Главная  >  Общество   >  Проблемы общества


Свобода словам и свобода хамства  

01 апреля 2008, 19

Интернет уже давно стал территорией абсолютной свободы любых мнений, и любые попытки контроля за этой сферой со стороны государства интернет-общественностью воспринимаются в штыки.

СВОБОДА И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

Жители России, которые посещали европейские страны, могли отметить одну интересную деталь системы общественного транспорта – уведомительную схему оплаты проезда. Во многих европейских городах ни в метро, ни в трамваях и автобусах нет турникетов на входе, зайти на платформу или в вагон может любой. Есть просто небольшие устройства для «компостирования» билетов, причем отметить свой билет и таким образом ограничить срок его действия одной или несколькими поездками должен сам пассажир. Если он этого не сделает, и не попадется на глаза контролерам, то теоретически может довольно долго ездить «зайцем». Аналогичная система была и в наземном советском транспорте, когда без всяких кондукторов граждане сами бросали мелочь в соответствующее устройство и отрывали себе билет. Такие схемы рассчитаны на ответственное поведение пассажира, на то, что он выполняет определенные правила добровольно. Опыт Москвы, где повсеместная установка турникетов даже в автобусы и троллейбусы привела к серьезнейшему снижению скорости движения общественного транспорта, говорит о том, что сегодня в России государство на порядочность граждан не рассчитывает, а надеется больше на штрафы и ограждения.

Свобода слова – как и любое другое право цивилизованного человека – подразумевает серьезную меру ответственности и самоконтроля. К желанию вещать аудитории все что угодно, не считаясь ни с кем и ни с чем, это право имеет такое же отношение, как отсутствие турникета к праву ездить зайцем в метро. Возможно, для многих это является неожиданностью, но это не субъективная точка зрения и не российское изобретение, а норма, четко зафиксированная в документе ООН. Статья 19 Международного пакта о гражданских и политических правах гласит, что пользование правом на выражение собственного мнения налагает особые обязанности и особую ответственность. И это право «может быть, следовательно, сопряжено с некоторыми ограничениями, которые, однако, должны быть установлены законом и являться необходимыми: a) для уважения прав и репутации других лиц; b) для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения». Статья 20 того же Пакта позволяет государству запретить в своих законах пропаганду войны, разжигание национальной, расовой или религиозной ненависти, подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию против людей.

Интернет уже давно стал территорией абсолютной свободы любых мнений, и любые попытки контроля за этой сферой со стороны государства интернет-общественностью воспринимаются в штыки. Последним громким случаем стала история с блоггером Терентьевым, которую уже не первый месяц преподносят общественности как происки диктатуры и душителей свободы слова. В феврале прошлого года, обсуждая на страницах ЖЖ деятельность сотрудников милиции, 22-летний блоггер Савва Терентьев оставил некий комментарий. Который затем стал поводом для обвинения по факту «возбуждения ненависти либо вражды, а равно унижения человеческого достоинства» (ст. 282 УК РФ). Обвинение было предъявлено прокуратурой Сыктывкара в конце февраля этого года, а в начале марта – передано в суд. С одной стороны, на фоне массы сомнительных, а порой и явно нарушающих закон, интернет-ресурсов и записей на форумах и в блогах, внезапное обвинение одному выглядит странно. С другой – любой подобный комментарий в Интернете имеет все основания стать поводом для судебного разбирательства, вопрос лишь в том, попадется ли он на глаза кому-то, кто из принципа решит привлечь к нему внимание следственных органов.

ИЗЛИШНЕ РЕЗКИЕ ФРАЗЫ

То, как пресса освещает эту историю, является прекрасным примером принципа «враг моего врага – мой друг». Если государство кого-то обвиняет, значит, этот кто-то – несомненный герой и защитник демократии, нуждающийся в поддержке всей прогрессивной общественности. Вот что пишет, например, BBC: «Комментарий, привлекший внимание местных правоохранительных органов, был оставлен Саввой Терентьевым 14 февраля 2007 года в блоге сыктывкарского журналиста Бориса Суранова. По словам людей, видевших комментарий, который вскоре был удален владельцем блога, короткое высказывание содержало резкие слова в адрес сотрудников милиции. Сам Терентьев признал ранее в интервью BBCRussian.com, что его слова, возможно, были «излишне резкими». По его словам, комментарий предназначался исключительно Борису Суранову и не претендовал на общественное внимание. «Я не ожидал такой реакции», – заявил Савва Терентьев». Получается, что просто резкие слова в адрес милиции, да еще и сказанные в частном порядке, становятся причиной репрессий.

Заранее хочется извиниться перед читателями за то, что приходится приводить здесь обсуждаемый текст. Но чтобы понять суть дела, необходимо знать, о каких же «резких словах» идет речь. Вот как прокомментировал действия милиции Савва Терентьев: «кто идет в менты – быдло, гопота – самые тупые, необразованные представители жив(отн)ого мира. было бы хорошо, если б в центре каждого города России, на главной площади (в Сыктывкаре – прям в центре стефановской, где елка стоит – чтоб всем видно было) стояла печь, как в Освенциме, где церемониально, ежедневно, а лучше дважды в сутки (в полдень и полночь например) – сжигали бы по неверному менту, народ, чтоб сжигал, это был бы первый шаг к очищению общества от ментовско-гопотской грязи». Многие СМИ эти слова не привели, написали лишь о «критике», «нелицеприятных высказываниях». Это и понятно, иначе защита такой свободы слова начинает выглядеть, мягко говоря, странно, причем независимо от того, какие именно действия милиции обсуждались, пусть даже самые и самые неприглядные.

Следствие по делу Терентьева длилось год. Он сам показаний все это время не давал, однако, как пишет «Время новостей», заявлял периодически, что автором комментария мог быть кто угодно. Так же потом утверждал, что пошутил и не думал, что все так получится. Экспертиза устанавливала авторство Терентьева, изучая его школьные сочинения. Выясняли, было ли намерение возбудить ненависть против социальной группы «сотрудники милиции». В итоге все-таки в Сыктывкаре в Институте языка, литературы и истории Коми было установлено, что в содержании комментария «имеется прямой призыв к возбуждению ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека, либо группы лиц по принадлежности к социальной группе – сотрудникам милиции». 31 марта состоятся первые слушания по этому делу.

ЖЖисты активно обсуждают некомпетентность прокуратуры и лингвистической экспертизы – мол, статья за оскорбление социальной группы, а милиция – это не социальная группа, и вообще – если вы кого-то гопотой и быдлом называете, и предлагаете сжигать – так это не оскорбление, а просто выражение вашего личного мнения. Правда, личное мнение, публикуемое в Интернете, несколько странно считать высказанным в приватной беседе – ведь ознакомиться с ним может неограниченное число людей. Но соратники Терентьева и по сей день с гордостью перепечатывают приведенный выше текст в своих блогах, видимо, полагая, что таким образом приобщаются к борьбе с цензурой.

20 марта в Москве прошла пресс-конференция «Дело Саввы Терентьева – яркий случай злоупотребления антиэкстремистским законодательством». Не очень ясны мотивы тех, кто защищает человека с таким «полетом фантазии», неважно, по какому поводу он это написал, и кто его теперь и в чем обвиняет. Не надо быть экспертом-лингвистом, чтобы понимать, где критика, где шутка, где резкое образное сравнение, а где – лишь злоба и больное воображение. Поэтому защитники свободы слова, схватившиеся за этот случай как за пример притеснений этой свободы, сделали очень и очень сомнительный выбор. В России не только милиция, но и многие другие госструктуры, мягко говоря, далеки от совершенства, и ни для кого не секрет, что их представители и сами порой преступают закон. Но думается, что тот сотрудник милиции, который случайно увидел этот текст в Интернете (с чего, собственно, все и началось), в последнюю очередь думал о подавлении свободомыслия – в Интернете достаточно ресурсов с критикой нынешней власти, и никто их не закрывает. Любой, прочитавший подобное в свой адрес будет оскорблен не как представитель «социальной группы», а просто как человек. Не нужно искать политической подоплеки там, где ее нет.

К несчастью, интернет-пользователи настолько привыкли к ушатам словесных мерзостей, которые льются с интернет-страниц, что ничего плохого в подобных высказываниях не видят.

ПОЛЕ ВИРТУАЛЬНОЙ АГРЕССИИ

Данный случай – далеко не первый в Рунете. Так, почти аналогичной была история с Тарасом Зеленяком. 36-летний интернет-пользователь из Новосибирска на украинских сайтах и форумах, как написано в обвинительном заключении, «использовал в своей речи слова, выражения, сравнения и оценки провокационного характера, не допускающего двоякого толкования, и направленные на оскорбление чувства национального самосознания русского человека». Например, такие «Русские – нация тупых рантье, бредящих своей исключительностью» или «русские – нация дебилов и убийц, переселим всех кацапов на Новую землю». «Нажаловались» на Зеленяка в ФСБ, как ни странно, не представители госвласти, а его же собственный провайдер. В результате в феврале 2006 года было возбуждено уголовное дело по статье 282 части 1 Уголовного кодекса РФ – «Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства». Тараса Зеленяка задержали, а в его квартире был изъят системный блок компьютера, на диске которого следствие обнаружило все комментарии, которые он публиковал на указанном форуме. В июле 2007 года суд признал Зеленяка виновным, учел частичное признание им вины и раскаяние (посудимый заявил, что возможно в его действиях и было что-то не этично, однако такой цели, как разжигание межнациональной розни, он перед собой не ставил) и постановил оштрафовать его на сумму 130 000 рублей. Интересной деталью процесса стало то, что Зеленяк и его адвокат настаивали, что все упомянутые заявления были лишь «кухонным разговором» и не имели признака публичности. В то же время, по словам судьи, в обсуждении на форуме участвовало около пятидесяти человек, а потому приватной беседой оно считаться не может. Сам Зеленяк в своем блоге называет все произошедшее «заказным судом над свободой слова в Интернете».

Еще одно обвинение все по той же 282 статье летом 2006 года было предъявлено в Краснодаре Александру Тютчеву, который на форуме «Кубань.ру» выдавал себя за боевого товарища чеченского террориста Шамиля Басаева и оставлял на форуме соответствующие образу реплики. Игры в чеченского террориста оказались не такими безобидными, и потом Тютчеву пришлось уже в суде объяснять, что он просто «все придумал для поддержания беседы», хотя от своего ника он не открещивался, признав авторство всех высказываний.

Неизвестно, насколько судьи во всех этих случаях были знакомы с Интернетом и формами общения в нем, но любому интернет-пользователю очевидно – таких «комментариев» ежедневно появляется в Рунете сотни, если не тысячи. Поэтому, с одной стороны, на фоне массы сомнительных, а порой и явно нарушающих закон, интернет-ресурсов и записей на форумах и в блогах, внезапное обвинение одному – неадекватно. Защитники привлеченных к ответственности интернет-пользователей безусловно правы только в одном – почему государство не обращает внимания на все остальные интернет-сайты и блоги, авторы материалов в которых с намного большими основаниями могут быть привлечены к уголовной ответственности, а находит одного или двух, в итоге «попавших под раздачу»?

В Рунете функционирует масса ресурсов, по сравнению с чьим содержимым все описанные случаи – просто детский лепет. И главная проблема даже не в том, бороться ли с этим государству или нет и как именно. А в том, что полная свобода виртуального пространства продемонстрировала миру не столько прогрессивно мыслящих разумных индивидов, сколько степень их моральной и умственной деградации. Истерики на традиционную тему подавления свобод в Рунете крайне популярны – вот и сейчас разыгрывается именно эта карта. Но почему-то ни правозащитников, ни интернет-общественность не интересует так же сильно куда более важный вопрос – почему вокруг нас, в том числе и в Сети, так много злобы, агрессии и хамства? Многие настолько привыкли к ушатам словесных мерзостей, которые льются с интернет-страниц, что ничего плохого в подобных высказываниях не видят. Это и есть, по их мнению, свобода.

Интернет в России давно уже стал большой ареной псевдосмелости и псевдоборьбы. Конечно, есть и интернет-ресурсы, занимающиеся реальными полезными делами, и люди, нормально обсуждающие интересующие их темы. У многих же других просто появилась возможность продемонстрировать окружающим дефекты свой психики и воспитания. При этом виртуальные «смельчаки», смачно описывающие на интернет-страницах, что бы они сделали со своими недоброжелателями и оппонентами, в реальной жизни очень хорошо понимают границы дозволенного. Как правило, объектам своей неприязни вовсе не бросают в лицо гневных фраз и грязных ругательств. А почему? Потому что вне Интернета за это придется отвечать. В суде ли, или в драке – ведь вполне понятно, чем на это может ответить любой адресат. Получается, что под свободой эти граждане понимают банальное отсутствие ответственности за свои слова, и ничего более.

Может быть, свобода высказываний а ля блоггер Терентьев ведет к реальным действиям по борьбе с той же коррупцией, в том числе и в правоохранительных органах? Инициируются судебные иски или правозащитные расследования по фактам нарушения закона представителями органов власти, и, так сказать, происходит борьба со злодеями в правовом поле? Те, кто занимается реальными делами и делится в Интернете реальным опытом, пишут об этом, а не занимаются графоманством в стиле «да если бы мне! да я бы их!», когда смелости хватает только на стук по клавиатуре. За потоками словесного мусора, которыми заполнены интернет-форумы и блоги, очень часто нет никакой позиции, никаких идей и никаких предложений. Зато слишком часто есть банальное самодовольное хамство, которое не перестает быть таковым из-за своей «виртуальности».

О том, что Интернет рано или поздно столкнется с проблемой правил поведения его обитателей, писали еще такие теоретики информационной эры как, например, Мануэль Кастельс. И все они пришли к выводу, что в условиях анонимности только сами пользователи могут установить для себя эти правила, государство тут вряд ли поможет. Нужны ли такие правила вообще? Есть мнение, что Интернет – особое пространство, в котором никакие обычные нормы общения неприменимы, и вообще – все «понарошку». Разделять это мнение или нет – личное дело каждого, тот самый свободный выбор. Если у человека нигде нет возможности выплеснуть эмоции и недовольство жизнью, кроме как в Интернете, если он настолько задавлен реальностью, что радуется как ребенок, получив возможность безнаказанно «похулиганить» хотя бы в Сети, и может повысить свою самооценку лишь в виртуальных «боях без правил» – такому человеку можно только посочувствовать… Интернет стал зеркалом, в котором отразилась подлинная культура нашего общения, и то, чтó мы там увидели, оставляет желать лучшего.

И возвращаясь к аналогии с турникетами в метро – как легко можно заметить, увы, далеко не все готовы вести себя по-человечески в отсутствие внешнего контроля и заграждений. А ведь каждая новая степень свободы предполагает новую степень ответственности, принимаемую индивидом. Жаль, что у многих в России механизм понимания свободы выглядит как триггер с двумя положениями – «все запрещено» и «все разрешено», и рядом обязательно маячит призрак государства-цербера. Поэтому с ее защитой у нас действительно большая беда. Дело не в том, что свободу слова не нужно защищать – нужно, это действительно важное право. А в том, что этим словом у нас часто называют (и пытаются рьяно защитить) пошлость, цинизм и безответственность. Люди с такой «степенью свободы» вряд ли способны к построению подлинного гражданского общества с его добровольным взаимным уважением и взаимными обязательствами. Будет ли государство контролировать содержимое Интернета или нет – все равно за выбор между свободой слова и свободой хамства каждый отвечает в первую очередь не перед законом, а перед самим собой.

По материалам RPМонитор

Маринэ Восканян
Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты