВКП (б) от 20 августа 1946 года, где выдвигалось требование "пересмотреть систему переподготовки кадров в целях повышения квалификации работников, установить твердые сроки обучения в ныне существующих школах... . Организовать общеобразовательную подготовку сотрудников органов МГБ без отрыва их от работы... ."

Для подготовки оперативных работников, следователей, переводчиков и других специалистов для органов МГБ СССР в период 1946-1954 годов была развернута ведомственная система учебных заведений. Она включала в себя: Высшую школу МГБ, Школу следственных работников МГБ, Киевскую и Ленинградские школы переподготовки руководящего и оперативного состава, Алма-атинскую, Бакинскую, Горьковскую и некоторые другие учебные заведения.

В первые послевоенные годы, и особенно в 1951-1953 годах, когда МГБ СССР возглавлял С.Д. Игнатьев, была продолжена практика "партийных" наборов для работы в МГБ руководящих партийных, комсомольских и советских работников. После одно-двухгодичного обучения пришедшие из гражданских учреждений сотрудники назначались на руководящие должности - от заместителя начальника отделения до заместителя начальника управления - в различные оперативные подразделения МГБ. Одновременно в конце 1952 - начале 1953 годов в органах государственной безопасности была проведена очередная кадровая "чистка" на этот раз по национальному признаку. В связи с развернувшейся в стране кампанией по борьбе с "космополитизмом" из органов МГБ СССР было уволено большинство сотрудников еврейской национальности.

Окончание второй мировой войны в сентябре 1945 года и переход страны к мирной жизни неминуемо должны были повлечь за собой существенные изменения, как в направленности, так и содержании деятельности советских органов государственной безопасности.

На первом этапе, непосредственно после завершения войны, в качестве своей основной задачи органы "Смерш"- НКГБ-МГБ СССР рассматривали выявление и розыск официальных сотрудников, агентуры спецслужб, воевавших против СССР стран, а также изменников Родины и немецко-фашистских пособников из числа советских граждан.

Эффективность работы органов НКГБ - "Смерш" - МГБ СССР по розыску и выявлению преступников военных лет оставалась на протяжении всех послевоенных лет достаточно высокой. В качестве подтверждения можно привести следующие цифры: только за период с 1 мая по 31 декабря 1946 года территориальными органами МГБ-УМГБ было выявлено 3 753, а транспортными и водными отделами МГБ 323 агента германских разведывательных и контрразведывательных органов. Кроме того, 1 207 человек немецкой агентуры было арестовано военной контрразведкой.

Работа по розыску преступников военных лет была, безусловно, важной задачей, но в мире продолжали действовать другие не менее сильные, чем спецслужбы фашистской Германии разведки и Советский Союз постепенно становился объектом их пристального внимания. В первую очередь это касалось спецслужб США и Великобритании.

Работа по данной линии не являлась абсолютно новой для советской контрразведки. Аресты агентуры разведок Англии и США имели место еще во время второй мировой войны. В основном это происходило в северных районах СССР, где дислоцировались в этот период военные миссии и отдельные подразделения союзников и куда прибывали морские конвои, доставлявшие в нашу страну военное снаряжение, сырье и продовольствие.

Новые условия оперативной обстановки сложившиеся после окончания войны фактически предопределили разделение всей контрразведывательной работы органов МГБ СССР на три разные по масштабам составные части: - разработку действовавших в СССР под дипломатическим прикрытием резидентур спецслужб Англии, США и их союзников; - выявление и розыск агентуры разведок Великобритании и США среди возвратившихся в СССР репатриантов и реэмигрантов, а также агентов-нелегалов противника; - борьбу с разведывательно-подрывной деятельностью иностранных спецслужб, направленной против советских воинских частей и гражданских учреждений за границей.

В работе по легальным резидентурам разведок США и Великобритании участвовали преимущественно сотрудники Второго управления НКГБ-МГБ СССР. За первые три послевоенных года они арестовали ряд связей иностранных дипломатов из числа советских граждан по подозрению в принадлежности к агентуре зарубежных разведок. При этом большую часть арестованных составляли женщины.

Общее число осужденных за шпионскую связь с иностранными дипломатами в послевоенный период достигает нескольких десятков человек. Однако данные цифры не отражают действительного положения дел. Следуя установившейся с 1930-х годов традиции, контрразведчики расширительно трактовали состав такого преступления как измена Родине в форме шпионажа. Чуть ли не любая информация, которую советские граждане сообщали иностранцам, например, о нехватках продуктов в магазинах, тяжелом положении в колхозах и т.п., рассматривалась как передача клеветнических, а то и разведывательных материалов об СССР. Исходя из этого, требуется тщательно анализировать и заново оценивать с юридической точки зрения имеющуюся в архивах информацию относительно данной категории арестованных в период 1945-54 годов советской контрразведкой лиц.

Органы государственной безопасности стремилась максимально ограничить контакты советских людей с иностранцами. В этой связи граждан, поддерживавших связь с иностранцами, но не подозревавшихся в шпионаже, вызывали в органы МГБ для профилактической беседы, практиковали оказание воздействия на них через родственников с целью заставить прекратить связь с иностранцами. Проституток, спекулянтов и других лиц, которые поддерживали связь с иностранцами в корыстных целях, органы МГБ высылали в административном порядке из Москвы, что существенно затрудняли иностранным резидентурам, действовавшим под прикрытием посольств, ведение агентурной работы. В этом отношении очень показательно заявление, сделанное в 1947 году в одной из бесед помощником военного атташе США в Москве: " я ставлю вопрос об отзыве меня из СССР. ...Здесь очень трудно собирать информацию и вообще невозможно работать. Только успеешь с кем-либо познакомиться поближе, как его уже арестуют. Установишь связь с какой-нибудь девушкой, а на другую встречу она отказывается приходить".

Значительные усилия советская контрразведка предпринимала для того, чтобы предупредить попытки разведчиков-дипломатов, особенно сотрудников военных атташатов, вести разведку путем личного наблюдения во время поездок по СССР. В этих целях задействовались контрразведывательные подразделения местных органов государственной безопасности. Контроль за дипломатами был исключительно плотным. В отношении наиболее активных дипломатов-разведчиков заранее планировались мероприятия по поимке их с поличным во время ведения разведки.

Другое важное направление в борьбе с агентурой иностранных разведок - масштабная работа органов госбезопасности по репатриантам и реэмигрантам представляет собой весьма сложное и противоречивое явление, так как в процессе ее часто допускались серьезные нарушения законности.

Испытывая давление со стороны центрального аппарата МГБ, требовавшего, не взирая на местные условия оперативной обстановки и отсутствие реального противника, "результатов" по американской и английской линиям, органы госбезопасности на местах добивались его прежде всего за счет репатриантов и реэмигрантов. В большинстве случаев последних арестовывали по малозначительным материалам и в ходе следствия путем запугивания и применения других незаконных действий, вплоть до избиений, заставляли сознаваться в сотрудничестве с иностранной разведкой. Именно по этой причине абсолютное большинство арестованных по обвинению в принадлежности к агентуре английской или американской разведок в 1945-1953 годах репатриантов и реэмигрантов было репрессировано незаконно и в 1990-е годы реабилитировано.

Переход, начиная со второй половины 1949 года, разведслужб США и Великобритании к практике заброски на территорию СССР своей агентуры по нелегальным каналам с подложными документами существенно осложнил оперативную обстановку на территории нашей страны, особенно в ее приграничных регионах.

Агенты-нелегалы представляли собой бывших советских граждан, оставшихся после войны на Западе и прошедших специальную подготовку в американских или английских разведшколах. Как правило, эти агенты выбрасывались на советскую территорию в ночное время с парашютом с самолетов, нарушивших советскую воздушную границу, либо высаживались на морское побережье с быстроходных катеров. На территории Закавказья встречались случаи перехода сухопутной границы СССР с Турцией. Неоднократно вооруженные группы агентов турецкой и других разведок по 2-3 человека пытались пробиться с территории этой страны в СССР с боем. Всего до середины 1950-х годов советская контрразведка обезвредила более ста агентов-нелегалов иностранных разведок.

Организуя розыск этой исключительно опасной категории агентуры, советские органы госбезопасности предпринимали меры по усилению охраны государственной границы.. При МГБ-УМГБ приграничных республик и областей были организованы специальные штабы, которые координировали розыскные мероприятия всех правоохранительных органов в случае получения от сил ПВО и пограничников сигналов о нарушении нашей границы. Помимо этого разведывательными и контрразведывательными органами МГБ проводились активные мероприятия по завязыванию оперативных игр с английской и американской разведками с использованием захваченных агентов-нелегалов.

Особенно активно подобные оперативные игры велись на территории советской Прибалтики, где противник, забрасывая нелегалов, делал ставку на националистическое подполье. Только в процессе проведения оперативных игр в Латвии в период 1949-1956 годов советскими органами государственной безопасности было захвачено 15 агентов английской разведки, у которых было изъято 32 портативных коротковолновых радиостанции, 17 радиомаяков, 6 видов тайнописи, более трех миллионов рублей денег и т.п. Столкнувшись с эффективными действиями советской контрразведки, американские и английские разведслужбы вынуждены были в очередной раз изменить свою тактику и к концу 1950-х годов отказаться от дальнейшей заброски в нашу страну своих агентов-нелегалов.

Весьма жесткое противоборство советской контрразведки со спецслужбами ведущих западных государств развернулось на территории советских оккупационных зон Германии и Австрии. Используя прозрачность границ между зонами оккупации, переживаемые населением этих стран материальные трудности, разведки Великобритании, США и Франции пытались создать в окружении дислоцированных там советских воинских частей и соединений густую сеть своей агентуры из числа немцев и австрийцев. За период 1945-1954 годов аппаратом уполномоченного МГБ СССР в Германии, а также органами военной контрразведки групп советских войск были разоблачены тысячи агентов западных разведок.

Уже в начале 1946 г. американская разведка начала осуществлять военно-разведывательную программу "Грааль" по сбору информации о советских войсках и планах советского командования в Восточной Германии. В этой операции были задействованы сотни агентов из числа местных жителей. Действуя подобно гитлеровским спецслужбам, американцы пытались собирать интересовавшую их информацию за счет массового использования малоценной агентуры. После каждого провала арестованные советской контрразведкой агенты заменялись новыми.

Абсолютное большинство разоблаченных советскими контрразведчиками за границей в 1946-1954 годах агентов противника являлись гражданами стран пребывания. Они имели задания по установлению численности боевой техники и личного состава военных объектов, записывала номера советских автомашин, фотографировали и составляли схемы военных аэродромов и т.п. Арестованные агенты из данной категории лиц, как правило, поверхностно инструктировались представителями завербовавших их американских, английских и французских спецслужб, не имели большого опыта разведывательной работы и поэтому попадали в поле зрения советской контрразведки вскоре после того, как приступали к выполнению задания.

Одним из наиболее острых направлений работы органов государственной безопасности СССР в послевоенный период стала борьба с националистическим сепаратистским подпольем в западных регионах СССР. В настоящее время прибалтийские республики, Украина и Белоруссия стали самостоятельными государствами и оценивают происходившие в 1945-1956 годах события как борьбу за независимость той или иной нации. Не оспаривая данные взгляды, следует отметить, что после окончания войны советское руководство рассматривало национальные движения в этих регионах СССР как сепаратистские, направленные на отторжение от страны тех или иных территорий и в этой связи закономерно поставило перед органами государственной безопасности задачу по их ликвидации.

На первом этапе работы по националистическому сепаратистскому подполью советские правоохранительные органы встретились с многочисленными и достаточно хорошо вооруженными формированиями. В этих условиях органы госбезопасности и внутренних дел вынуждены были активно прибегать к помощи частей и подразделений внутренних войск, а также войск по охране тыла Действовавшей Армии. Основным видом оперативных мероприятий в этот период были оперативно-войсковые операции, которые перерастали в ряде случаев в настоящее бои с крупными вооруженными формированиями националистов. К примеру, только в западных областях Украины за 1944 и первые полтора месяца 1945 года войсками НКВД было проведено более 6,5 тысяч оперативно-войсковых операций, в ходе которых было убито свыше 30 тысяч участников незаконных вооруженных формирований, около 45 тысяч захвачено в плен, а 13,5 тысяч явились с повинной. Количество захваченного войсками оружия исчислялось многими тысячами единиц.

Первый этап в борьбе с националистическим подпольем в основном завершился к концу 1945 - началу 1946 годов, когда были разгромлены наиболее крупные вооруженные формирования националистов, а оставшиеся на свободе их участники были вынуждены разбиться на небольшие группы, перейти на нелегальное положение и скрываться в лесных массивах, в бункерах и других укрытиях. Стремясь воспрепятствовать установлению новой власти, эти группы совершали диверсии, убивали партийных и советских работников, сотрудников и военнослужащих МВД-МГБ СССР, зверски расправлялись с активистами из числа гражданского населения.

В 1947 году по решению правительства вся работа по окончательной ликвидации подполья и его вооруженных формирований была возложена на МГБ СССР. Организуя работу по националистическому подполью, органы МГБ СССР практиковали для ликвидации конкретных организаций или незаконных вооруженных формирований банд создание оперативных групп. Последние проводили оперативно-войсковые мероприятия, стремились обзавестись своими источниками, как среди местного населения, так и непосредственно внутри вооруженных формирований. Тем не менее, борьба с националистическим сепаратистским подпольем приняла длительный ожесточенный характер и потребовало принятия не только оперативно-войсковых мер, но и проведения в западных регионах страны целого комплекса политических, хозяйственных и других мероприятий.

В процессе ликвидации подполья и его незаконных вооруженных формирований в конце 1940-х - начале 1950-х годов были осуществлены массовые операции по выселению из советской Прибалтики, западной Украины и Белоруссии членов семей установленных националистов, так называемых бандпособников и кулаков. Эти мероприятия были призваны подорвать базу националистического движения, лишить его поддержки местного населения. Однако, не смотря на благие пожелания, массовые выселения явились, в целом, ярко выраженным произволом властей в отношении собственных граждан. В результате их проведения десятки тысяч жителей Украины, Белоруссии, Прибалтики, в том числе старики и дети, были высланы на поселение в отделенные районы страны.

Результатом огромных усилий всех ветвей власти, органов госбезопасности и внутренних дел стало окончательная ликвидация националистического подполья и его вооруженных формирований к середине 1950-х годов.

Всего за период 1946-1953 годов внутренними войсками (позднее войсками МГБ СССР) в рамках борьбы с националистическим подпольем и его незаконными вооруженными формированиями в западных регионах страны было проведено около 55 тысяч оперативно-войсковых мероприятий, в результате которых общие потери подполья составили примерно 230 тысяч человек, в том числе более 50 тысяч убитыми. В свою очередь войска потеряли в столкновениях с националистами 6 057 человек солдат и офицеров ранеными и убитыми. По линии оперативных подразделений органов государственной безопасности за этот же период было арестовано около 80 тысяч участников националистического подполья и его вооруженных формирований. Неотъемлемой частью деятельности органов государственной безопасности сталинского этапа истории нашей страны являлся политический сыск, то есть борьба с противниками существовавшего политического режима. Она велась в первое послевоенное десятилетие фактически всеми подразделениями МГБ СССР, включая и внешнюю разведку. Первое Главное управление МГБ СССР рассматривало, к примеру, работу по антисоветской эмиграции, а также зарубежным троцкистам в качестве одной из своих основных задач.

Известно, что в годы Великой Отечественной войны в силу исключительно сложной политической и оперативной обстановки борьба с так называемыми "антисоветчиками" носила очень жесткий характер. Органами НКВД - "Смерш"- НКГБ беспощадно пресекались всякие даже малейшие "антисоветские" проявления. После окончания второй мировой войны ситуация несколько изменилась. Победа над грозным противником и связанный с этим рост самосознания населения, солдат и офицеров вооруженных сил привели к появлению в послевоенном советском обществе надежд на перемены. Так в середине 1945 года среди деревенских жителей, части интеллигенции циркулировали слухи о том, что в скором времени согласно договоренности с союзниками будут ликвидированы колхозы, в стране под нажимом США и Англии будет допущена многопартийность, установится буржуазно-демократический строй.

Реакция органов государственной безопасности на эти процессы была первоначально достаточно сдержанной. Более того, карательная политика органов "Смерш" - НКГБ-МГБ СССР в области борьбы с "антисоветчиками" стала менее жесткой. 28 марта 1946 года была, в частности, издана директива МГБ СССР № 30 "Об устранении недостатков в выявлении и разоблачении антисоветских элементов", в которой говорилось, что за годы Великой Отечественной войны органы государственной безопасности, исходя из напряженной оперативной обстановки, "увлеклись" работой по "антисоветчикам-одиночкам" в ущерб более глубокой работе по выявлению организованного "антисоветского подполья" и агентуры иностранных разведок. Так, например, количество арестованных в УНКГБ Приморского края "одиночек" за антисоветскую агитацию составило 80,4% от всего количества арестованных в 1945 году. В Чкаловской области этот показатель был равен 76,3% и т.п.

Директива предложила руководителям периферийных органов выделить действительно серьезные дела и организовать по ним активную работу. В отдельных случаях, когда лица, допускавшие "отрицательные и антисоветские высказывания", проявили себя положительно в годы Великой отечественной войны на фронте или в тылу, проводить в отношении них профилактические мероприятия путем вызова в органы государственной безопасности для соответствующей беседы, либо другим путем.

К сожалению, период некоторой "либерализации" в сфере идеологии оказался совсем коротким. Как представляется, одной из основных причин нового ужесточения борьбы с "антисоветчиками" стала начинавшаяся в период 1946-1947 годов "холодная война" с Западом. В условиях угрозы нового серьезного военного конфликта руководство страны и органов государственной безопасности вновь, как это было и в конце 1930-х годов, не ограничиваясь преследованием отдельных инакомыслящих, организовало и провело ряд "массовых операций" по "очистке" центральных и приграничных районов страны от "политически неблагонадежных" контингентов населения.

На первом этапе была активизирована работа по бывшим идеологическим противникам большевиков - эсерам, меньшевикам и представителям других разгромленных еще в годы гражданской войны политических партий. В июле 1947 года органам госбезопасности было, в частности, дано указание поднять из архивов "необоснованно сданные" главным образом в 1943-1944 годах материалы и дела на троцкистов, зиновьевцев, правых, меньшевиков и эсеров и взять проходящих по ним лиц в активную разработку.

Следующий 1948 год стал фактически годом начала "массовых операций" послевоенного периода. В соответствии с указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 февраля 1948 года органам МГБ было предписано арестовать и направить в ссылку на поселение в отдаленные районы Сибири и Дальнего Востока бывших шпионов, диверсантов, террористов, троцкистов, "правых", меньшевиков, эсеров, анархистов, националистов, белоэмигрантов и участников других антисоветских организаций, освобожденных по отбытии наказания из лагерей и тюрем после окончания Великой Отечественной войны. 26 октября 1948 года была издана совместная директива Прокуратуры СССР и МГБ СССР № 241/66сс о порядке реализации указа органами госбезопасности.

Всего со времени окончания войны и до издания указа Президиума Верховного Совета СССР от 21 февраля 1948 года согласно данным МВД СССР было освобождено из лагерей и тюрем 45 048 человек заключенных данной категории. Весной 1949 года В.С.Абакумов доложил И.В.Сталину о первых результатах выполнения директивы № 241/66сс. Согласно приводимым им данным по состоянию на 15 марта 1949 года органами госбезопасности было арестовано, а также направлено в ссылку 12 081 человек.

Практически одновременно с началом работы по направлению в ссылку освобожденных ранее государственных преступников в соответствии с постановлениями Политбюро ЦК ВКП (б) и Совета Министров СССР в период 1948-1949 годов были проведены массовые выселения семей националистов и кулаков из прибалтийских республик, Западной Украины и Белоруссии. Инициатива о принятии данных решений исходила от партийного руководства соответствующих союзных республик, а также руководящих сотрудников МГБ СССР.

В том же 1949 году Политбюро ЦК ВКП (б) принимает в целях "очистки" Грузии, Армении, Азербайджана и всего Черноморского побережья СССР от нежелательных элементов решение о выселении на вечное поселение в отдаленных районах страны под надзор органов МВД бывших членов партии дашнаков, граждан турецкой и греческой национальности вместе с членами их семей, аналогичное решение выносится в отношении проживавших на территории Молдавии кулаков, бывших помещиков, крупных торговцев, лиц, сотрудничавших с немецкими и румынскими властями, а также участников профашистских партий и организаций, нелегальных религиозных сект, бывших белогвардейцев.

1949 год оставил свой след в политической истории нашей страны не только "массовыми операциями", но и как год начала так называемого "Ленинградского дела". Арест по надуманным обвинениям А.А. Кузнецова, П.С. Попкова, Н.А. Вознесенского и других бывших ленинградских руководителей послужил основанием для массовых арестов и чисток в г. Ленинграде и области в период 1949-1951 годов. Они коснулись партийно-советского актива, интеллигенции, военнослужащих и других слоев населения.

Проводимые органами государственной безопасности в 1949-1950 годах "массовые операции" и "чистки" обусловили тот факт, что именно на это время приходится в первое послевоенное десятилетие пик арестов граждан за "антисоветскую пропаганду". Если в 1948 году за данный вид преступления было арестовано 9 499 человек, то в 1949 году эта цифра составила 15 471 человек, а в 1950 году - 12 427 человек. В последующие годы число арестованных за "антисоветскую пропаганду" значительно снижается

Проведенный анализ основных направлений деятельности органов НКГБ-МГБ-МВД СССР позволяет сделать вывод о том, что с окончанием второй мировой войны органы государственной безопасности СССР получили лишь короткую "передышку". В 1946-1947 годах началось новое серьезное осложнение политической и оперативной обстановки. С учетом этого, а также выполняя установки партийно-государственного руководства, органы НКГБ-МГБ-МВД СССР создали и поддерживали в стране в первое послевоенное десятилетие жесткий контрразведывательный режим, занимались подавлением любых форм инакомыслия.

В целом, не смотря на определенные издержки, следует признать, что в условиях разгоравшейся "холодной войны" органы государственной безопасности СССР оказались на высоте требований момента. Пресекая разведывательно-подрывную деятельность иностранных разведок и незаконных вооруженных формирований, они внесли существенный вклад в дело обеспечения суверенитета и территориальной целостности страны, сохранение завоеванных СССР в ходе второй мировой войны международных позиций.

По материалам сайта ФСБ России

Владимир Лазарев
Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты