Главная  >  Наука   >  История   >  История России   >  Кризисы переходных периодов   >  Перспективы "оранжевой" революции в России


Ловушка-2008. Уроки киевского восстания

11 октября 2007, 108

В начале прошлого века Ленин написал статью «Уроки московского восстания». Анализируя ход революционных событий, он разработал технологию отъема и становления новой власти. Показательно, что существующая на тот момент российская власть не проделала аналогичной работы. Результат нам известен. И теперь, восстанавливая и строя власть в России, мы можем оказаться в том же положении, что и царская власть образца 1905 – 1917 гг.

Момент истины

Я уже писал о тех современных технологиях организации власти, которые продемонстрировали свою эффективность в Украине и привели к проигрышу России в этой ситуации. Я официально от имени парламентской группы участвовал в событиях на Украине в качестве наблюдателя и знаю положение дел не понаслышке. Но сегодня я вижу тревожные тенденции уже в России.

Появляются выступления и статьи, которые замазывают остроту украинских событий – то ли от непонимания, то ли сознательно. То, каким образом обсуждается ситуация, не имеет ничего общество с реальностью происходившего в Киеве. Пройдет месяц-другой – и аналитики и журналисты докажут нам, что ничего особенного там не произошло, что народ просто таким непростым путем выразил свою волю, что надо налаживать отношения и с Украиной под президентством Ющенко.

Не спорю против последнего тезиса. Но в ноябре 2004 г. в Украине случилось то редкое событие, событие власти, которое обнажает базисные реальности современного устройства политико-организационной жизни, реальные технологии власти. Мы пережили «момент истины», позволяющий заглянуть в наше собственное будущее, и грош нам цена, если мы не сможем увидеть таящегося в нем вызова.

В своем анализе я постараюсь выявить сущность подобных технологий, те условия и предпосылки, которые представляют, с моей точки зрения, совершенно очевидную угрозу и для России. Я опираюсь на то понимание, которое я получил, принимая участие в событиях. Я плотно контактировал как представитель Государственной Думы с политтехнологами, которые работали в Украине. Кроме того, представленные выводы опираются на мнение ряда экспертно-аналитических групп.

В начале прошлого века Ленин написал статью «Уроки московского восстания». Анализируя ход революционных событий, он разработал технологию отъема и становления новой власти. Показательно, что существующая на тот момент российская власть не проделала аналогичной работы. Результат нам известен.

И теперь, восстанавливая и строя власть в России, мы можем оказаться в том же положении, что и царская власть образца 1905 – 1917 гг. События 2004 г. в Украине не безобидны. За ними стоит определенная технология отъема власти у «прогнившего» режима (но «прогнившим» оказывается всякий свергнутый режим власти – с точки зрения нового режима).

Россия не Украина?

Первое, что бросается в глаза при чтении комментариев по поводу украинских событий – это удручающее непонимание сущности произошедшего события власти и убежденность в том, что «оранжевая революция» – это единичное и стихийное событие.

Так, Александр Вешняков, председатель российского ЦИК 27 декабря 2004 г. заявил: «Предпосылок для создания "оранжевой революции", как на Украине, у нас нет». Итоги выборов в России становятся известны не за десять дней, а за часы – «Это обезоруживает наших оппонентов и не дает раскачивать ситуацию, как на Украине или в Грузии». Сайт ЦИК России защищен от нападок профессиональных хакеров – а в Украине в ходе выборов сайт был «разрушен». Вешняков считает, что в Украине была «система дезорганизовать голосование, чтобы потом условия диктовала улица» (орфография и стилистика автора сохранены). В России все организовано неизмеримо лучше, а потому такого рода «революция» невозможна.

«Крепкий организатор» Вешняков уверен, что гарантией крепкой власти служит оперативность и защищенность передачи информации. Но оказывается, что и Сергей Кивалов, председатель ЦИК Украины, был уверен в этом. В своих ноябрьских интервью он обсуждает исключительно организационно-технические вопросы: необходимость создания единого реестра избирателей, защищенность и мощность серверов, фильтры и утечку информации. Чтобы не получилось, «как в Грузии».

Два руководителя ЦИК мыслят в одинаковых рамках. Как же можно тогда утверждать, что условий для «оранжевых революций» в России нет? С нашей точки зрения, эти предпосылки имеются в России все до единой – пусть даже российские технические системы и совершеннее украинских.

Цунами оранжевых революций

Заявление Вешнякова показывает, что он просто не понял главного в украинских событиях: уже не имеет значения, как считаются голоса и кто выигрывает сами выборы. Перед нами другая структура и технология взятия власти.

Но это потрясающее непонимание наталкивает и на неизмеримо более серьезные выводы.

Уже можно сказать, что революции оранжевого типа происходят в Восточной Европе и на постсоветском пространстве регулярно: Сербия, Грузия, Украина. В августе 1991 г. мы в СССР пережили нечто аналогичное. Недавно подобная смена власти произошла в Румынии, но осталась практически незамеченной российской прессой.

Зададимся вопросом: кто или что является основной причиной таких революций? Злые и коварные внешние силы? Ни в коем случае. Они существуют всегда и не в них дело – разве стервятники виноваты в смерти ослабевшего животного?

Причин две:

– неспособность существующей властной элиты на постсоветском освоить новые технологии захвата и реализации власти;

– развитие новых технологий захвата и реализации власти.

Поясним.

Первое.

В знаменитой на Западе, но практически неизвестной в России книге Курцио Монапарте «Техника государственного переворота», написанной еще в 1931 году, автор указывает, что основным условием применения технических приемов государственного переворота всегда является уверенность власти в полном контроле над ситуацией и ориентация на существующие механизмы установления власти (выборы, назначения и т.п. – я бы даже сказал, зацикленность на них).

В то же время те, кто захватывает власть, использует новые механизмы осуществления и удержания власти, которые властью-то даже и не считаются. Вспомним формулу восстания 1917 г. в России: захватить почту, телеграф, мосты и банки. Временное Правительство не рассматривало эти «технические» устройства как элементы власти. И поплатилось за это. Презрительные высказывания Кучмы и Януковича о «власти толпы» и «улицы» закончились тоже известно чем. Уроки киевского восстания могут быть извлечены, если мы поймем, на чем держится современная власть. Упорство в отстаивании старых истин сделает наших руководителей основными организаторами следующих «революций» и поставит их в ряд с Милошевичем, Шеварднадзе, Кучмой.

Шеварднадзе был уверен в собственной власти. Кучма занимался манипуляциями, создавая двух равномощных кандидатов-преемников.

А это значит, что Вешняков и вообще российский истеблишмент, который делает подобные заявления и уверен в своей неуязвимости, просто-напросто является следующим претендентом на проведение оранжевого сценария. Выступивши с публичным заявлением о том, что он ничего не понимает в способах осуществления современной власти, Александр Вешняков сам о себе заявляет как о следующем кандидате на отставку после будущей российской оранжевой революции.

Второе.

Природа власти коренным образом меняется в современном мире. Это, наверное, знают многие. Многие читали (или видели) книгу Э.Тоффлера «Метаморфозы власти», читали (или слышали) про книги Ф. Фукуямы и многие другие книги. Но все время кажется, что это – у них. На самом деле, это – у нас. У нас происходит коренное переосознание власти. Именно мы начинаем видеть ее по-другому. Поэтому именно у нас можно в одночасье развалить Советский Союз, поменять социализм на капитализм. И сделать это так, что мы даже не поймем, как это произошло. Так же, как Кучма и Янукович не поняли (а также и донецкие шахтеры и многие другие, верившие в право, конституцию, выборы и силу государства) как это так произошло, что все механизмы власти (которые они считали механизмами власти) вдруг отказали разом.

Дело в том, что власть действительно поменяла свою природу и теперь она – не в государстве, не в контроле за СМИ и бизнесом. Все эти механизмы «обходятся» и используются знающими людьми по своему усмотрению. Власть перешла в организацию коммуникации, в организацию сознания. Термины «биовласть», «символическая власть», «коды коммуникации», «интенции сознания», «ориентация сознания» наверняка нынешним российским людям власти незнакомы и они уверены, что этими «примочками» занимаются какие-нибудь яйцеголовые на Западе. А здесь – «реальная власть» - указы, распоряжения, законы, бюджеты, силовые структуры и пр. А также деньги, машины, мигалки и подобострастная челядь.

Непонятно только, почему это так быстро меняется? 10 – 15 лет - и все изменилось. Даже люди и деньги. Но про это лучше не думать.

Но именно в этом проблема власти: что заставляет менять Советский Союз на Россию, социализм на капитализм, Ельцинскую режим на Путинскую власть, режим Кучмы – на демократию по Ющенко, а в недалеком будущем – Россию Путина на несколько Россий без Путина?

И пока Временное Правительство в 1917 году с важностью решало «государственные» дела, не обращая внимания на «технические детали» - вроде того, как работает почта и телеграф, банки и мосты, власть ушла. И так же сегодня, пока обсуждается удвоение ВВП, захват государством нефтяных активов и основных СМИ, выстраивание вертикали власти и политические PR, власть перетекает туда, где конструируют коды коммуникации, меняют символические структуры сознания и вырабатывают новые ориентации.

Весь вопрос в том – где и кто это делает?

Две силы, которые этим занимаются, известны.

Первая – это нынешняя власть. Выстраивая себя как государственную, демократическую, ориентированную на рынок, законную, коррумпированную, борющуюся с бедностью, и т.п., она включает себя в предуготовленные коды коммуникации и символические структуры сознания. Именно поэтому можно говорить, что не понимавшие современных механизмов власти Милошевич, Шеварднадзе и Кучма являлись основными организаторами оранжевых революций в своих странах. Именно они подготовили все для того, чтобы это случилось.

Вторая – это современные технологи захвата власти. Газеты всего мира восторженно описывают деяния этих новых героев западного мира, которые, сидя в Белграде, готовы выполнить заказ на оранжевую революцию в любой стране, вставшей на путь демократического развития – например, по заказу американцев польского происхождения, как в Украине, или еще кого-то.

Вопрос только с третьей силой – появится ли таковая на оставшейся территории СНГ или в России или нет? Если мы ее сформируем – останемся суверенной страной. Если нет – ждем оранжевых революций и будем жить в разных Россиях с разными, сделанными для нас, властями.

Оставляя систематическое обсуждение современных технологий власти для других статей, попробую обозначить более конкретно - чего же именно российская власть про власть не понимает?

Мягкие технологии

Технология современных оранжевых революций строится, с одной стороны, на определенном понимании сущности власти «новыми технологами», а с другой – на непонимании сущности власти истеблишментом: государственными властями и их советчиками, российскими политтехнологами.

(Точнее, на определенных стереотипах организации власти – тех, которые были у Милошевича, Шеварднадзе и Кучмы.)

Какие именно условия делают эффективными применение «оранжевых технологий»? На что опираются «оранжевые технологи», какие, по их мнению, ограничения присущи любой власти на постсоветском пространстве?

1. Сегодняшняя власть убеждена, что вся полнота власти должна быть сосредоточена у государства, что укрепление власти происходит в первую очередь через укрепление государства (в том числе и организацонно-техническое, как это видится г-ну Вешнякову).

Но современное государство имеет очень ограниченные функции по поддержанию власти – поскольку есть массовые коммуникации, СМИ, независимые экономические субъекты и существуют современные технологии организации и индивидуального сознания, и толпы.

Вспомним события в Украине 29 декабря, когда В.Ющенко призвал своих сторонников блокировать Совет министров, с чем легитимная, обладающая вооруженными и полицейскими силами власть ничего не смогла сделать. В результате В.Януковича не пустили на заседание правительства, - и правительства в Украине не будет до тех пор, пока этого не захочет В.Ющенко.

Интересно, что бы посоветовал своим украинским коллегам А.Вешняков в этой ситуации? Судя по тому, как он надеется на современные информационные технологии, - проводить заседания Совета министров по электронной сети. Не исключаю, что российское правительство воспримет уроки оранжевых революций в соответствии именно с таким уровнем понимания, и закупит соответствующее оборудование. И никакое блокирование зданий не будет страшно!

Но в совместном заявлении 4 января, которое сделали В.Ющенко и М.Саакашвили в Карпатах, говорится: «Воля народа сильнее государственной машины». И это действительно так: государственная машина безусловно слабее технологий, использующих в том числе и народ.

2. Действующая власть вызывает у населения недоверие, поскольку общеизвестно, что она коррумпирована.

На основе этой ситуации строятся базовые дуальные схематизмы организации сознания (использование подобных коммуникативных кодов описывает социолог Никлас Луман): если власть коррумпирована и к ней нет доверия, то она подделает выборы.

Поэтому сколько бы политтехнологи ни бились за доли процентов, привезенные наблюдатели, не выходя из гостиниц, заявят: выборы были поддельными.

Коррумпированная власть и умело разожженное под выборы недоверие к ней у части населения – этого вполне достаточно, чтобы оспорить любые результаты. Технология состоит в том, чтобы для людей возможность подделки выборов вытекала бы из самой природы существующей власти, чтобы эта возможность была известной всем. Для этого последнего исключительно высока роль СМИ.

3. Власть признает по отношению к себе чужую легитимность.

И Россия, и Украина заявили на официальном уровне, что «мы двигаемся по пути рынка и демократии». Где в этой ситуации расположена «Мекка демократии и рынка»?

Известно где: Мекка Рынка – в США, а демократии – в Европе. Поэтому для людей, которые мыслят в рамках бинарных коммуникационных схем («либо демократия – либо нет», «либо рынок – либо нет»), оценка, сделанная со стороны ЕС или США, уже создает единственно возможную легитимность. И если наблюдатели ЕС сказали, что выборы 25 декабря в Украине были проведены лучше, чем 16 ноября – неважно, выходили эти наблюдатели из гостиницы или нет – то значит, так оно и есть.

С другой стороны, кто поверит Л.Слиске, которая утверждает, что нарушений было много, если она сама плоть от плоти той власти, которая регулярно подделывает выборы. Об этом «известно всем»: если доверие утеряно, то любые дела, слова и жесты будут трактоваться либо как заметание следов, либо как ложь. Европейский же наблюдатель на обман «не способен».

Но мы сами оплатили появление такой конструкции, заявив, что мы стремимся к идеалу, который находится вне наших границ, что образец демократии хранится не у нас в подвале, а значит – признали над собой легитимность чужих оценок и трактовок.

Страна, избавившаяся 10-15 лет назад от партийной гегемонии физически не в состоянии быть столь же образцовой демократией, как и страны с трехсотлетней демократической историей. Значит, наша власть заранее и кругом виновата.

4. Власти не понимают, какова роль средств массовой информации. С точки зрения организации власти СМИ делают только одно: относительно событий, которые невозможно проверить, они формируют мнения, которые известны всем. Откуда, например, известно, что Бен Ладен вообще существует? Только из СМИ.

Поэтому «оранжевая технология» в отношении к СМИ простая: часть журналистов необходимо законтрактовать, а остальные СМИ просто заполнить выступлениями и материалами тех людей, легитимность которых сама власть признала. Поле общественной коммуникации просто заполняется рядами нужных для оппозиции трактовок. А власти уже потом никто не поверит, поскольку, что бы она не заявила, известно, что она коррумпирована и недемократична.

Но такого рода технологии, связанные с использованием средств массовой коммуникации, власть просто не видит.

Показателен эпизод, описанный в интервью президента Польши Квасьневского, где он рассказывает о ходе посреднических переговоров в Украине. Он настаивал на открытом и гласном освещении заседаний Конституционного суда. У представителей Украины и России это вызвало, по словам Квасьневского, страшное смущение и непонимание.

Квасьневский убеждал их: важнейшее решение нужно принимать гласно. Но реально ход состоял в том, чтобы происходящее в суде стало публичным и его можно было бы трактовать всеми возможными способами, чтобы вывести это событие в поле интерпретаций и обсуждений. (Кроме того, в этих условиях судьи, которые уже заранее знают точку зрения Совета Европы и проголосуют за противоположное решение, будут для Европы уже тоталитарными, а не демократическими судьями. Это – клеймо на всю оставшуюся жизнь).

И европейцы, и Ющенко, использовавший телевизионную трансляцию своей клятвы на Библии для упрочения своей власти, умеют работать со СМИ и использовать их власть и влияние. Ни в Украине, ни в России государственные власти этого не умеют – более того, даже заседания правительства уже хотят сделать закрытыми для прессы под предлогом того, что министры не умеют говорить публично.

Но это значит, что мы сами отказываемся от той власти, которую дает умение работать со СМИ и со всем интерпретационным полем общественной коммуникации. Замкнув же заседания правительства, мы даем возможность кому угодно строить обвинения в закрытости и коррумпированности власти, а СМИ - изощряться в подтверждении этих глубоко скрытых оснований.

5. И последний пункт – власть пользуется финансовой поддержкой приближенных к ней олигархов. Выборы в Украине финансируют олигархи – это известно всем. В рамках «оранжевых технологий» олигархам и власти противопоставляется народ. Народ финансировать можно – ведь он же борется против коррумпированной и лживой власти!

Именно такая смысловая конструкция и была использована в Украине. Я уже писал, что фактически во время событий был создан особый «народ», поддерживавший В.Ющенко и ставший зародышем легитимности новой власти. Такой народ поддерживается и прекрасно организуется. Отряды «Опоры», еда, автобусы, смена, организация масс – все ставится на службу оранжевой революции.

Итак, власть, сосредоточенная исключительно в государстве, коррумпированная и не пользующаяся доверием, не умеющая работать со СМИ и с общественной коммуникацией, но признающая над собой чужую легитимность, оказывается беззащитна против совершенно скромных финансовых и организационных вложений – но вложений, направленных в нужную точку.

Сигналы готовности поданы

Описанные «оранжевые технологии» эффективны против вполне определенного типа государственной власти – той, которая сложилась в государствах постсоветского пространства. Но, кроме того, необходимы и вполне определенные действия, своего рода сигналы, демонстрирующие, что эта власть уже «готова», «созрела» для применения таких технологий.

Таким сигналом, несомненно, станет интервью Вешнякова. Но есть и более серьезные демонстрации.

1. Власть начинает искать преемника, подтверждая худшие опасения народа.

Вспомним, что все российские дворцовые перевороты XVIII-XIX вв. были связаны с тем, что отсутствовал закон о престолонаследии. Не было единого порядка занятия престола, и эта ситуация порождала множество соблазнов. Екатерина, минуя Павла, отдала власть внуку Александру - Безбородко выкрал это завещание Екатерины и привез его Павлу, за что был осыпан бесчисленными милостями. В этой ситуации хорош любой порядок – демократический ли, наследственный, какой угодно – лишь бы он был зафиксирован и известен.

Даже Ельцин не искал себе преемника: он это сделал быстро, освободив свой пост досрочно. В результате он одномоментно выиграл ситуацию.

Объявив, что ищет преемника – это уже всем известно! – власть подставляет любому противнику или просто властолюбцу самое уязвимое место, теряет доверие народа и возбуждает любые силы на действия против себя.

2. Власть придерживается Конституции и законности, говоря народу, что она ни в коем случае не применит силу. Это означает, что власть попала в ловушку: она отказывается от своей основной функции – ради страны и ее жизни действовать в рамках высшей справедливости и высшей цели, признавая лишь суд Истории. С другой стороны, когда власть, регулярно нарушающая закон и не обладающая доверием, заявляет, что будет действовать «по закону» - это сигнал к атаке: власть бессильна. Когда власть заявляет, что не будет использовать силу против своего народа – можно выводить толпу на улицу. Применит силу – виновата, ее надо свергать. Не применит – свергнем и так.

3. Власть приглашает на выборы наблюдателей из ЕС.

Это сигнал к тому, что власть готова принять внешнюю легитимность.

Когда власть все это делает, - вне зависимости от того, как народ к этому относится, - она создает всю систему предпосылок для революций всех цветов.

Дело в том, что все три указанных пункта рассогласованы друг с другом. Они не создают единого порядка передачи власти. Требование конституционности взято из одной рамки, поиски преемника – из другой, а наблюдатели представляют собой внешнюю упорядочивающую силу. Между этими требованиями - разрыв, дыра, куда элементарно утекает власть или откуда могут запросто проникнуть непрошенные технологии.

Так произошло в Украине. Следующие точки – Киргизия и Молдавия. А уже потом будет Россия и 2008 год. В России найдется немало людей, не доверяющих власти и сталкивающихся с ее коррумпированностью, и множество проблем, на которые их можно будет поднять (не происходит ли это уже сейчас с манифестациями пенсионеров?). Но государственные власти будут по-прежнему слепо придерживаться конституции, который сами не соответствуют – тем самым расширяя упомянутую дыру, куда утянет реальную власть.

4. Реальное подчинение СМИ государству является ложным и ошибочным ходом. Страна открыта, существует Интернет и мировые СМИ,. Усиление контроля над СМИ вызывает к ним недоверие и подтверждение худших опасений по отношению к власти, а уж внешний мир постарается «влезть» в эту ситуацию и компенсировать информационно-интерпретационные дыры – по крайней мере, для небольшой части народа.

И не следует утешаться тем, что контроль над 3-4 центральными телеканалами позволяет удерживать в интерпретационном поле 90% населения: ведь это в среднем, а в России «оранжевые технологии» будут применяться в отношении различных частей страны, и там-то можно спокойно сконцентрировать недоверие и к власти, и к этим СМИ.

Люди уже понимают, что задача СМИ - интерпретировать события, которые другим образом недоступны и которые никто не может проверить. Функцию достоверности отдельное СМИ не выполняет: только за счет конкуренции, когда есть много разных газет и телеканалов, некая достоверность может быть достигнута. Когда очевидно, что считанные каналы контролируются государством – то все отлично понимают, что это недостоверно.

Ход на концентрацию СМИ неизбежно приводит к подтверждению опасений людей по отношению к власти, к росту недоверия.

А дальше будет просто: при возникновении «революционной ситуации» поверх сообщений центральных подконтрольных СМИ будет мгновенно создано интерпретационное поле, трактующее все, что они говорят, как ложь или бессильные оправдания. И займутся этим те люди, которых уже выдавили с телевидения и из газет. С.Доренко уже ездил на Украину агитировать за Ющенко. Нетрудно догадаться, что именно будет делать в случае российской оранжевой революции Л.Парфенов – работать на зарубежные телеканалы (кстати, кто владелец той газеты, куда он недавно поступил на службу?).

Если СМИ не будут максимально освобождены, если не будет создано большое количество СМИ, то «оранжевые технологии» получат в СМИ, контролируемых государством, своего надежного союзника.

5. То, что государственная власть делает сегодня по отношению к бизнесу, также является подготовкой к революционным событиям 2008 года.

Не кто иной, а именно власть должна обеспечивать для бизнеса две важнейшие вещи: инфраструктуру доверия и возможность накопления и умножения бизнеса на территории России. Ни того, ни другого она сегодня не обеспечивает, и эти вопросы даже не стоят в повестке дня.

А потому весь бизнес строится сегодня так, чтобы механизмы сохранения своих капиталов и поддержания доверия располагались вовне. Капиталы в Россию не вкладываются, правительство никак не может отыскать точки и зоны концентрации усилий для бизнеса, а уж про атмосферу доверия, про стабильность, надежность правил и справедливый суд и говорить не приходится.

Ответом на сегодняшние налоговые игры будет бегство капиталов под зонтик международного бизнеса и соответствующего права (такое произошло в Грузии). Крупные интернациональные корпорации будут под чужой юрисдикцией защищать капиталы и бизнес российских миллиардеров – так же, как раньше эти же миллиардеры искали защиты в МВД или в ФСБ. Альтернативы нет – в условиях сегодняшней России и политики властей эта структура обеспечивает и доверие в бизнесе, и правила игры, и судебную защиту, и возможность мультиплицирования и накопления богатства.

Техасский суд в деле продажи «Юганскнефтегаза» уже начал пробовать ввести сюда, на территорию России, зарубежную легитимность. Это – первая проба пера. Российские власти поступили по отношению к международному сообществу так же, как бизнесмены выступают против российской власти, осуществив продажу через фирму-однодневку. Технически власти победили – а морально только подставились: теперь стало ясно, что начались другие, жесткие, игры.

Политика государственной власти истощает национальный бизнес. А это означает, что в революционной ситуации он не будет поддерживать существующую власть. Он будет осторожно и понемногу поддерживать всех. В решительной ситуации, поскольку он уже признал западную легитимность, для бизнеса будет важно - при любых патриотических словах - поддержать на конечных этапах оранжевую революцию. Иначе – клеймо прихвостня режима и потеря имени.

Поэтому и с экономической точки зрения ловушка-2008 уже поставлена.

Ловушка захлопывается: идеология «сдачи»

Усугубляет ситуацию то, что выборы в России в 2008 году будут делать все те политтехнологи, которые делали выборы в Украине. Степень их непонимания ситуации и неготовности к ней – просто вопиющая (впрочем, в интересах оранжевой революции поддерживать их в том мнении, что они самые великие). В своей последней статье в «Эксперте» Г.Павловский объясняет украинский провал всем, чем угодно, только не действиями политтехнологов. Обсуждается сценарии, говорится, что «так случилось», но основные причины остаются не видимыми.

Эта позиция демонстрирует будущим организаторам оранжевых революций, что, так же как и Вешняков, Павловский – вообще не противник, что он будет делать только то, что он делал пять последних лет: надувать проценты при голосовании. Своими статьями и выступлениями Вешняков и Павловский говорят: нас бояться нечего, мы – в полной власти любого, кто вознамерится ее присвоить.

Более того: уже появляются тексты, направленные просто на подготовку оранжевой революции-2008 в России.

Первая ласточка – статья С.Переслегина в том же «Эксперте», основной тезис которой заключается в том, что даже если Россия разделится, ничего страшного не произойдет: «русская структура сознания» и русская культура останутся. На первый план выходит идея не страны России и тем более не Российской империи, а Русского мира.

Этот тезис порождает очень далеко идущие последствия. Фактически утверждается, что русские – это только культура.

Но сегодня, как-никак, русские – это еще и территория, и сила, и определенная материальная организация, и определенный тип социальной жизни, и тип власти, и те схемы освоения территорий, которые в людях заложены, и православие, сосуществующее рядом с другими религиями.

Что произойдет, когда это вся объявляется не важным, а акцент делается исключительно на культуре? То же, что сейчас имеет место с испаноговорящими гражданами США. Да, почти все они говорят на испанском. Да, у них есть свое телевидение. Да, они представляют свою культуру – так же, как афроамериканцы. Но представляют ли они силу? Нет – они просто часть электората в рамках совершенно другой игры.

После войны и Холокоста евреи делали все, чтобы создать государство Израиль. Народу нужна своя территория для того, чтобы его жизнь была не просто культурой, чтобы можно было защищаться, чтобы воссоздавать на территории свой, не навязанный никем, способ и порядок жизни. Без этого еврейский народ был неполноценным – и эту неполноценность надо было ликвидировать, создав свое государство. А сейчас русских убеждают добровольно перейти в состояние диаспоры!

Статья С.Переслегина приучает россиян к мысли, что ничего страшного не произойдет, если они сделаются бездомными – но будут продолжать говорить на своем языке, любить Пушкина и Достоевского.

Более того: реально нет никаких рациональных, подчеркиваем, причин, по которым Россия должна была бы продолжать оставаться как целостное хозяйственно-политичесое образование, как страна. При обсуждении российских реформ один из явных соблазнов – об этом говорится в недавно вышедшей книге В.Синюгина «Искусство реформирования» - это признать, что с точки зрения организации производства и жизни Россия как таковая не нужна и вполне можно разделить ее на несколько регионов: европейская часть примкнет к Европе, Южная – к Турции, Сибирь к Китаю, Дальний Восток – к Японии (как, собственно, давно предлагает С.Бжезинский). И действительно: люди на этих территориях будут жить и лучше, и богаче, и более демократично.

Но существование страны не исчерпывается рациональными причинами, и есть глубокое чувство, что ее разделение - недопустимо. Территория дает возможность воспроизводства того типа жизни, который сейчас существует, дает возможность накопления тех материальных вещей, которые не подвержены переинтерпретациям.

С другой стороны, именно власть должна объяснять своим гражданам и всему миру, зачем существует великая страна Россия. Если она этого не делает, если у нее нет стратегии вписывания России в мировую конфигурацию сил, - то недопустимость расчленения страны и отождествления русскости только с русской культурой остается на уровне общественного чувства, которым можно начать манипулировать.

Что и начала делать упомянутая статья: надо приучить россиян, что русскость останется, как великая (но частная) культура. И соединенная с определенным замыслом выборов-2008, продвинутая идея «русского мира» (в этой версии – в самой идее «русского мира» ничего плохого нет) просто приводит к тому, что людям будет внушаться: неважно, что Россия распадется – русские-то останутся.

Это – еще один сигнал к повторению оранжевой революции в России. В статье говорится: мы не знаем сами, зачем нужна Россия, и мы готовы к тому, что революции будут происходить и страна будет растаскиваться. И мы, политтехнологи, не только не сможем ничего этому противопоставить, но и не будем этого делать.

Сценарии для России

Россия – действительно не Украина: в России должна произойти не одна оранжевая революция, а четыре-пять.

При этом нынешние кремлевские администраторы твердо считают, что с Россией просто этого не может быть. Потому что Россия очень большая страна, потому что она великая, и потому что у нас есть ядерное оружие. На нас не сунутся.

Конечно, не сунутся – этого просто не нужно. Будет сделано следующее.

Первая революция уже идет на юге России и в кавказских республиках. Там за последние несколько лет было сменено практически все исламское духовенство на низовом, бытовом уровне. Теперь эти места заняты выходцами из Иордании и других арабских стран. Кроме того, идет исламизация русского населения.

Таким образом, на юге России готовятся основания другой легитимности (вспомним, что ислам всегда был эффективен с точки зрения придания дегитимности или нелигитимности государству, вспомним Иран и аятоллу Хомейни).

Это, конечно, совсем не «бархатная», не бескровная революция. Но технология та же: создать на территории особый народ, признающий чужую легитимность. И достаточно событий вроде тех, которые произошли в Карачаево-Черкесии, чтобы «спустить курок»: недоверие к власти растет, толпа блокирует власть – и поверх этого будет мгновенно сформирована новая структура власти.

Практически все южные республики к этому готовы.

На западе, в Калининградской области достаточно планомерно перехватывать все торговые и экономические контакты и переводить их на европейские страны – Польшу, Германию, Литву. Несколько лет такой работы – и население по факту станет признавать другую легитимность. Там особо и стараться не придется.

Китай по отношении к Российской Сибири действует методом вытеснения и заселения. Там идет своя революция. Власть не понимает, что происходит физическое формирование нового народа, хотя эффективной стратегией было бы превращение переселившихся китайцев в своих граждан с точки зрения организации жизни, ассимиляции и т.п. Сегодня же, как только власть даст слабину или что-нибудь случиться – напор тут же усилится.

Следующий вариант – японский на Дальнем Востоке. Здесь Япония перехватывает власть у России за счет экономического давления и формирования экономических интересов. И рыбаки, и почти все население – оказываются и экономически, и технически зависимыми от Японии. У жителей Курильских островов уже возник «синдром заложников», поскольку усиление российской власти для них означает просто угрозу для жизни. Начинают прерываться контракты с японскими партнерами, контрабанда не продается, жители не могут покупать японское топливо, дизели т т.п. Люди оказываются на грани выживания. Естественно, что им укрепление российской власти не нужно. В случае реальных действий со стороны России ответ будет таким: не трогайте нашего единственного защитника - Японию. И весь Дальний Восток в таком положении.

Три оставшихся до 2008 года – срок вполне достаточный, чтобы развить все эти тенденции, сформировать центры сторонней легитимности и соответствующие «народы» или группы населения. Поэтому на Россию нападать - не будут. В России создадут несколько анклавов, где эти народы станут требовать той власти, которая будет устраивать их (и может быть, независимости). Будут созданы – как в Украине – свои столицы: Казань, Калининград, Иркутск, Владивосток, откуда приедут люди, чтобы перекрыть центр Москвы и парализовать действия власти.

Это – ловушка, из которой не будет выхода: мирные митинги приведут к украинскому варианту, а если власть решится разгонять блокирующие массы и применит силу, то в условиях недоверия это будет означать ее еще более резкое ослабление (вспомним начало первой русской революции). Это немедленно спровоцирует отпадение регионов.

Это – типичная институциональная ловушка: если система начала переходить в новое состояние, то любые действия только ускорят этот процесс. Возникнет ситуация взрывного роста недоверия к власти, перехода под чужую легитимность, формирования двойной структуры жизни (а именно она является питательной средой для современного терроризма – см. нашу статью.

Мы уже близки к попаданию в эту ловушку. В ноябре в нее попал Кучма: он думал, что он конститутционный гарант, что он удерживает власть, что он все контролирует, что олигархи работают на него. Он думал, что это и есть власть.

Как выясняется, такая власть разрушается от одного того, что ее объявляют сильной.

Заявление Вешнякова, статьи Павловского и Переслегина, смысл которых состоит в том, что ничего страшного не происходит и произойти не может, что такого, как в Украине, у нас не произойдет никогда, что власть крепка и сильна – как раз и готовят эту ловушку. Власть, успокоенная этими заявлениями и убежденная в правильности своего курса на концентрацию в рамках государства, будет все более усиливаться и концентрироваться внутри себя самой.

Но при этом она будет оставлять все большие общественные поля под чужой властью. Бизнес, СМИ, культурная и религиозная жизнь будут планомерно переходить под чужую легитимность. А это значит, что власть не будет видеть тех социальных процессов, тех структур двойной организации жизни, которая все больше формируется в этой ситуации. Концентрируясь внутри самой себя, используя исключительно административно-государственные рычаги и будучи при этом уверена, что она контролирует все – власть истощает жизнь и провоцирует формирование иных, инолегитимных очагов власти.

Да, государственная власть всегда была в России скелетом, на котором держалось в стране почти все. Но сегодня, концентрируя все в себе и истощая остальные сферы общественной жизни, государственная власть превращает страну в скелет с отваливающейся плотью.

Альтернативная власть

Проведенный анализ показывает: оранжевые революции будут продолжаться, они достигли уровня осознанно применяемых и эффективных технологий. Государственная власть в России не видит сущности современных форм отъема и организации власти, с готовностью демонстрирует свое непонимание и потому в 2008 году скорее всего станет объектом такого «бескровного нападения». А при нынешнем уровне понимания и организации она не сможет противодействовать созданным технологиям увода власти.

Поэтому сценарий такого рода, который был представлен выше, неизбежен, если уровень понимания событий сегодняшней власти останется таким, каким он есть сейчас, и если сохранится ни на чем не основанная уверенность в собственной прочности и силе.

Власть в срочном порядке должна прекратить истощение общественной жизни, концентрируясь на государственно-бюрократических структурах. Необходимо строить власть поверх всех сил, не сводя ее к государству.

Нужно усиливать всех вокруг, и самой усиливаться через союз с этими силами. Нужно поднимать, взращивать, обогащать жизнь, способствовать ее приращению во всех возможных областях. В этом состоит стратегия предотвращения возможных оранжевых революций.

Более того: чтобы не допустить реализации разрушительных сценариев, в России должна быть выращена «альтернативная власть», владеющая новыми технологиями организации и способная устраивать мягкие революции в России и постсоветском пространстве в национальных интересах, для того, чтобы начала складываться современная конфигурация инстанций власти.

Но существующая российская власть на все это органически, по самой своей сути, не способна.

Вывод – очевиден: так или иначе, но сегодняшняя форма организации власти самое позднее в 2008-2010 году прекратится. Власть в стране будет устроена кардинально по-иному. Она либо изменится сама, - что маловероятно, - либо к власти придут принципиально другие фигуры, действующие на основании других организационных принципов.

Для России как страны это может означать и сохранение, и распадение, и отход ряда регионов.

Ситуация уверенности и стабильности закончилась.

Если есть люди или силы, которые считают необходимым сохранение России, то в этой ситуации уповать на существующую власть им нечего.

Это означает, что, как и 10-15 лет назад, для действующих политиков и активных людей, для всех, кому не безразлична судьба великой России, раскрывается огромное поле возможностей по восстановлению в стране современной, эффективной, сильной конфигурации власти.

История - вещь предельно жестокая. Какими бы ни были народы – но если они не умеют защищаться, они исчезают с лица земли, как исчезли десятки тысяч людей в волне декабрьского цунами.

Чтобы избежать российского цунами-2008, нужно владеть современными технологиями власти и строить их. Время пришло.

Р. Шайхутдинов
Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты