Главная  >  Политика   >  Правители   >  Президенты России   >  Путин Владимир Владимирович


По ту сторону идейности

11 октября 2007, 6

Владимир Путин встретился с западными политологами из клуба «Валдай». СМИ сообщают, что президент высказал некоторый скептицизм в отношении концепции «суверенной демократии».

Наверное, высказывания Путина всерьез озадачили наблюдателей, считавших ее основой государственной идеологии.

Еще раньше суверенную демократию подверг критике вице-премьер Дмитрий Медведев.

Так что же на этом «сурковском» изобретении можно поставить крест? Не будем торопиться. Каждая ложка хороша к обеду. Очевидно, что Путину вовсе не нужно отождествлять себя с какой-либо идеологией или даже с чем-то похожим на идеологию. Любая идеология ограничивает свободу маневра, вынуждая что-то однозначно отбрасывать, а что-то, наоборот, лелеять в качестве «священной коровы». Между тем, нынешняя политика ставит во главу угла чистейший воды прагматизм, который и нужно считать официальной «идеологией».

В этой системе президент вступает как фигура, стоящая над партиями и идеологиями. Он может оперировать любыми смыслами. Надо будет, и речь пойдет о демократии «вообще». А придет нужда, и у демократии «найдутся» свои самобытные корни.

И, самое главное, глава государства не связывает свою судьбу судьбой политических новоделов. Если какая-либо идейная конструкция потерпит крах, то это вовсе не будет означать крах верховной власти.

Cама концепция «суверенной демократии» является чем-то вроде экспериментальной площадки. Здесь отрабатываются технологии создания некоей совершенно законченной концепции. Возможно, что это будет концепция национальной демократии, отличной от западной модели. Например, во главу угла будет поставлен не партийный принцип, а именно корпоративно-профессиональное представительство. Одновременно станут разрабатывать и другие идеологические проекты. Например, социал-демократический – не случайно ведь на базе «Родины», Партии пенсионеров и Партии Жизни создается новая левая сила. Разные проекты будут конкурировать друг с другом на звании ведущего. Победитель получит некоторое основание для того, чтобы считать свою идею национальной. Но государство еще долго будет обходиться без идеологии.

Власти нет никакого смысла связывать свою судьбу с экспериментальными наработками. Что, впрочем, не означает того, что эти наработки будут отброшены – по крайней мере, в ближайшее время. Другое дело, что путинская оценка суверенной демократии может быть стимулом, который заставит кое-кого отшлифовать не слишком то изящную формулировку, сделать ее более понятной и привлекательной.

Судя по всему, окончательные формулировки и выводы будут сделаны после выборов 2008 года. Но, очевидно, что и тогда будущий президент не станет связывать себя с ними. Идеология новой России (возникшей в августе 1991 года) заключается именно в том, чтобы держаться подальше от любых идеологий, рассматривая их инструментарий. Можно даже сказать, что сама Августовская революция была, в отличие от остальных революций, восстанием против идейности как таковой. Советской элите настолько надоела коммунистическая идеократия, что она вообще отстранилась от любой идеологии.

Конечно, ни о какой сверхдержаве здесь рассуждать не приходится. Поэтому и не удивительно, что Путин (как утверждают политологи, с которыми он встречался) выступил против такого брэнда как «ядерная сверхдержава». Надо сказать, что сверхдержава – это сугубо идеократическая реальность. Если вдуматься в смысл данного слова, то речь идет о чем-то, находящимся над державой и державами. И это что-то неизбежно ставит идею превыше государства, абстрактные схемы превыше конкретной практики государственного строительства. СССР, будучи великой державой, превыше своей державности ставил идеократический проект всемирного коммунизма. Ему и приносились в жертву державные интересы страны. Советы по всему миру поддерживали разного рода коммунистические и прогрессивные движения, мечтая выстроить некую глобальную геополитическую конструкцию. И поражение СССР было поражением одной из версий глобализма.

Сегодня мы видим, как вызревает крах еще одной сверхдержавы, как трещит по швам еще один глобалистский проект. Здесь имеется ввиду США, давно уже позиционирующая себя в качестве глобальной сверхимперии, обуянной мессианским стремлением навязать всему миру свою свободу и свою демократию.

Собственно говоря, это даже хорошо, что российское руководство не собирается выбирать какую-либо идеологию. В конечном итоге все идеологии потенциально враждебны государству, ибо навязывают ему какие-либо абстрактные схемы. Когда идеи движут государством, то оно оказывается их пленником. Между тем, государственность выше всех идей, она есть высшая посюсторонняя реальность, не нуждающаяся в том, чтобы апеллировать к чему-либо земному. (Пусть все земное апеллирует к государству). Другое дело, что государство может апеллировать к небесному, к Божественному, что и происходило в традиционных цивилизациях. Но это уже совсем иной план, который связан с религией, но не идеологией. К сожалению, надо признать, что современная власть не собирается апеллировать ни к тому, ни к другому. А на голом прагматизме нельзя выезжать бесконечно, рано или поздно – нужно куда отодвинуться. Идеократия и сверхпрагматизм – две крайности, которых нужно избегать. (Хотя вторая крайность менее опасна).

Государству, конечно, нужны идеологии. И нужны они в качестве вспомогательных механизмов. Верховная власть должна отслеживать разные идейные проекты, заимствуя оттуда все полезное. И, бесспорно, какие-то идеологии будут признаваться более подходящими. Как представляется, то будут правоконсервативные проекты – автократические и традиционалистские. Они вернее оценивают истинную роль государства.

И вот тут есть очень существенный момент для критики. Российскому государству нужен, в первую очередь, традиционализм. Его то и надо разрабатывать, в первую очередь, отодвинув на вторые и третьи места суверенную и социальную демократии. Увы, традиционализм по-прежнему остается прерогативой разных групп правых интеллектуалов, и он практически не востребован политическими элитами. Между тем, ему давно пора уже выходить на широкие просторы.

Александр Елисеев
Читайте также:



 
©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты