ИСКАТЬ:
Главная  >  Культура


Noga над Пушкинским музеем

11 октября 2007, 563

Произведения искусства часто становятся предметом политических спекуляций. Прецедент с российскими картинами, задержанными несколько дней назад в Швейцарии, не стал исключением. Сколько бы инициатор иска швейцарский бизнесмен Гаон не утверждал, что это чисто экономический вопрос, в действительности его нельзя полностью объяснить с точки зрения коммерции.


Произведения искусства часто становятся предметом политических спекуляций. Прецедент с российскими картинами, задержанными несколько дней назад в Швейцарии, не стал исключением. Сколько бы инициатор иска швейцарский бизнесмен Гаон не утверждал, что это чисто экономический вопрос, в действительности его нельзя полностью объяснить с точки зрения коммерции.
Напомним, что вечером во вторник швейцарская полиция арестовала 54 картины, являющиеся собственностью России. Эти картины из московского Государственного музея изобразительных искусств имени Пушкина находились в Швейцарии на выставке.
Полотна, среди которых работы таких европейских мастеров как Мане, Ренуар и Сезанн, страховая стоимость которых составила более миллиарда долларов, были задержаны, когда их укладывали в ящики после пятимесячной выставки в Фонде Пьера Гьянадды в Мартиньи.
Таким образом, власти швейцарского кантона Вале выполняли судебное решение, которого добивался швейцарский бизнесмен Нессим Гайон, известный в России как «финансовый террорист». В течение уже четырнадцати лет этот человек пытается получить долг с российского государства. Однажды он подал иск о наложении ареста на личный самолет президента Путина. Пять лент назад на 11 дней запер российский парусник «Седов» вместе с экипажем во французском порту Брест. Спустя год пытался арестовать два российских истребителя на авиасалоне в Ле Бурже.
В 1991 году компания Гаона Noga заключила договор о предоставлении займов правительству СССР, которое, по условиям контакта, обещало расплачиваться нефтью. Правопреемником этой сделки стало правительство Российской Федерации, но вскоре на фоне экономического и политического хаоса начала 90-ых компания обвинила сторону в неуплате. Первый иск Гаона был подан в 1993 году, затем последовали серии новых, и западные суды частично удовлетворяли их.
Последняя попытка наложить арест на произведения искусства, принадлежащие московскому государственному музею, также завершилась безрезультатно. К вечеру среды Федеральный совет Швейцарии отменил решение суда кантона Вале.
Политическая подоплека этого дела очевидна. Не вдаваясь в анализ экономических обязательств российского правительства по отношению к компании Noga, следует согласится с мнением представителей Агентства по культуре: арест картин – это шантаж, не имеющий ничего общего ни с международной правовой практикой, ни с долговыми обязательствами России.
Причина, по которой швейцарский Федеральный совет отменил постановление суда нижестоящей инстанции, тривиальна. Согласно заявлению самих швейцарцев, «в международном праве предметы культуры национального значения считаются общественным имуществом, не подлежащим конфискации».
При этом нужно отметить, что для проведения этого решения Швейцарии потребовалась специальное заседание правительства и постановление, которое при помощи апелляции к 184 статье конституции этой страны, отменяет все постановления кантональных властей, в том числе и судебных. 184 статья конституции Швейцарии применяется крайне редко. Она дает право федеральному правительству в исключительных случаях вторгаться в компетенцию нижестоящих органов власти. Как правило, это делается в целях защиты национальных интересов.
Хранитель Пушкинского музея Зинаида Бонами также сделала заявление, согласно которому «подобный метод урегулирования коммерческих споров нецивилизован».
В действительности, речь идет о том, что Россия получает то отношение на международной арене, которое заслуживает благодаря политике нашего правительства. Подобный скандал, в котором фигурировали бы, например, американские произведения искусства, вызвал бы крайне резкую и жесткую реакцию американских представителей. Эта реакция хорошо предсказуема и заявлена с предельной ясностью, так что суд швейцарского кантона, как и любой другой суд на Западе, вынужден был бы трижды подумать, прежде чем удовлетворять подобный иск. Россия же, увы, позволяет в течение многих лет играть с собой в подобные игры, причем арест подобной художественной коллекции, принадлежащей государству, – случай и вовсе беспрецедентный.
Пока единственной осмысленной реакцией представителей нашей страны стало заявление об отмене всех планируемых российских выставок на территории Швейцарии.
Гаон, в свою очередь, начал консультации со своими адвокатами, выступив со следующим заявлением: "Фирма Noga была вынуждена прибегнуть к аресту выдающихся произведений искусства в ходе войны с неравными силами, которую она 14 лет ведет против мировой державы, второго крупнейшего экспортера нефти в мире, не выполняющей своих обязательств и своим поведением наносящей ущерб собственному имиджу правового государства".
В любом случае, очевидно, что швейцарцу в очередной раз удалось сделать своей фирме неплохую рекламу. А в последнее время его компания известна во всем мире благодаря своим многочисленным искам против России.
В настоящее время российским картинам уже ничего не угрожает. К середине сегодняшнего дня четыре грузовика с ними должны в сопровождении российского консула пересечь границу Швейцарии и Франции на контрольно-пропускном пункте в Бардонэ. В пятницу картины вернутся в Россию.

Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004