ИСКАТЬ:
Главная  >  Экономика


Дело Чижевского

11 октября 2007, 760

Реценция на книгу В.И. Сергеева "А.Л. Чижевской, или тайна великого наследия".


Буди уснувших в мгле глубокой

Вышла в свет книга В.И. Сергеева «А.Л. Чижевский, или Тайны великого наследия". Пожалуй, впервые предпринята попытка раскрыть подоплёку гонений на известного учёного. Известно, что гонениям он подвергался, как со стороны власти, так и со стороны видных деятелей советской науки. Причём за рубежом Чижевский получил гораздо большее признание, чем в СССР.

СПРАВКА
Владимир Иванович Сергеев: адвокат Межреспубликанской коллегии адвокатов, член Международного Союза (Содружества) адвокатов. Заслуженный юрист России, доктор юридических наук.
Родился 2 октября 1946 года в селе Середа Белгородской области. В 1976 году окончил юридический факультет Военной академии имени В.И. Ленина. Юрист высшей категории.
Занимал должности в структурах Прокуратуры СССР (от следователя до старшего прокурора Управления Генеральной прокуратуры России) и Комитете народного контроля СССР (ведущий инспектор Отдела военных и административных органов). Являлся экспертом Комиссии Верховного Совета СССР по привилегиям.
С 1993 года – член МРКА.
Вел "громкие" дела о защите интересов известных в России предпринимателей, граждан и организаций. Впервые в адвокатской практике России научно разработал и успешно применил методику участия адвоката на предварительном следствии по делам об экономических преступлениях до задержания и предъявления подозреваемому обвинения. Все дела с таким участием были прекращены на стадии предварительного следствия.
Член Российской академии юридических наук. Член Союза журналистов России, Международной федерации журналистов. В 1998 году включен в каталог членов Союза писателей России как писатель-публицист.
Автор более 200 произведений и научных работ. Наиболее известны книги Владимира Сергеева "Адвокатура. Гражданское общество. Государство", "Защита по делам о налоговых преступлениях", "Судебные речи", "Гражданско-правовой договор" (в соавторстве), "Защита договорных обязательств" (в соавторстве), "расследование дорожно-транспортных происшествий" (в соавторстве), "Экономические преступления" (в соавторстве).
Полковник юстиции в отставке. Награждён 10 медалями.

Прежде чем высказать своё мнение по поводу данной монографии, предлагаю читателям ознакомиться с кратким изложением жизненного пути А.Л. Чижевского, так как молодое поколение слишком мало знает о судьбе этого неординарного учёного.

Чижевский — потомок российских дворян, традиционным поприщем которых была военная служба. Он родился в семье потомственных военных. Его отец — генерал-артиллерист российской армии. Из патриотических чувств он остался в России после революции и служил в Красной Армии настолько ревностно, что получил награды и умер своей смертью. Мать его умерла очень рано и ее ему заменила сестра отца. Чижевский отличался крайней впечатлительностью и эмоциональностью. Он получил прекрасное образование — отец посвящал ему все свое свободное от службы время и заботился о глубоких знаниях сына.
Когда началась первая мировая война, юный Чижевский рвался, вслед за отцом, на фронт — защищать Россию. В 1916 году он, преодолев препятствия, ушел на войну. Воевал недолго — был ранен и контужен и вернулся, получив Георгиевский крест за храбрость.

Он мог стать «профессиональным» поэтом. Склонности и способность его к поэзии подтверждаются отзывами и общением с большими поэтами тех лет — Брюсовым и Буниным. Он мог стать профессиональным художником — его картины высоко ценили специалисты. В трудное послереволюционное время продажа картин давала ему часть средств для проведения опытов с аэроионами.
Видимо, в силу этих склонностей Александр Леонидович избрал предметом научного поиска исследование зависимости исторических процессов и физиологического состояния людей от солнечной активности. Поэтическое, то есть в значительной степени интуитивное, восприятие мира позволило ему находить нетривиальные объяснения наблюдаемых явлений. Оно же позволило ему пережить ужасы тюрем и лагерей ГУЛАГа.

Его научные труды можно отнести к трем взаимосвязанным направлениям. Они символизируются словами: гелиобиология, аэроионы, эритроциты. И до него многие исследовали зависимость «земных» процессов от состояния Солнца. Но только он представил гелиобиологию как самостоятельную отрасль знания. И до него многие изучали образование и физиологические эффекты аэроионов. Но только он своим романтическим энтузиазмом придал этим исследованиям статус важной главы биофизики.
И до него было проведено множество исследований электрических свойств эритроцитов и особенностей их передвижения по кровеносным сосудам. Но то, что сделал он в статусе заключённого ГУЛАГа,— уникально. Эти его работы еще ждут осмысления и развития.

В 1913 году семья Чижевских переехала в Калугу. Это относительно небольшой старинный город в 160 километрах от Москвы. Он расположен на высоком левом берегу неширокой еще здесь реки Оки. Это город и моего детства. В этом городе работал учителем физики К.Э.Циолковский.
Чижевский и Циолковский, несмотря на разность возрастов, были друзьями. Чижевскому принадлежит решающая роль в том, что приоритет Циолковского был признан еще при его жизни. В свою очередь поддержка Циолковского была очень важна для Чижевского в его исследованиях «солнечно-земных связей» и изучении влияния аэроионов на организм животных. Видимо, именно у Циолковского юный Чижевский получил школу живой физики. Константин Эдуардович был выдающимся учителем физики, он своими руками создавал приборы для школьного физического кабинета. Сейчас их можно увидеть в доме-музее Циолковского.
Здесь гимназист Чижевский начал вести регулярные наблюдения за состоянием поверхности Солнца, отмечая число и расположение солнечных пятен. Он отмечал связь своего эмоционального и физического состояния с характеристиками солнечной активности. Увлекся идеей, в соответствии с которой эмоциональная напряженность человеческих сообществ может коррелировать с солнечной активностью. Войны и революции, массовые миграции — переселения народов могут быть следствием такой корреляции. Александр Леонидович исследовал цикличность исторических событий за предшествующие 2300 лет в семидесяти странах и пришел к замечательным, ныне общеизвестным выводам. А было ему к этому времени около 19 лет. Он только что вернулся с фронта первой мировой войны и стал студентом Московского археологического института.

А через два года защитил в этом же институте докторскую диссертацию «О периодичности всемирно-исторического процесса». Основное содержание этой диссертации отражено в его первой книге «Физические факторы исторического процесса», которую он издал в 1924 году в Калуге за свой счет. Поиски гелиобиологических корреляций Чижевский сочетал с исследованием биологических эффектов аэроионов.
По романтической загадочности эти ярко проявляющиеся, бесспорные эффекты — влияние аэроионов на физиологическое состояние организмов — одна из самых привлекательных глав современной биофизики. Все тут удивительно. Почему благоприятные эффекты вызывают лишь отрицательно заряженные аэроионы, а при избытке положительных аэроионов можно даже погибнуть («долины смерти» в горах)? Как вообще могут действовать на организм эти электрически заряженные золи при ничтожной их концентрации с точки зрения «нормальной» химии? Учёного привлекала возможность объяснить гелиобиологические корреляции изменением концентрации аэроионов под влиянием каких-то солнечных излучений.

В период послереволюционной разрухи Чижевский превращает в лабораторию свой дом. Отец и тетка активно участвуют в опытах. Подопытные животные — крысы. Самодельные аэроионизаторы (консультант Циолковский!). Обо всем этом написал сам Чижевский в книге «Вся жизнь». Первый доклад по результатам опытов был сделан в декабре 1919 года в Калуге, в местном научном обществе. Ему почти не удавалось публиковать свои результаты в «серьезных» научных изданиях на русском языке. Во Франции и в Германии его труды были более известны, чем в Советском Союзе. Существовал запрет, установленный О.Ю.Шмидтом, который руководил госиздатом.
Несмотря на все обстоятельства, Чижевский продолжал исследования. В 1939 году Чижевский был (заочно) избран почетным президентом первого Международного биофизического конгресса в Нью-Йорке и представлен группой выдающихся ученых к присуждению Нобелевской премии.
Он был очень необычен. И, следовательно, привлекал внимание «компетентных органов». Там собирали на него «материал». Делали это еще в тридцатые годы. Но арестовали в 1942 году, а выпустили на свободу через одиннадцать лет.
Интересно, что когда пришло постановление об освобождении, Чижевский попросил разрешения остаться еще на месяц — в последнее время в лагере, когда режим несколько ослаб, он проводил исследования формы и агрегации эритроцитов своей и донорской крови Он не знал, удастся ли сразу на свободе продолжить эти исследования.
Результаты изучения свойств эритроцитов составили содержание двух небольших книг, написанных им после освобождения. А всего он автор пяти книг и многих статей на русском, французском и немецком языках. Но, полностью, основной труд его жизни опубликован не был.

Последняя из его книг называется «Вся жизнь» — это мемуары, опубликованные через десять лет после смерти Чижевского. Это замечательная книга, но повествование доведено в ней лишь до 1926 года, когда автору было 29 лет.

Последние годы жизни А.Л. Чижевский, наверное, испытывал удовлетворение. Ведь реализовались мечты и труды его старшего друга Циолковского — начался век космических полетов. При поддержке космонавтов начали публиковать труды его самого. Многие исследователи в разных странах занимались изучением космофизических корреляций в земных процессах. Приоритет Чижевского был признан в мире, но жизнь прошла. Он умер в 1964 году в возрасте 67 лет.


Работы Чижевского по многим причинам встречали скептическое отношение незаурядных научных деятелей.
Отношение научного сообщества к проблеме космофизических корреляций теперь изменилось. Возможно, это все еще слишком оптимистическая оценка. Можно говорить лишь о начале такого изменения. Положение можно будет считать изменившимся, когда этими исследованиями займутся классики, то есть те, кому выделяют гранты научные фонды. Это понятно. Решение о выделении грантов выносят эксперты. Нужно, чтобы существовала критическая масса экспертов. Для этого проблема должна быть предварительно достаточно разработана.
Все, что было рассказано, отнюдь не является проявлением лишь российской специфики. Конечно, не в такой крайней форме — без арестов и смертей — всюду в мире новое знание пробивается с трудом через барьеры предыдущего знания, барьеры здравого смысла.
Мы, живущие на одной из небольших планет, среди необозримого Космоса с неисчислимым множеством солнц и планетных систем, должны быть признательны тем из нас, кто первый осознал это. Не уравнивая масштабов, мы должны будем назвать имя А. Л. Чижевского в одном ряду с именами Коперника, Дж. Бруно, Галилея и Вернадского.
Что нового и интересного принесёт заинтересованным читателям монография В.И. Сергеева?

Адвокат Чижевского

Видимо в силу своей профессии, В.И. Сергеев взял на себя роль адвоката в деле исследования непростых, часто конфликтных, взаимоотношений учёного с властью и научными оппонентами. Например он приводит выдержки из протоколов допросов в НКВД и в параллельном тексте пытается доказать абсурдность, предъявляемых следователями обвинений.
Сергеев не ограничивается Чижевским, он касается и судеб других репрессированных известных учёных: Вавилова, Кольцова, Гумилёва и др. При этом, во всех смертных грехах обвиняется властная элита – от времён октябрьской революции и до нынешнего времени.
Но здесь автор противоречит сам себе. Ведь он приводит массу примеров, когда нечистоплотные учёные с помощью ложных доносов расправлялись со своими конкурентами и репрессивные органы выступали здесь лишь как исполнители заказа. Упреки автора в том, что власть должна была отделять ложь от истины, вряд ли правомерны, так как в органах власти нет такого уровня специалистов. Жаль, что автор монографии не исследовал причин такого упадка нравственности в научном сообществе. А они лежат на поверхности: революция отменила Бога и его заповеди, значит, атеист стал свободен от нравственных табу. К чему привела такая свобода, показал опыт нравственной деградации советского общества и власть здесь не причём. Властная элита всегда является отражением духовного состояния общества, а никак не наоборот. По этому поводу в православном сообществе есть постулат – всякая власть от Бога. Правда, Сергеева, скорее, можно отнести к носителю языческого мировоззрения, недаром он нашёл возможность сказать в своей книге доброе слово о Григории Грабовом.

Резюме

Книга читается с интересом, так как насыщена малоизвестными фактами отечественной истории. Однако, вряд ли, её можно рекомендовать для широкого круга читателей, так как книга, в той же мере, насыщена эмоциональными и далеко не бесспорными рассуждениями автора о науке, о власти, о лженауке, что может ввести в заблуждение неподготовленного читателя

Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004