Главная  >  Общество   >  Социальные группы   >  Интеллигенция


Влияние социокультурных факторов на формирование сознания

11 октября 2007, 471

Одной из социальных реалий Европейского Севера является интеллигенция, и осмыслить культуру региона в полном объеме невозможно без изучения его образованного слоя, который, с одной стороны, является созидателем и распространителем "духовных благ", с другой стороны, сам есть результат культуры края.

Историческии процесс - явление многоплановое, многоаспектное, и в зависимости от взаимодействия различных факторов - природно-географических и климатических условий, геополитического положения, религиозных воззрений, сложившихся социально-политических отношений и уклада эконотлической жизни - разные сообщества идут по своему пути развития, имеют специфические закономерности конкретно-исторического развития1. Россия, имея сходные с Западом черты развития, вместе с тем является своеобразным историческим феноменом. Однако Россия отличается уникальным многообразием экономического, социального и духовного развития многочисленных регионов, наличием различных ментальностей. Всесторонний, комплексный анализ культурно-исторического прошлого России невозможен без дополнения их региональными исследованиями и разработками. Одним из заповедных уголков России является Европейский Север. Это не только и не столько понятие, обозначающее определенную территорию, географическую местность, сколько социокультурная общность, которая формировалась в особых условиях и отличается своими социально-психологическими характеристиками от остальной части россиян. На отличие северорусской народности от населения центральных и южных районов России указывали многочисленные исследователи Севера. Своеобразие природно-географических условий, духовных истоков, роль и место, которые играл Север в общероссийской политике, наложили отпечаток на форму общественного самосознания, стереотип поведения северного населения.

Одной из социальных реалий Европейского Севера является интеллигенция, и осмыслить культуру региона в полном объеме невозможно без изучения его образованного слоя, который, с одной стороны, является созидателем и распространителем "духовных благ", с другой стороны, сам есть результат культуры края.

Проблема вклада северной интеллигенции в развитие региона имеет давнюю исследовательскую традицию. Изучается профессиональная и просветительская деятельность различных ее групп, выдающихся представителей. В контексте анализа культурных процессов, проходивших на Севере, получают освещение история функционирования научных, художественных, педагогических, медицинских и других учреждений и организаций, в которых активное участие принимала северная интеллигенция. Вместе с тем, чрезвычайно немногочисленны публикации, посвященные изучению психологии интеллигенции, степени ее интеллектуального и духовно-нравственного развития. Анализ "внутренних устоев" интеллигенции, ее сознания позволит дать более объективную оценку ее вклада в развитие региона, определить общественно-политическую позицию, ответить на вопрос: способна ли она была существенно изменить к лучшему ситуацию в крае, воздействовать на сознание северян.

Прав П. Сорокин, который писал, что "без знания общества и культуры, в которых рождается и растет индивид, никакие его личные качества ... не могут быть поняты; вся его ментальность, манеры и нравы, его стиль поведения и образ мысли совершенно непостижимы"2. Чтобы осмыслить поставленную проблему, необходимо воссоздать социокультурный фон, среду, в которой зарождалась и формировалась северная интеллигенция, выяснить, какие факторы оказали влияние на становление ее душевного склада, мировоззрение и стереотип поведения.

Длительное время в советской исторической литературе была доминантной мысль, что интеллигенция - это социальная прослойка, которая рекрутируется из различных классов и в зависимости от социального происхождения и материальных условий жизни примыкает либо к господствующему классу, либо к народным массам. Вместе с тем еще в начале XX века авторами нашумевшего сборника "Вехи" (Н. А. Бердяевым, С. Н. Булгаковым, П. Б. Струве и другими), а также русскими мыслителями Г. П. Федотовым, Ф. А. Степуном, И. А. Ильиным и многими другими, волею судьбы оказавшимися после октября 1917 года в зарубежье, высказывались альтернативные суждения3. Феномен интеллигентского сознания они выводили из взаимодействия двух факторов: ментальности русского человека, носителем которой являлась интеллигенция, и, как результат, западноевропейской учености и образованности. По мнению уважаемых философов, глубокое религиозное сознание русского человека с его мечтами "о царстве Божием на земле", исканиями абсолютного добра и справедливости было присуще русской интеллигенции. Она, механически и догматически усвоив идеи западных просветителей, все свои силы направила на борьбу за светлое будущее, на реализацию "идеи освобождения народа" и делала это "чисто по-русски", с глубоким религиозным фанатизмом и нетерпимостью. Трактовка интеллигенции как "воинствующего монашеского ордена, мечтавшего облагодетельствовать человечество и установить рай на земле", сужает границы этого понятия. К интеллигенции причисляется только ее революционная часть, тогда как за пределами остается большая часть работников умственного труда, которые честно и добросовестно выполняли свой профессиональный долг, наращивая культурный потенциал России. Вместе с тем, глубоко верна мысль, что интеллигенция любой страны есть результат и следствие культуры своей страны, носитель психологии и мировоззрения своего народа.

Интеллигенция Европейского Севера - одна из региональных групп общероссийской, и ей присущи те же закономерности развития, сущностные качества и черты. Вместе с тем она результат той социальной и духовной среды, в которой складывалась. Процессы экономической модернизации проходили на Севере, ввиду его отдаленности от основных промышленных центров, более замедленными темпами. В связи с этим интеллигенция как социально значимая группа появляется здесь лишь на рубеже XIX-XX веков. Но и в начале XX века общая численность ее была незначительной. К 1914 году удельный вес интеллигенции на Севере был чрезвычайно низок и составлял в среднем 0,7 процента, в сельской местности - 0,4 процента4, тогда как в России, по различным оценкам - от 1,5 процентов до 2,2 процента5. Преобладание аграрного типа производства, отдаленность от крупных культурных центров замедлили проникновение в интеллигентское сознание модернистских, революционных идей. Чрезмерно политизированной и идеологизированной интеллигенции на Севере было мало. Это объясняется не только отдаленностью региона от центров большой политики, но и малочисленностью на Севере рабочего класса, в среде которого наиболее популярны были революционные взгляды. Основную массу жителей северных окраин составляло крестьянство, которое жило своим миром и в довольно сносных условиях, зажиточно по сравнению с земледельческим населением центральных губерний. Северное крестьянство не знало крепостного права, порабощения личности. Здесь жили государственные и удельные крестьяне. Дворянское землевладение также не было развито в этих краях, соответственно, незначительным по количеству было и дворянское сословие, которое в центральных районах длительное время было основным источником комплектования работников умственного труда. На Севере массовые отряды интеллигенции пополнялись из местного мещанского и крестьянского населения. Вышедшая из народа, близкая к нему по уровню и условиям жизни, северная интеллигенция унаследовала социально-психологические черты, присущие всей северорусской народности.

Какие ментальные черты она унаследовала и какие факторы способствовали складыванию особого образа мировосприятия северян и их интеллигенции в том числе - предмет наших дальнейших рассуждений. Тема эта не нова. К ней обращались многие исследователи. Т. А. Бернштам, С. В. Максимов, М. А. Островская, А. Я. Ефименко, В. В. Крестинин объясняют психологию северного человека особенностями природно-географических условий, колонизационным процессом, геополитическим положением, укладом жизни северной крестьянской общины; С. С. Щекина - традициями семейного воспитания поморов; Н. М. Теребихин детально и всесторонне анализирует истоки духовного мировосприятия населения Европейского Севера6. Попытаемся представить в системе имеющиеся размышления и дополнить их своим видением проблемы.

Характер и волевые качества северян формировались под воздействием природно-климатических условий. "Суровость климата, а вследствие того скудость почвы, которая способна произращать только один ячмень, всегда не дозревающий, плохого качества и в малом количестве, наконец, близость к морю отвлекают от домашних работ и приурочивают к странствиям в дальнюю сторону", - писал С. В. Максимов о жителях Усть-Цилемы7. Действительно, Север - район крайне неблагоприятной природно-географической и климатической зоны. Скудность почв, обилие болот, чрезмерное количество выпадающих осадков, малое количество солнечных дней в году сделали этот регион чрезвычайно неблагоприятным для занятий земледелием. Так, в Архангельской губернии в среднем 48,8 процента площадей в начале XX века занимали болота и только 1 процент земель, в основном - в южных уездах, имели сельскохозяйственное значение8. Плохие погодные условия не обеспечивали устойчивого урожая. Северяне не могли прокормиться от земли круглый год. Вместе с тем близость к морю, обилие лесов, богатых дарами природы и живностью, множество рек способствовали развитию морского зверобойного промысла, охоты, рыболовства. Поморы рано начали осваивать судостроение и мореплавание и, по мнению бывшего вице-губернатора С. И. Трубина, "даже норвежцы учились у русских" этому искусству9. С давних времен поморы пускались в дальние морские плавания, налаживали торговые контакты с соседними северными европейскими странами. Тот же С. И. Трубин в своих очерках пишет, что, задолго до появления Эдуарда Ченслера на берегах Белого моря, "в начале XV века в Холмогорах была ярмарка, на которой торговали мехами. Смелые промышленники доходили до реки Иртыш. А в 1495 году посланный для переговоров с Данией Григорий Истома добрался до Трондгейма, а оттуда сухопутным путем до Дании"10. Таким образом, в отличие от центральных районов России, где основу экономической жизни составляло земледелие, на Севере рано складывается торгово-промысловый и предпринимательский характер экономической жизни. Велик был удельный вес торгово-промысловой деятельности не только для поморов, живших вдоль Белого моря, но и для более южных уездов Архангельской и Вологодской губерний. Нечерноземные почвы, переменчивый климат при несовершенстве орудий труда не давали оснований для уверенности в завтрашнем дне, в том, что полученного урожая хватит на весь год, поэтому население и этих областей активно занималось отхожими промыслами для того, чтобы обеспечить семью. Мы согласны с утверждением Т. А. Бернштам, что в непривычных условиях жители северных регионов "выработали у себя совершенно своеобразный культурно-хозяйственный тип, основанный на преобладании промыслового хозяйства"11. Суровые условия жизни, постоянная проблема выживания заложили основу определенного психического склада, "который в результате естественного отбора привел к закреплению необходимых свойств и черт личности: чувство собственного достоинства, свобода действий, независимость, живой ум, сдержанность и понятие своей особости"12. К этим высказываниям С. С. Щекиной следует добавить, что северян выгодно отличало трудолюбие, упорство, сильные волевые качества, прагматизм и вкус к предпринимательской деятельности, что во многом роднит северян по образу мировосприятия с западноевропейскими рационалистами.

Закреплению этих "родовых свойств" и индивидуальных качеств благоприятствовала возросшая в XVI-XVII веках роль Севера в торговых контактах с западноевропейскими странами. Архангельский порт - единственный выход к морю, через который русские купцы могли торговать с соседними странами. Здесь создаются иностранные представительства, поселения иноземных купцов, которые подолгу жили в городе, занимались предпринимательской деятельностью. Постоянные контакты с иностранцами благоприятствовали взаимопроникновению культур, взаимообогащению методов хозяйственно-экономической жизни. В связи с этим не было одноактного механического усвоения западных новшеств, они медленно "прививались" на Севере, накладываясь постепенно на исторически сложившийся уклад жизни. Верно, на наш взгляд, мнение Н. Я. Данилевского о невозможности пересадки ценностей одного культурно-исторического типа к другому, успех достигается лишь путем "медленной постепенной прививки"13. Как раз этот процесс и можно было наблюдать на Севере. Большее взаимопроникновение северо-русской и западной культур наблюдалось в городах. Соответственно городское население в значительной степени усваивало образ жизни, привычки и предпочтения выходцев из соседних стран. Сельские жители, многие из которых жили в отдаленных, труднодоступных уголках края, сохраняли традиционный уклад жизни, культуру, образ мыслей. Контакты Европейского Севера с западными странами продолжали сохраняться и на рубеже XIX-XX веков, несмотря на искусственное ограничение торговли через Архангельский порт Петром I, что дает основание утверждать, что городская интеллигенция не только унаследовала рационалистическое мировосприятие северян, но и в определенной степени формировалась под воздействием западной культуры.

На внутренний облик северного населения оказала влияние сложившаяся система социально-политических отношений. Как мы отмечали ранее, Север не знал крепостного права, здесь своим миром жили государственные и удельные крестьяне, которые обладали большими правами на землю. Как пишет А. Я. Ефименко, "каждый получивший "по делу" свой участок имущества мог свободно его продать, заложить, дать в приданое, отдать в церковь или монастырь", несмотря на то, что земли считались государственными14. Частнособственническая психология, "уверенность в личных достоинствах", значимость и ценность личной свободы благотворно влияли на духовный настрой народа. Также ярче выражена у северян, по сравнению с выходцами из центральных районов, приверженность демократическим ценностям. Объясняется она не только предыдущими высказываниями, но и тем, что на Севере рано сформировалась общинная демократия. Община-волость с крестьянским самоуправлением зародилась в XVI веке - раньше, чем где-либо. Деятельность сельских сходов была весьма разнообразной. Здесь принимались решения относительно землеустройства, распределения угодий, уплаты налогов, раскладки повинностей, выдела новых семей, сбора денежных средств на мирские дела. На сходе происходили выборы на общественные должности, разбирались жалобы крестьян, вершился суд, объявлялись мирские "помочи" и др. Решения сходов касались не только деловой стороны жизни деревни, но и этической - они одобряли или порицали отдельные поступки или образ поведения тех или иных людей. Убедительны суждения авторов монографии "Русские", которые отмечают, что "земские миры сыграли огромную роль в сохранении гражданского самосознания в среде северного крестьянства и посадского населения"15. Следует также отметить, что демократизм северной интеллигенции объясняется не только наследственным признаком, на ментальном уровне, но и сильным воздействием на жизнь региона и деятельность интеллигенции политической ссылки. Север - окраина России, куда всегда ссылали неугодных власти, и многие из них были высокообразованными людьми. Находясь под надзором полиции, они не могли открыто заниматься политической пропагандой и агитацией, но внесли свой вклад в духовное развитие региона, оставив после себя не только культурные ценности, но и идеи демократизма и свободолюбия. В 1908 году в Архангельской и Вологодской губерниях находились в ссылке 3844 человека или 36,6 процента всех ссыльных России16. В Архангельской губернии за 1896-1917 года побывали более 10 тысяч ссыльных, из них 20 процентов составляла интеллигенция17. Около 80 ссыльных врачей трудились на ниве "народного здравия". В их числе Сергей Андреевич Никонов - один из организаторов Общества архангельских врачей, талантливый хирург и гинеколог, Лев Борисович Сербин - первый фтизиатр на Севере. Не прекращал свою научную деятельность Василий Васильевич Берви-Флеровский - экономист и социолог. Долгие годы ссылки Петр Савич Ефименко посвятил изучению жизни, быта, народного творчества северян, одновременно являясь действительным членом Архангельского губернского статистического комитета. Павел Платонович Чубинский руководил переписью населения в 1863 году. Им же, совместно с другими, были произведены переписи в городах и уездных центрах губернии, обработаны их результаты, обращалось внимание на необходимость улучшения экономической статистики губернии. М. А. Колчин - историк Соловецкой тюрьмы, А. С. Пругавин - исследователь старообрядчества, В. В. Русанов - полярный исследователь, Р. Л. Самойлович - геолог, географ, историк, исследователь Арктики, в 1910 году секретарь Общества изучения Русского Севера. Список этот можно продолжать и далее18.

Совокупность ряда факторов внутреннего и внешнего порядков обусловили выраженный демократизм северной интеллигенции, что сказалось на ее общественно-политической позиции в дни октября 1917 года. Ценности февральской революции она приняла, так как они соответствовали духу и внутренним убеждениям всех слоев населения Севера. Вместе с тем крайне медленно прививались большевистские лозунги. Политически активная часть северной интеллигенции на собраниях и съездах профессиональных союзов и обществ указывала на пагубность политики большевиков, которая грозит разрушением культурных ценностей, экономики региона19. Однако приверженность решению конфликтных проблем законным, правовым путем, опираясь на народное волеизъявление, не позволяла ей использовать противозаконные, революционные методы борьбы. Не признав в октябре 1917 года власти большевиков, она и не выступила против нее активно. Как мы отмечали ранее, среди северной интеллигенции был весьма низок удельный вес политически активной, идеологизированной, так называемой "революционной" интеллигенции, особенно в сельской глубинке, где главными ее представителями были учительство (по несколько человек на волость) и духовенство.

Еще одним из факторов, оказавших влияние на внутренние убеждения и мировоззрение северорусской народности и соответственно северной интеллигенции, является религиозная традиция Европейского Севера. Многие исследователи обращают внимание на особую духовность и приверженность православию населения северных рубежей России. Действительно, в числе первых, кто осваивал эти регионы, были монахи. Монастырская колонизация имела большой удельный вес в освоении северного края. Они появляются здесь уже в начале XII века. В XV-XVII веках создаются такие уникальные центры православной культуры, как Соловецкий, Кийский, Антониев-Сийский и другие монастыри. Но спецификой их функционирования было то, что они зачастую сами культивировали новые формы экономической жизни, развивая торгово-предпринимательскую деятельность. Торговые контакты Соловецкого монастыря с греческим Востоком, Новым Афоном, западноевропейскими странами известны. Проповедуя, с одной стороны, идеи нравственного духовного совершенства личности, отказ от "мирских земных благ", православные монастыри в то же время своей деятельностью укрепляли частнособственнический дух поморов и способствовали обмирщению сознания. Одними православными духовными традициями не исчерпывается религиозная окраска Севера.

Северу характерна полифоничность религиозных систем. Вплоть до XX века сохранялись и соблюдались языческие обряды, продолжала жить традиционная народная культура. Вместе с тем много было здесь старообрядцев, о которых С. В. Максимов говорит как о весьма "грамотных мужиках", которые бережно хранили "старинные памятники письменности"20. Наконец, Север - это край, где мирно уживались мусульманские, католические и лютеранские храмы. Журнал "Всемирный путешественник" за 1877 год пишет, что Архангельск многоцветьем куполов напоминал скорее восточный город, нежели холодное северное поселение. На Севере сформировалась особая духовная атмосфера, где каждый исповедовал те ценности, которые ему были ближе, не вступая в конфликты, не объявляя войну друг другу. Это позволяет говорить не только о богатстве культурных традиций Севера, но и веротерпимости северян, лояльном отношении и уважении к чужим взглядам, мнениям, суждениям. В литературе и источниках нам не доводилось встречаться с примерами противоречий и столкновений между представителями различных конфессий. Всем предоставлялось место под солнцем, право на исповедование своих ценностей. Обобщая вышесказанное, следует отметить, что специфические условия, в которых жил северный человек, благоприятствовали закреплению в нем таких черт характера, как прагматизм, свобода духа, приверженность демократическим ценностям, уважительное отношение к суждениям и мнению оппонента, сильные волевые качества и трудолюбие. Северная интеллигенция как часть социокультурного целого унаследовала их. Более того, под воздействием политической ссылки и контактов с выходцами из западноевропейских стран демократические традиции ее получили дальнейшее укрепление и развитие. Отдаленность Севера от центров большой политики не способствовала чрезмерной политизации северной интеллигенции. Преобладающее большинство ее представителей видело смысл своей жизнедеятельности на профессиональной стезе, в культурно-просветительской деятельности. Так, в начале XX века только в Архангельске функционировало 15 интеллигентских просветительских и благотворительных обществ21.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Данилевский Н. Я. Россия и Европа. - М., 1991; Тойнби А. Д. Постижение истории. - М., 1991; Шпенглер О. Закат Европы. - Новосибирск, 1993; Бердяев Н. А. Судьба России. - М., 1991; Сорокин П. Человек. Цивилизация. Общество. - М., 1992.

2 Сорокин П. Указ. соч. - С. 185-186.

3 Вехи: Сборник статей о русской интеллигенции. - Свердловск, 1991; Интеллигенция. Власть. Народ: Антология. - М., 1993.

4 Подсчитано автором по: Гуркина Н. К. Интеллигенция Европейского Севера в конце XIX - начале XX веков. - СПб., 1998; Статистический сборник по Архангельской губернии за 1917-1924 гг. - Архангельск, 1926.

5 Литвин А. Л. Интеллигенция России периода гражданской войны (некоторые аспекты изучения) //Интеллигенция и революция. XX век / Отв. ред. К. В. Гусев. - М., 1985. - С. 213; Изменение социальной структуры советского общества (октябрь 1917 - 1920 гг.) / Отв. ред. В. М. Селунский. - М., 1976. - С. 262.

6 Максимов С. В. Год на Севере. - Архангельск, 1984; Островская М. А. Древнерусский северный мир. - Архангельск, 1912; Ефименко А. Я. Крестьянское землевладение на Крайнем Севере. - Архангельск, 1913; Бернштам Т. А. Поморы: Формирование группы и системы хозяйства. - Л., 1978; Щекина С. С. Поморский народный характер //Образование в контексте социальных инноваций: интеркультурный диалог северных стран. - Архангельск, 1999. - С. 135-137; Теребихин Н. М. Очерки религиозной философии и маринистики Севера России. - Архангельск, 1999.

7 Максимов С. В. Указ. соч. - С. 356.

8 ГААО. Ф. 1865. Оп. 1. Д. 204. Л. 8; Попов А. Н. Архангельский край. Статистико-экономический очерк. - Архангельск, 1923. - С.9.

9 ТАРФ. Ф. Р-5867. Оп. 1. Д. 2. Л. 46.

10 Там же. Л. 43.

11 Бернштам Т. А. Указ. соч. - С. 31.

12 Щекина С. С. Указ. соч. - С. 137.

13 Данилевский Н. Я. Указ. соч. - С. 7.

14 Ефименко А. Я. Крестьянское землевладение на Крайнем Севере. - Архангельск, 1913. - С. 195. 15 Русские / Отв. ред. В. А. Александров, И. В. Власова, Н. С. Полищук. - М., 1997. - (Народы и культуры). - С. 536.

16 Гуркина Н. К. Указ. соч. - С. 41.

17 Супрун М. Н. Политссылка на Европейском Севере в конце XIX - начале XX вв.: Краткий библиографический словарь. - Вологда, 1989.

18 Смирнова М. А. Подстоличная Сибирь: (политическая ссылка и роль ссылки в развитии края). - Архангельск, 1999. - С. 5-7.

19 ГААО. Ф. 1865. Оп. 1. Д. 4. Л. 1 об.; Воля Севера. - 1918. - 4, 5, 11, 14 января; Известия ВУС. - 1919. - № 12. - С. 19-20.

20 Максимов С. В. Указ. соч. - С. 358.

21 Список лиц служащих в Архангельской губернии на 1914 год //Памятная книжка Архангельской губернии на 1914 год. - Архангельск, 1914. - С. 57.

Источник в интернете:

http://www.booksite.ru/fulltext/pos/ele/nie/phe/nom/en/19.htm

Соколова Ф. Х.
Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты