ИСКАТЬ:
Главная  >  Экономика


Историческая нищета

11 октября 2007, 457

Ничто, пожалуй, так не выматывает силы нации, как десятилетия непродуктивного труда, обусловленного катастрофическим недофинансированием всех сфер экономики и частной жизни.

(Продолжение темы, затронутой передачей «Времена» с Владимиром Позднером, от 4 февраля 2007 г., в которой обсуждался вопрос: является ли Россия европейским государством или у неё особый путь? Ведущий, как всегда, извратил им же сформулированный вопрос, сведя разговор к неполноценности русского менталитета. Позволим себе напомнить коварному демону телеэфира, что он оголтелый лжец, и на ТВ ему давно не место.)


Ничто, пожалуй, так не выматывает силы нации, как десятилетия непродуктивного труда, обусловленного катастрофическим недофинансированием всех сфер экономики и частной жизни. Говоря проще, нас, русских, до основания выматывает историческая нищета, а от неё идут все остальные беды: бесконечный поиск особого экономического пути развития, лишение России статуса мирового лидера, демографический кризис, пьянство и даже в какой-то степени национальное сквернословие.

Чтобы понять, что такое историческая нищета, приведём простой пример: вам в наследство достался дом, построенный с минимальным вложением капитала и вдобавок при дефиците стройматериалов. Скажем прямо, это частный дом советской застройки – стены шлаковые (с явно заниженным содержанием цемента), фундамент – никакой, высота – в рост человека, ни больше, ни меньше. Почему так скромно? Отнюдь не потому, что русские ленивы или глупы, как осмеливаются утверждать некоторые паразиты, а потому, что миллионы наших бабушек и дедушек, материально не могли позволить себе построить кирпичных домов.

Итак, получив в наследство такую недвижимость, вы, имея планы на увеличение семейства, сделали пристройку, надстроили второй этаж, вставили пластиковые окна, сделали евроремонт, потратив на всё это добрую половину своей жизни. Но основание-то дома осталось аварийным, а потому всё оставшуюся жизнь вам придётся каждый год по весне подливать потрескавшийся фундамент, переклеивать лопнувшие обои, ну и так далее. Разумеется, вам придётся тратить на это все свои силы и средства. Дом, вместо того, чтобы быть вам опорой, будет работать против вас.

Конечно, было бы правильно пустить рухлядь под бульдозер и выстроить новый кирпичный дом с соблюдением всей технологии строительства. Только вот ведь в чём беда: во-первых, жалко сломать понастроенное, во-вторых, на столь глобальную реконструкцию не у всех хватит средств. Чувствуете дух безысходности? А ведь пример с бабушкиным домиком относится ко всей нашей экономике.

Частные дома в России неказисты, а улицы не блещут ровностью заборов, не потому что мы тупее европейцев или бескультурье заложено в нас генетически, исследовать на сей предмет загадочную русскую душу не стоит, всё намного банальнее – на нас давит бремя исторической нищеты. Нам элементарно не хватает средств на использование квалифицированного труда специалистов и соблюдение всех строительных технологий. Если кто-то решается забабахать себе виллу на последние, то до европейского уровня, как правило, всё равно не дотягивает – на отделке силы иссякают.

Ни один европеец, ни в каком веке, наверное, не мучил себя вопросом, как превратить тарную дощечку в отделочный материал, как, используя фанеру из под той же тары, добиться идеальной ровности стен. А ведь такие особенности национального строительства широко у нас практиковались, да и сейчас практикуются! У нас до сих пор стоят деревни, где дома и заборы не знали, что такое краска. Всё это не от хорошей жизни.

Меня всякий раз начинает трясти и лихорадить, когда мне приходится сталкиваться с досужими рассуждениями, в коих вполне объективный экономический фактор – историческая нищета подменяется мифотворческими изысканиями в области русского менталитета и культуры. Когда на этом основании сравнивают русских и европейцев, мол, те аккуратнее, дисциплинированнее, трудолюбивее, потому и живут лучше.

Чушь собачья, если европейцы больше нас работают, то непонятно, почему наши мужики умирают молодыми и почему русские, переехав в любую западную страну, живут припеваючи, особенно не надрываясь. Почему руки наших стариков покрыты мозолями и жилами?

Почему на Западе жить легче, тому же русскому или вьетнамскому эмигранту? Да потому, что там вся инфраструктура производства и быта насыщена инвестированием под завязку. Там, если производство, то высокотехнологичное, финансовые услуги - под доступный процент, машины, дороги, медицина,- всё качественное, каждая пядь земли свидетельствует о том, что в неё инвертировали веками. А что вкладывалось в нашу землю, кроме слёз, пота, крови и костей русских людей? В том-то и дело, что ничего.

Разговоры о том, что богатство страны начинается с фанатичного труда её граждан, звучат красиво, но необъективно. Во всяком случае, слишком уж упрощённо. С таким же успехом можно утверждать, что до Марса можно долететь, усиленно хлопая ушами. Теоретически, конечно, ничего невозможного нет, особенно, если уши размашистые, да мускулистые, только вот практически нельзя.

Деревенскую грязь босыми ногами и лопатою можно месить столетиями, до седьмого пота, до изнеможения, что собственно и делали наши предки, но это сельское хозяйство рентабельным не сделает. Сегодня, чтобы создать ферму, способную реально кого-то кормить, нужно несколько миллионов единовременных инвестиций: на приобретение техники, строительство помещений, закупку скота и посевных культур. Но и этого мало, нужны дороги, электрофикация, газофикация, желателен водопровод и телефон с интернетом. Без этого мечты о возрождении села так мечтами и останутся. Точно также дела обстоят с производством.

Когда сегодня господин Позднер с телеэкрана, объясняя беды России, говорит о том, что в Европе фермер пашет, а русское село опять в запое, он, хотя и отчасти, прав, но по большей части, всё же издевается, т.к. далеко не глуп и прекрасно понимает – в российских условиях на селе, кроме как пить больше делать нечего. В Костроме квалифицированный сварщик получает 5-6 тысяч рублей в месяц. О каком хозяйстве он может мечтать? Его зарплаты даже на телефонные переговоры с банком не хватит, не говоря уж о том, что никто ему кредит под его ветхое жильё не даст.

Какие же выводы следуют из сказанного?


Историческая нищета, обусловленная отсутствием (на протяжении веков) у большей части населения России более-менее значимых сумм частных накоплений, которые они могли бы вкладывать в свой быт, здоровье, отдых, образование, объясняет весьма многие традиционно российские проблемы, начиная с запущенности домов частного сектора и сельского хозяйства, и заканчивая ранней смертностью и прозаподническим русофобством.

С ранней смертностью российских граждан всё понятно, если пахать без отпусков и не лечиться, организм включает программу самоуничтожения лет на 20-30 раньше положенного срока. А что касается прозападного русофобства, то им, как правило, страдают те, кто, видя весьма существенное различие между качеством быта русского и европейца, вместо того, чтобы разобраться в экономической причине, забредают в дебри расового мифотворчества.

Для таких заблудших овец русский становится чуть ли не самым ленивым, глупым и вороватым представителем рода человеческого. Печально, что зачастую и сами русские становятся русофобами, - это такая наша национальная болезнь – высмеивать свой род.

В действительности же, в «загадочной русской» душе нет ничего иного, кроме православной ментальности, что бы отличало её от типичного европейца, во всяком случае, в хозяйственно-правовом контексте. Православие же придаёт ей убедительный плюс, а, отнюдь, не минус. Таким образом, любая демагогия по поводу какого-то особого склада русского характера, не позволяющего ему наладить эффективную экономику, является не только лживой, но и крайне вредной, ставящей русскую нацию в разряд ущербных.

Единственное, что нужно русскому народу для полноценной жизни и раскрытия всех его талантов, это чтобы его наконец-то перестали грабить, под видом реформ и государственной политики.


Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004