ИСКАТЬ:
Главная  >  Война   >  Военная история   >  Российская Империя   >  Первая мировая (Вторая Отечественная) война   >  Кампания 1917 года


Кампания 1917 года. Часть 1. Боевые действия зимой-весной на Русском ТВД.

11 октября 2007, 759

1917 г. по материальным признакам сулил широкие перспективы для Антанты. Она серьезно могла рассчитывать на победоносное окончание войны в этом году. Соотношение военного могущества обеих коалиций всецело перешло на ее сторону. Центральные державы хотя и сохраняли обширные завоеванные ими территории и хотя ее укрепленные фронты не дали еще нигде видимой трещины, но фактически они находились на краю полного истощения и невозможности продолжать войну.

ОБЩЕЕ ПОЛОЖЕНИЕ


1917 г. по материальным признакам сулил широкие перспективы для Антанты. Она серьезно могла рассчитывать на победоносное окончание войны в этом году. Соотношение военного могущества обеих коалиций всецело перешло на ее сторону.
Центральные державы хотя и сохраняли обширные завоеванные ими территории и хотя ее укрепленные фронты не дали еще нигде видимой трещины, но фактически они находились на краю полного истощения и невозможности продолжать войну.
Германия выкачала из своей страны все, что ей мог дать народ. Все возрасты от 17 до 45 лет уже стали под знамена, а требование верховного командования ввести всенародное ополчение от 15- до 60-летнего возраста встретило сопротивление правительства. Германцы с огромным напряжением и ценой ослабления своих кадров и запасов пополнений могли создать к весне 1917 г. только 13 новых дивизий, которые следовало считать последним усилением их армий. Но эта мера существенно не изменяла соотношения сил, и Антанта превосходила Центральные державы в отношении численности армий приблизительно на 40%. Надежды германцев на сформирование польской армии потерпели полную неудачу.
Германская промышленность испытывала такое жестокое потрясение, что верховное командование было принуждено в период наибольшей военной опасности [618] возвратить частной промышленности несколько заводов и вернуть из строя 125 000 квалифицированных рабочих. И даже при таком полном напряжении Гер-мания не могла состязаться с противной стороной в отношении производства военных материалов. Голодная блокада довершала отчаянное положение страны.
Состояние Австрии было еще хуже, и она вела уже тайные переговоры, чтобы выйти из войны, официально заявив своим союзникам, что ее армия держаться дольше осени не может.
Неопределенная роль Греции продолжалась только благодаря инертности дипломатии держав Антанты.
Германское командование сознавало свое критическое положение, сознавало всю трудность объединить народ для борьбы за существование империи и более всего боялось начала наступления Антанты до весны против уставших и не успевших подготовиться к обороне войск. Оно уже отказалось от возможности вести наступательные операции, решило перейти на всех фронтах к обороне и возлагало всю надежду на уравнение общего положение сторон путем неограниченного развития подводной войны{78}.
Принципиальный переход к обороне вызвал необходимость принятия соответствующих мер по выбору более сокращенного и удобного фронта и ряда тыловых позиций. Сражение на Сомме показало в этом отношении всю рискованность германского расположения и еще осенью 1916 г. заставило приступить к постройке новой сильной линии обороны, известной под названием позиции Зигфрида, по линии Аррас — Камбре — С.-Кантен — Ля-Фер — Вайи на р. Эн, чтобы срезать обширную дугу Альбер — Нуайон — Суассон — Вайи, в которой битва на Сомме пробила широкую брешь, и позиции [619] С.-Миель, чтобы срезать по линии Этен — Горз выступ С.-Миель к югу от Вердена.
Эти новые позиции представляли собой в действительности отлично укрепленный район, занимавший в глубину 8 — 10 км, захватывавший отличные наблюдательные пункты с обзором на 20 км и намного сокращавший фронт обороны. Но вместе с отходом на позицию Зигфрида германцы лишались и всех выгод наступления, связанных с выдающимся выступом у Нуайона.
Совершенно в этом положении находились державы Антанты. В политическом отношении им удалось к этому времени получить материальную опору со стороны Соединенных Штатов, экономическая жизнь которых сильно страдала от длительной мировой войны и в особенности от неограниченной подводной войны, которую Германия объявила в 1917 г. Военные силы и средства Антанты достигли полного развития и как в отношении численности армии, так и в отношении техники намного превосходили противника.
Даже русская армия достигла к этому времени по своей численности и по техническому снабжению ее всем необходимым наибольшего за всю войну развития. Широкое участие, которое приняли в деле изготовления технических средств общественные организации, союзные державы и военное министерство, помогло ей выйти из создавшегося в начале войны тупика. Но это внешнее сравнительное благосостояние русской армии было сильно подточено изнутри. Расстройство транспорта, а вместе с тем и невозможность подвоза в армию и в города продовольствия приняли угрожающие размеры. В начале февраля на Северном фронте продовольственных запасов оставалось на 2 дня, на Западном перешли на консервы и сухарный паек, на Юго-западном солдатам выдавали только по 1 селедке в день, на Румынском положение было еще хуже. В глубоком тылу, конечно, были еще некоторые запасы (мука, мясо, жиры и т. д.), но подвозить их на фронт в силу полного расстройства транспорта удавалось лишь с большими перебоями. К общей усталости от войны, к моральному и физическому истощению плохо одетых и разутых солдатских масс Русского фронта прибавился еще и голод. Дисциплина с каждым днем падала, невыполнение распоряжений офицеров стало заурядным явлением. Два года тяжелой войны без видимых успехов, без надлежащей подготовки ее, с разрушенными кадрами, с погибшим опытным офицерским составом и с не оправдавшим своего назначения в подавляющей его части высшим командованием, — не могли не оказать воздействия на всю толщу русской армии. Армия к началу 1917 г. в действительности уже была подорвана; недовольство народа, начавшего сознавать, что война ведется за чуждые ему захватнические интересы, распространилось и на фронт, и события, охватывавшие страну, не могли не откликнуться широкой волной и в армии.
ПЛАНЫ АНТАНТЫ

Период составления предположений на 1917 г. прошел в державах Антанты при некоторой перемене лиц высшего командования, что невольно отразилось и на выработке планов кампании будущего года.
Во Франции в связи с румынской катастрофой произошла перемена в кабинете Бриана, а вслед за тем и падение самого кабинета и замена его министерством Рибо; почти одновременно, после многочисленных политических интриг, был сменен и ген. Жоффр, место которого занял ген. Нивель. Но вместе с тем вновь ограничили его роль только Северо-восточным фронтом, т. е. войсками, действовавшими во Франции. Салоникский фронт опять получил самостоятельность. Таким образом, главное руководство операциями снова перешло в руки военного министра, т. е. органа политического.
В Англии был образован под председательством Ллойд-Джорджа Комитет войны из первого министра и министров военного, морского, финансов и вооружения, т. е. род директории, долженствовавший изучать и быстро проводить в жизнь все вопросы, соприкасавшиеся с войной.
Общее же направление операций по-прежнему оставалось в руках конференции в Шантилъи. План Антанты сводился к скорейшему использованию своего превосходства в силах и в средствах для придачи кампании самого решительного характера. Поэтому на конференции в Шантильи 15 и 16 ноября был установлен переход в наступление на всех фронтах, с наибольшим количеством сил в cамом начале 1917 г. с целью не упустить вновь инициативы из своих рук, что могло бы случиться при откладывании наступления до весны, так как к этому времени должны были быть готовы у германцев их последние вновь формируемые 13 дивизий.
Ген. Жоффр подразделял кампанию 1917 г. на два периода: 1) зимний, состоявший в продолжении активных действий на всех фронтах, действий местного характера, направленных к тому, чтобы не дать возможности противной стороне ни нанести частного удара на любом из фронтов, ни выделить резервов для летней операции, 2) летний, когда должно быть произведено широкое наступление на всех главных фронтах. На второстепенных театрах намечались действия, достаточные только для сковывания имевшихся там сил противника — с незначительным расходованием собственных сил.
В России на совещании главнокомандующих фронтами в Ставке 17 и 18 декабря 1916 г. также был установлен план действий на 1917 г., которым, во исполнение общего плана Антанты, было намечено: 1) в течение зимы производить частные операции на всех фронтах, 2) весной произвести решительное наступление на Западном и Северном фронтах.
ДЕЙСТВИЯ НА РУССКОМ ТЕАТРЕ

СЕВЕРНЫЙ ФРОНТ
На Северном фронте частная операция, получившая название Митавской, была возложена на 12-ю армию в Рижском районе. Операции была поставлена ограниченная цель: овладеть выдвинутым участком неприятельской позиции на правом берегу р. Аа у озера Бабит и попытаться внезапным ударом прорвать расположение противника на участке Олай — Плаканен.
К концу 1916 г. 12-я русская армия ген. Радко-Дмитриева занимала район южнее Риги (Рижский плацдарм), оборонительная линия которого проходила от Рижского залива через болото Тируль, д. Одинг на левом берегу Аа, Олай, Икскуль и Огер на левом берегу Западной Двины. План операции ген. Радко-Дмитриева заключался во внезапной («без выстрела») атаке укрепленной германской позиции на 29-м участке между Тирулем и железной дорогой Рига — Митава с задачей выхода на р. Аа и железную дорогу Тукум — Митава — Крейцбург и овладения Митавой. Не сочувствуя столь широкому замыслу, главнокомандующий Северным фронтом Рузский разрешил операцию, но лишь «в смысле боевой практики для войск» с обязательством обойтись силами только своей армии.
ВЫПОЛНЕНИЕ ОПЕРАЦИИ
Весь предназначенный для атаки участок был раз-бит на 3 подучастка: 1-й подучасток между болотом Тируль и р. Аа, группа из частей XLIII арм. корпуса, задача — отбросить противника на запад и действовать по левому берегу Аа к Митаве; 2-й подучасток от р. Аа до Опорной горки, Бабитская группа из частей VI сибирского корпуса (3-я и 14-я сибирские дивизии), усиленного латышской дивизией, задача — наносить главный удар на Митаву; 3-й подучасток — Олайская группа из 5-й сибирской стр. дивизии II сибирского корпуса, задача — решительным наступлением облегчить маневр VI сибирского корпуса на Митаву. Силы, средства и боевой порядок указаны в таблице.
Резервы были расположены позади первой атакующей линии. Против русских с германской стороны стояли на позиции 19 батальонов различных частей 10-й германской армии с многочисленной артиллерией. Позиции германцев были превосходно укреплены.
Но германцы были застигнуты врасплох. Никаких резервов у них не было. Русские встретили сопротивление только на первой укрепленной линии, в последующих же линиях никакого сопротивления оказано не было.
Атака русских войск на рассвете 5 января увенчалась полным успехом. Укрепленная позиция противника была прорвана VI сибирским корпусом в двух местах. Латышская стр. дивизия прорвала всю укрепленную полосу германцев в районе лесн. Мангель и к полудню 5 января проникла в тыл противника, заняв район Скудр — Граббе — Скангель. 14-я сибирская стр. дивизия весьма удачно прорвала германские укрепления в районе Сарканайс и продвигалась в Митавском направлении. Путь на Митаву был свободен, германских резервов здесь не было.
На участках соседних частей наступление успеха не имело. 6-я особая бригада ходила в атаку несколько раз, но была рассеяна артогнем противника. В районе же Олая, на участке II сибирского стр. корпуса, события приняли совершенно неожиданный характер. Дело в том, что в войсках 12-й армии давно уже шло глухое брожение на политической почве, но командование старалось его затушить. Так, например, VII сибирский корпус под предлогом разложения дисциплины был переброшен на Румынский фронт. Митавское наступление подало повод к открытому восстанию. Инициативу взял в свои руки 17-й сибирский стр. полк, который отказался идти в атаку и предъявил политические требования: конституционное правление с ответственным министерством. Часть войск II и VI сибирских корпусов присоединилась к 17-му полку. Знамя восстания подняли простые солдаты. Главари восстания, унтерофицеры и солдаты II и VI сибирских корпусов в числе 92 человек, были преданы полевому суду и казнены. Многие сотни солдат сосланы на каторгу. Наступление II сибирского корпуса в районе Олая не состоялось.
Известие о восстании разнеслось по фронту немедленно и на время парализовало порыв атаковавших войск. Прежде всего изложенные события в районе Олая отразились на ходе операции соседней 14-й сибирской дивизии (VI сибирский корпус). Лишившись поддержки со стороны II сибирского корпуса полки названной дивизии также восстали и начали откатываться в исходное положение. 55-й полк открыто перешел на сторону 17-го сибирского полка. Полки 3-й сибирской дивизии, оставленные в ближайших резервах, частью разбежались, побросав патроны.
Германцы, отбросив 14-ю сибирскую дивизию, собрали ударный кулак и сильным ударом в левый фланг латышской дивизии заставили последнюю очистить Скангаль и лесн. Мангель. Только 2-я латышская бригада удержала в своих руках район Скудр — Граббе — Крастенский лес — болото Тируль. Успех германской контратаки на Скангаль и Мангель объясняется тем, что 1-я латышская бригада при прорыве первой неприятельской линии и в лесных боях понесла большие потери и сильно расстроилась, а посланные ей поддержки опоздали; 2-я же латышская бригада отбила все германские контратаки и закрепилась в захваченном районе.
Ночной атакой на 7 января латышская стр. дивизия, усиленная 2 сибирскими полками, ударом с тыла, со стороны Скудр на Силленек, заставила германцев очистить позицию на правом берегу Аа у озера Бабит. Вслед за этим было приступлено к расширению плацдарма на левом берегу Аа и в Митавском направлении.
Наступление 5 января сыграло роль усиленной рекогносцировки, обнаружившей катастрофическое положение 10-й германской армии: резервов не было, а фронт был прорван. Русское верховное командование могло захватить инициативу общего наступления на Германском фронте в свои руки; для этого в Ставке должны были выйти из омертвелого состояния позиционной инертности. Начальник штаба Верховного главнокомандующего ген. Гурко хотел иметь «выход на железную дорогу Крейцбург — Митава, чтобы, угрожая флангам и тылу якобштадтской и двинской групп противника, заставить последнего отойти от линии Западной Двины». Эта директива ген. Гурко была выполнена.
Главнокомандующий Северным, фронтом ген. Рузский сразу же понял не только катастрофическое положение 10-й германской армии, но и важные последствия этого непредвиденного обстоятельства и приказал развернуть операцию в армейском масштабе: овладеть Митавой и произвести вторжение в Курляндию. С этой целью он усилил 12-ю армию 38-й дивизией, переброшенной с фронта 5-й армии, и обратился к ген. Гурко с просьбой о поддержке. Но все предложения ген. Рузского были отклонены ген. Гурко. 12 января наступательные операции были прекращены, войска начали закрепляться; работа по укреплению позиций была возложена на 38-ю дивизию.
ФЕВРАЛЬСКО-МАРТОВСКАЯ БУРЖУАЗНО-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ В РОССИИ

Вспыхнувшая буржуазно-демократическая революция в феврале — марте 1917 г. свергла монархический строй в России. Власть перешла в руки Временного правительства.
Падением самодержавия в первую голову воспользовались представители буржуазии — кадеты, октябристы, создавшие «первое правительство от революции», которое все-таки не было полновластно.
С первых дней Февральской революции в классовой борьбе за превращение империалистической войны в гражданскую армия пошла за той силой, которая олицетворяла собой авангард этих масс, т. е. за рабочим классом и его вождем — Российской социал-демократической рабочей партией (большевиков).
Основная задача большевистских военных организаций заключалась в том, чтобы как можно скорее вырвать армию из-под влияния буржуазных и мелкобуржуазных партий. В апреле по примеру Петрограда и Москвы создались большевистские военные организации и в других местах, как то: Рыбинске, Иваново-Вознесенске, Луганске, Донбассе и т. д. В Финляндии и особенно в Кронштадте партийные, большевистские организации в основном состояли из матросов и солдат. Наиболее широко была развернута работа в питерской военной организации большевиков. Но постепенно, наряду с развертыванием работы военных организаций большевиков в указанных выше городах, эти организации начинают развивать такую же работу в окопах и землянках на фронте.
Съезд депутатов армии Западного фронта, происходивший в апреле 1917 г. в Минске, на котором выступили представители большевиков, был одним из первых больших толчков в работе по этому направлению. Старая армия при этих условиях, естественно, выходила из повиновения офицерству, несмотря на старания Временного правительства и его обоих военных министров, Гучкова и Керенского, сохранить армию как орудие для продолжения войны.
При таких условиях Франция и в особенности Англия, первоначально, видимо, очень довольные происшедшей политической переменой в России, так как не без основания считали Временное правительство своим «приказчиком» и более надежным, чем была монархия, очень скоро разочаровались. Развитие революции отнюдь не обещало сохранить тот буржуазный порядок, который старалось упрочить Временное правительство. Буржуазно-демократическая революция перерастала в революцию социалистическую, что становилось опасным для всего капиталистического мира.
Учитывая складывающуюся в России политическую обстановку, трудно было ожидать наступления Русского фронта. Его до июля и не было. В июле же наступательные операции происходили лишь короткое время, да и то как отдельный эпизод, уже не повторявшийся до окончания войны.
ВЫСТУПЛЕНИЕ СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ АМЕРИКИ

Почти одновременно с революцией в России, что вызвало в скором времени отпадение этого союзника и выход его из войны, Антанта получила нового мощного союзника — США. Присоединение США являлось не только моральной опорой Антанты, но со временем должно было дать и реальную помощь ее армиям.
Основной причиной выступления США на стороне Антанты было желание принять участие в предстоящем дележе награбленного вероятными победителями.
Официальным же поводом разрыва с Центральным союзом США послужило объявление Германией 9 января неограниченной подводной войны. Однако реальная помощь со стороны США на Европейском театре могла последовать не ранее 1918 г.
Ко времени вступления в войну США там была плохо обученная, отсталая регулярная армия, комплектовавшаяся вербовкой, численностью в 190 000 человек. Эта армия была разбросана маленькими отрядами по всей стране и не имела устойчивой организации. Национальная гвардия отдельных штатов численностью 123 000 человек была еще слабее — солдаты призывались ежегодно всего на 24-30 дней, преимущественно для обучения стрельбе.
В марте в США было опубликовано перехваченное письмо германского статс-секретаря по иностранным делам к президенту Мексики с предложением напасть на США в случае, если они объявят войну Германии, и с просьбой к Японии расторгнуть союз с Антантой и также напасть на США. Вызванное письмом возбуждение еще более усилилось по получении известий о новых потоплениях американских судов. Все это было использовано Вильсоном, и 2 апреля 1917 г. он обратился к конгрессу за разрешением признать вызов Германии как объявление войны и «принять немедленные меры не только для более полной защиты страны, но также с целью применить все ее могущество и все ее средства для того, чтобы привести германское правительство к падению и таким образом окончить войну».
Это почти всеобщее убеждение в справедливости войны, в которую Соединенные Штаты вступали в интересах буржуазии, было одним из важнейших факторов, обеспечившим правительству быстрое создание сильной армии, предоставившим в его распоряжение все ресурсы богатого 105-миллионного народа и самой могущественной в мире промышленности.
РАЗДЕЛЕНИЕ КАМПАНИИ 1917 Г. НА ПЕРИОДЫ

В зависимости от свершившихся в России событий кампанию 1917 г. можно разделить на два периода.
Период первого полугодия, когда революция в России спутала карты Антанты и она не могла начать на всем фронте комбинированного наступления. В этот период происходило единоборство Западных держав с Центральными при бездействии на Русском театре.
Период второго полугодия, в начале которого под нажимом Временного правительства русская армия сделала последнюю попытку наступления. Этот же период знаменуется продвижением армий Центральных держав на некоторых направлениях в глубь России; оно не имело никакого оперативного значения, а дало только выигрыш территории, использованной Германией, главным образом, в экономических целях питания войны.
РУССКИЙ ТЕАТР

Февральская буржуазно-демократическая революция в России сразу же приняла совсем не тот характер, которого ожидала буржуазия. Буржуазия, опираясь на предательство меньшевиков и эсеров, с первых дней февраля пыталась использовать революционные преобразования для продолжения империалистической войны. Вся страна и в первую очередь солдатская масса жаждали мира. Рабочий класс и крестьянство под большевистским влиянием все более и более проникались сознанием, что без свержения буржуазии невозможно добиться ни мира, ни хлеба, ни земли. Состояние русских вооруженных сил не давало никакой возможности предпринять наступательные операции в большом размере.
Наступлений в первую половину 1917 г. и не было. Только в июне Керенскому удалось временно подготовить часть армии к наступательным действиям, что и повело, как увидим ниже, к июльским атакам.
Пока же вся работа русского командования, кроме внутреннего переустройства армии, сводилась к насыщению войсками Северного фронта, прикрывавшего Петроград. Формально это проводилось будто бы для прикрытия Петрограда от возможности занятия его германцами. В действительности же войска стягивались к столице для борьбы с большевиками и революцией.
В то же время германское командование и не собиралось предпринимать на Русском фронте какие-либо операции. Наивно приписывая развал русской армии себе, оно почти не препятствовало развивавшемуся [646] на фронте братанию, не понимая еще всего революционизирующего значения последнего не только для русского солдата, но и для германского.
КАВКАЗСКИЙ ФРОНТ

В рассматриваемый период, как говорилось выше, ни официальное правительство, ни высшее военное главнокомандование еще не уловили характера революции и принимали ряд неудачных мер с целью заставить народные массы продолжать войну. Все внимание [647] главного командования было обращено на Австро-германский фронт, где в установленный на конференциях в Шантильи срок было назначено наступление русских армий. Командованию на Кавказе было предоставлено начать ту операцию, которую оно признает наиболее выгодной в данных условиях. В это время происходили перемещения в управлении кавказской армии: Юденич, назначенный после революции главнокомандующим на Кавказе вместо Николая Николаевича, в начале лета был отрешен и отозван с Кавказа; в главное командование вступил недавно назначенный командующим армией ген. Пржевальский, бывший до революции в течение 2 лет командиром II туркестанского корпуса.
При Пржевальском и началась подготовка к новой операции. Еще зимой было заключено с англичанами соглашение о совместных действиях, по которому кавказская армия должна была, «как только растает снег на горах Курдистана», начать наступление на Моссул. Однако план подготовки Моссульской операции не был доведен до конца и вылился только в подготовительные работы по устройству коммуникации через Урмийское озеро и далее, к турецкой границе. Осенью уже многие части кавказской армии были отведены в тыл, откуда они отправлялись на Северный Кавказ, и к зиме фактически фронта уже не существовало.
ДЕЙСТВИЯ В ПЕРСИИ

Успешная операция англичан против Багдада вызвала новое наступление русского Экспедиционного корпуса с целью войти в связь с англичанами. Это наступление началось весной, и в результате его русские в апреле на Моссульском направлении заняли Сулеймание, на Багдадском — Керинд, а затем вошли в связь с англичанами в Кизил-Рабате. Дальнейшего развития русское наступление не получило, и постепенно еще летом части Экспедиционного корпуса, составленные почти исключительно из кубанских и терских казаков, стали главной массой отходить через Казвин для дальнейшего следования в Россию.


Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004