Главная  >  Политика   >  Государственные деятели


Ушёл последний сталинский нарком

15 апреля 2008, 99

31 марта 2008 года на 98-м году жизни скончался видный советский государственный деятель, бывший заместитель председателя Совета Министров и председатель Госплана СССР Николай Константинович Байбаков.

31 марта 2008 года на 98-м году жизни скончался видный советский государственный деятель, бывший заместитель председателя Совета Министров и председатель Госплана СССР Николай Константинович Байбаков.

Николай Байбаков до последнего времени являлся вице-президентом Международной топливно-энергетической ассоциации, а также был почетным президентом совета попечителей Российского государственного университета нефти и газа имени Губкина, председателем Наблюдательного совета Всероссийской ассоциации «Конференция независимых буровых и сервисных подрядчиков». Он был удостоен ряда государственных наград, в том числе был Героем Социалистического Труда и лауреатом Ленинской премии за открытие и разработку газоконденсатных месторождений.

Николай Константинович Байбаков родился 6 марта 1911 года на нефтяных промыслах в поселке Сабунчи на территории современного Азербайджана. Он окончил школу в 1928 году и поступил в Азербайджанский индустриальный институт. Окончив его, получил диплом инженера. В 1935 году его забрали на службу в Красную армию. После возращения из армии его назначили управляющим трестом, а затем объединением «Востокнефтедобыча», в чью задачу входило создание стратегического нефтедобывающего региона между Волгой и Уралом - так называемого «Второго Баку».

Байбаков вступил в Компартию в 1939 году. С 1952 по 1961 год, а затем с 1966 по 1989 год он был членом Центрального комитета. На должности наркома нефтяной промышленности он проработал до 1955 года, а затем сменивший Сталина Никита Хрущев назначил его главой Госплана РСФСР.

Байбаков присутствовал на секретном заседании ХХ съезда партии 25 февраля 1956 года, когда Хрущев разоблачил культ личности своего предшественника, по приказу которого были уничтожены или сосланы в лагеря сотни тысяч людей. Речь Хрущева произвела такой шок, что многие из тех, кто его слушал, падали в обморок. Даже спустя 50 лет у Байбакова осталось своё мнение о том, что он там услышал. «Возможно, были отдельные случаи репрессий, - признал он, - но того, за что Хрущев порицал Сталина, никогда не было. Хрущев говорил об этом лишь для того, чтобы к нему как к лидеру перешло больше власти и полномочий».

О взаимоотношениях со Сталиным хорошо говорит следующий эпизод из жизни Байбакова. Когда в конце июля 1942 года немецкие войска рвались на Кавказ, он был вызван в государственный комитет обороны. Сталин спросил его, можно ли предотвратить захват немцами нефтяных скважин и при этом продолжать поставки топлива для советской армии. Байбаков ответил, что такая возможность есть. Он предложил заранее снять самое ценное оборудование и эвакуировать его на восток страны, продолжая при этом качать нефть, и лишь в последнюю минуту уничтожить скважины и установки, чтобы те не достались врагу. Сталин одобрил его план и поручил лично выехать на Кавказ с группой инженеров и взрывотехников. «Если вам не удастся предотвратить захват немцами нашей нефти, мы вас расстреляем. Если мы отбросим захватчиков с нашей земли и не сможем вновь качать нефть, то мы вас тоже расстреляем», - сказал он. Байбаков выполнил задание, уничтожив нефтяные скважины буквально под носом у немцев. Назначая его комиссаром нефтяной промышленности через два года, Сталин посоветовал Байбакову иметь стальные нервы. Нервы наркома не подвели, и к 1946 году добыча нефти в СССР была восстановлена, достигнув довоенного уровня, а Николаю Константиновичу вручили звезду Героя Социалистического Труда.

Атака на Сталина в 56 году осложнила отношения с Хрущевым, а в 1957 году Байбаков стал жертвой попыток генсека децентрализовать экономику. Его уволили из Госплана. Последующие несколько лет он возглавлял один из вновь созданных совнархозов в Краснодарском крае и с 1963 года на Северном Кавказе.

В 1965 году Л. И. Брежнев отправили хрущевские совнархозы на свалку, Байбаков возобновил работу в Госплане и стал заместителем председателя Совета министров СССР.

Он по-прежнему верил в централизованное планирование, но не мог закрыть глаза на реалии экономики, и в конце 1970-х годов написал доклад, в котором пытался рассказать Брежневу и другим членам Политбюро о серьезных проблемах экономического развития страны. Брежнев обвинил Байбакова в преувеличении. «Убери свою рукопись, чтобы я ее никогда больше не видел», - сказал Брежнев. Когда Байбаков попытался еще раз поднять этот вопрос, Брежнев потребовал, чтобы тот не беспокоил его «своими цифрами», которых «слишком много», и вместо этого предложил ему поехать на охоту. Сохранились свидетельства того, что Байбаков подстрелил 14 диких уток, а Брежнев - 21.

В Госплане наступил короткий период оптимизма, когда к власти в ноябре 1982 года пришел Юрий Андропов. Он завершился с его смертью в феврале 1984 года. Байбаков всячески поддерживал усилия Андропова стимулировать экономику с помощью «более строгой дисциплины». Даже после смерти Андропова сотрудники Госплана все еще не верили в крах экономики. Байбаков и его коллеги считали, что система продержится до 2000 года, когда, по их прогнозу, производительность труда в Советском Союзе сравняется с американской. Однако прогнозы Госплана не учли появления Михаила Горбачева, который в конце 1985 года взял бразды правления в свои руки. В октябре 74-летний Байбаков был вынужден уйти в отставку и был назначен советником Совета министров СССР.

В 1998 году, после выхода на пенсию, Байбаков вернулся в нефтяную промышленность, став председателем Всероссийской ассоциации буровых и сервисных подрядчиков и президентом попечительского совета Российского государственного университета нефти и газа имени Губкина.

Он очень переживал по поводу рыночных реформ, которые происходили при Михаиле Горбачеве и Борисе Ельцине. В 2001 году он даже сказал в одном из интервью, что «рынок и частная инициатива - как два крыла на корабле, а план и планирование - это руль, который направляет корабль экономики на правильный курс». После избрания Владимира Путина, Николай Константинович высказал свой прогноз на развитие страны - «ситуация изменится к лучшему, хотя и медленно, а роль государства в экономике возрастет».

Те, кто бывал в последние годы на приеме у Байбакова отмечали, что над его столом по прежнему висел портрет Ленина, а в его галстуке красовалась булавка в виде автомата Калашникова. Николай Константинович по-прежнему выглядел авторитетно, что отличало его еще на службе.

В 1997 году по инициативе Международной топливно-энергетической ассоциации и группы энергетиков создан Межрегиональный общественный Фонд содействия устойчивому развитию нефтегазового комплекса имени Н.К. Байбакова.

Имя Н.К. Байбакова присвоено теплоходу, который сошел со стапелей завода «Красное Сормово» в мае 1995 года.

От Сталина до Ельцина, Байбаков на совесть делал своё дело, боролся за правду: "Я до сих пор не скрываю того, что был в числе тех, кто учился у Сталина, считая, что его ясный и решительный стиль должен быть присущ руководителям любого ранга. Где бы я ни работал и при Сталине, и после него, я, следуя его примеру, всегда в меру своих сил старался внимательно выслушать каждого, с кем работал, искать истину в сопоставлении различных мнений, добиваться искренности и прямоты каждого личного мнения, но, прежде всего, искать доступные, реальные пути выполнения поставленных задач".

Светлая память о Николае Константиновиче Байбакове навсегда сохранится у тех, кто выбрал жизненный путь служения российскому Отечеству.

Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты