Главная  >  Общество   >  Социальные группы   >  Купечество   >  Киевские купцы, ремесленники, бизнесмены


Дореволюционный Киев был форпостом английских корпораций в Российской империи

11 октября 2007, 18

К концу XIX столетия английская община в городе организационно оформилась. Возглавлял ее представитель Великобритании в ранге вице-консула. Долгое время эту должность занимал предприниматель, носивший самую распространенную английскую фамилию — Генри Смит.

Едва ли не самым наглядным свидетельством высоких британских технологий еще в середине XIX века стал Цепной мост — первая в Киеве капитальная переправа через Днепр, не зависевшая от времени года и капризов погоды. Он был возведен в течение 1848-1853 годов и потребовал колоссальных по тем временам технических усилий. Достаточно сказать, что для каждого быка — моcтовой опоры — делалась специальная выгородка посреди русла реки, из которой выкачивалась вода, затем на сваях воздвигалось гранитное основание, а на нем — стройная кирпичная арка. Таких арок было пять, и по обе их стороны тянулись мощные неразрезные цепи, удерживавшие мостовые пролеты.

Уникальное сооружение длиной свыше 700 метров проектировал британский инженер Чарльз Блэкет Виньоль, руководить строительством ему помогали сыновья Гуттон и Генрих. У инженера, впрочем, были французские корни — он принадлежал к гугенотскому аристократическому роду. Однако семья Виньолей не могла смириться ни с Великой французской революцией, ни с империей Наполеона. Шарль, ставший Чарльзом, родился уже в эмиграции — в Ирландии.

Он даже был офицером британских войск и в молодости воевал в армии Веллингтона против родины своих предков. А после Ватерлоо предпочел мирную профессию и занялся строительством сооружений и железных дорог. Виньоля помнят на берегах Альбиона как одного из основателей английского Института гражданских инженеров.

Современники рассказывали, что Чарльз Виньоль, приступив к строительству Цепного моста, на первых порах не располагал достаточными гидрологическими данными. Потому первоначальные конструкции для опор моста получались непрочными. На этом, к слову, неплохо заработал киевский знакомый британского инженера Николай Мартынов — тот самый, который снискал печальную известность своим участием в смертельном поединке с Лермонтовым.

После дуэли Мартынов отбывал в Киеве церковное покаяние. Будучи состоятельным человеком, он приобрел суденышко и пристрастился к плаваниям по Днепру, при этом хорошо изучил течение реки и характер весенних разливов. И вот русский стал доказывать англичанину, что конструкции ненадежны и не выдержат ледохода. Виньоль не согласился. Приятели заключили пари. Наступила весна, напирающие льды смели шаткую постройку, и Мартынов положил в карман выигранную сумму.

Хотя первый блин оказался комом, но, в конце концов, главные трудности остались позади. Начался монтаж металлических частей киевского моста, которые были изготовлены в Англии — в Бирмингеме. Их морским путем, вокруг всей Европы, доставляли в Одессу, а оттуда ленивые волы тащили груз к месту назначения. Тем временем строился специальный спуск к мосту с Печерска, от нынешней площади Славы. К сентябрю 1853 года все было готово для торжественного открытия моста. Писатель Николай Лесков вспоминал о необычайном стечении народа на эту церемонию: «Издалека можно было узнать только старика Виньоля и одного его, необычайно красивого, сына, и то потому, что оба они были в своих ярких английских мундирах». Важность события для города и всего края трудно переоценить.

Много лет Цепной мост был гордостью и украшением Киева. Однако у красавца-моста было слабое звено. В 1920 году польские оккупанты, покидая Киев, заложили всего два заряда взрывчатки, по одному на каждую цепь — и обе цепи лопнули, а пролеты рухнули в воду. В 1925 году на прежних опорах был устроен новый мост по проекту профессора Евгения Патона, но последняя война окончательно добила сооружение, и со временем примерно на этом месте возвели мост Метро.

Консулы-бизнесмены

В дореволюционных справочных изданиях по Киеву можно отыскать не одно имя британских подданных. К концу XIX столетия английская община в городе организационно оформилась. Возглавлял ее представитель Великобритании в ранге вице-консула. Долгое время эту должность занимал предприниматель, носивший самую распространенную английскую фамилию — Генри Смит.

В общей сложности Генри Томасовичу Смиту довелось прожить на берегах Днепра около четверти века. В 1888 году он участвовал в создании киевской технической конторы «Генри Смит и Ко», совладельцами которой стали его компатриот Доуглас и фабрикант Менцер из Белой Церкви. Фирма разместилась в центре города, в начале Институтской улицы. Она специализировалась на реализации сельскохозяйственных механизмов.

Именно в этой отрасли был известен белоцерковский завод В. Менцера; особой популярностью в «сахарной столице» Киеве пользовались его сеялки «Новый Триумф» для посевав сахарной свеклы. Но большую часть каталогов фирмы «Генри Смит и Ко» занимал импорт из Англии. С самого начала своего существования компания представляла в киевском регионе крупный британский машиностроительный завод «Маршалл, сыновья и Ко» из Гейнсборо, основанный еще в 1848 году. Это предприятие поставляло паровые молотилки и так называемые локомобили — передвижные паровые двигатели с приводом.

Другим контрагентом киевской фирмы стал не менее известный завод компании «Ричард Горнсби и сыновья Ltd». Оттуда в город на Днепре прибывали самые современные по тем временам двигатели внутреннего сгорания, с которыми именно Генри Смит впервые познакомил киевлян. Позже контора Смита заключила соглашение с британским предприятием «Петер и сыновья», поставлявшим керосинные и нефтяные двигатели, — если верить рекламному объявлению, «самые экономные в мире».

К 1897 году годовой оборот фирмы «Генри Смит и Ко» достиг солидной суммы — полтора миллиона царских рублей. Контора имела несколько отделений в империи (крупнейшее — в Екатеринославе). Постепенно предприятие расширило круг своих интересов и в начале ХХ века уже именовалось «электротехническим и промышленным товариществом». Фирма поставляла оборудование для лесопилок и сахарных заводов, занималась электрическими осветительными и силовыми системами. Она сохранила привычное название и после того как в 1911 году Генри Смит скончался. Его преемником на посту вице-консула стал компаньон Джон Доуглас.

Папа купил локомобиль

Лучшее в мире английское машиностроение обеспечивало оборудованием многие отечественные отрасли. На киевском рынке пользовались спросом динамо-машины Модли, автоматические электростанции Листера, плуги Фаулера, молотилки Клейтона и Шутельворта, соломорезки Бенталя и Бэмфорда и т. д.

При том значении, которое имело для экономики региона сельское хозяйство, понятен интерес здешних предпринимателей к соответствующим механизмам. Бизнес отвечал на спрос широким предложением. Кроме дистрибьюторов-англичан, вроде Смита и Доугласа, сбытом импортных британских изделий занимались и торговцы отечественного происхождения. Они закупали у английских производителей крупные партии изделий и затем рекламировали их в аграрных районах.

Одним из лидеров подобного предпринимательства был купец первой гильдии Борис Вениаминович Гронфайн (некоторое время он вел свое дело в Переяславе, потом в Золотоноше, а к 1909 году перебрался в Киев). Контора Гронфайна подразделялась на промышленный и сельскохозяйственный отделы. Первый обеспечивал оборудованием мукомольные и маслобойные предприятия; второй торговал земледельческими машинами, различными сеялками, веялками, жнейками, молотилками. Однако на первом месте в номенклатуре товаров фирмы Гронфайна стояли локомобили производства «всемирно известного» (согласно рекламе фирмы) машиностроительного и котельного завода «Рустон, Проктор и Ко».

История этого завода восходила к 1840 году, когда в английском Линкольне открылась скромная мастерская «Проктор и Бёртон» на 25 рабочих мест. Но к началу прошлого столетия предприятие превратилось в мощное объединение трех производств — завода локомобилей и паровых машин, завода паровых котлов и завода паровых молотилок. В то время здесь трудились около четырех тысяч рабочих, которые изготавливали свыше 90 тысяч разных машин в год. После 1918 года фирма объединилась с упомянутым выше заводом Горнсби и существовала еще не одно десятилетие под новым названием «Рустон и Горнсби Ltd», перепрофилировавшись с паровых на дизельные и газотурбинные двигатели.

Снабжая своей техникой аграрные губернии Российской империи, в том числе и Киевщину, англичане получали двойную выгоду. Во-первых, они широко использовали необъятный российский рынок для сбыта продукции. Во-вторых, тем самым стимулировался рост отечественной сельскохозяйственной продукции, в чем британцы были кровно заинтересованы. Ведь они являлись основными покупателями российского хлеба. Известно, что Россия в торговле с Англией имела существенный положительный баланс, но львиную долю товарной массы, поступавшей отсюда на берега Альбиона, составлял именно хлеб.

Как денди лондонский одет

В наших краях высоко ценились и товары английской легкой промышленности. У Исаака Бабеля в пьесе «Закат» одесский торговец готовым платьем Боярский объясняет Бене Крику качественное соотношение между разными видами тканей: «Английское сукно, мосье Крик, это хорошее сукно, лодзинское сукно — это дерюга, на которой что-то нарисовано, а московское сукно — это дерюга, на которой ничего не нарисовано».

Впрочем, привозная британская ткань оседала главным образом в портовых городах, а основными контрагентами киевских торговцев мануфактурой были российские и польские фабрики. Но образ истинного лондонского денди не оставлял равнодушной состоятельную публику на берегах Днепра. И вот на Крещатике открылось торговое заведение, которое обеспечивало местных ценителей лондонской моды необходимыми аксессуарами: цилиндрами и манишками, манжетами и запонками, перчатками и гамашами, зонтами и портмоне.

В ходе «раскрутки» в начале 1909 года новая фирма поступила так же, как и нынешние новички, желающие активно заявить о себе на рынке: было объявлено, что качество товаров — исключительно высокое, а цены — чрезвычайно низкие. Добавим еще, что над входом в магазин располагалось гордое, но не шибко грамотное название «Джентельмен». Это было далеко не единственное напоминание об англичанах на здешних вывесках. В старом Киеве можно было, к примеру, остановиться в гостинице «Англия» или в меблированных комнатах «Лондон».

Дело о верблюжьей шерсти

Среди британских компаний, названия которых были на слуху у киевских потребителей, заслуживает внимания фирма «Ф. Реддавей и Ко» (точности ради отметим, что в Киеве, в начале Крещатика, действовала «внучатая» контора предприятия, представлявшая его московское дочернее отделение). «Реддавей» производил приводные ремни для различных механизмов. Они считались весьма прочными и пользовались высоким спросом среди киевских фабрикантов.

Нынешние курильщики могли бы принять вывеску фирмы «Реддавей» за рекламу сигарет «Кэмел», поскольку на ней был изображен верблюд во весь рост. Ничего удивительного — ведь сырьем для изделий служила верблюжья шерсть. Любопытно, что наименование компании оказалось связанным с громким судебным разбирательством. Дело было в 1896 году. Владелец фирмы Фрэнк Реддавей издавна рекламировал свои изделия как «Camel Hair Belting» — «приводные ремни из верблюжьей шерсти». Но один из бывших сотрудников его фирмы, некто Джордж Бэнхем, решил создать самостоятельное предприятие, причем также предлагал потенциальным клиентам «Camel Hair Belting». Реддавей подал на конкурента жалобу в суд с требованием лишить Бэнхема права называть свои изделия теми же словами. Истец даже готов был привести свидетелей, которых ввела в заблуждение реклама Бэнхема и они купили у него товар в уверенности, что приобретают продукцию Реддавея.

Судебное жюри признало, что Бэнхем действовал недобросовестно, и поддержало претензию истца. Ответчик, однако, перенес дело в Апелляционный суд. Там приняли его сторону, сочтя, что слова «приводные ремни из верблюжьей шерсти» — всего лишь описание, которое не подлежит защите как торговая марка. Но Реддавей не сдавался и обратился в высшую инстанцию — Палату лордов. Здесь его иск был окончательно признан справедливым. При обсуждении в Палате этого вопроса лорд Гершель, в частности, заявил, что слова «Camel Hair Belting» уже являются не просто описанием, поскольку приобрели второе значение в силу широкой известности фирмы истца, и что для потребителей пресловутое словосочетание однозначно ассоциируется с изделиями Реддавея. Тем и закончилось дело «Реддавей против Бэнхема», ставшее заметной вехой в истории продвижения и правовой защиты коммерческих брендов.

Школьная Англия

Из учебника географии для начальных школ Российской империи (1904 г.)

Населена Англия чрезвычайно густо. В высшей степени трудолюбивый, смышленый и предприимчивый народ ее воспользовался выгодным положением своей родины и по богатству стал первым в мире.

Сельское хозяйство Англии стоит на высокой степени: все поля обработаны отлично, и каждый клок земли приносит пользу. Но при большой густоте населения Англии ей недостаточно своего хлеба; поэтому чуть не половина ее жителей занята фабричными работами, за которые она получает хлеб от других народов.

Всевозможных фабрик и заводов в Англии бесчисленное множество. Они раскинуты по всей стране, но больше всего ютятся поблизости гор, из которых добываются необходимые для них уголь и железо. Все работы на тамошних фабриках и заводах производятся с помощью различных машин, которых в Англии так много, что сила их равняется силе всего населения земли. Англичане развили и усовершенствовали у себя все виды промышленности: нет почти такого изделия, которое не приготовлялось бы у них в более или менее обширных размерах.

Но некоторые английские изделия приобрели преимущественную известность и считаются самыми лучшими в мире. Это хлопчатобумажные и шерстяные ткани, железные и стальные вещи: ножи, замки, иголки, машины, разные инструменты, рельсы и земледельческие орудия.

Приготовляя громадное количество всяких изделий, англичане позаботились и о том, чтобы удобно было и сбывать их: они избороздили свою землю каналами, различными дорогами, построили несколько десятков тысяч кораблей и с помощью их завели сношения со всем миром. Нет ни одного народа, с которым англичане не вели бы торговли.

Во всех частях света они завладели огромными землями (колониями) с сотнями миллионов людей, построили там много городов, дорог, завели хорошие порядки; зато накрепко обязали население тех земель покупать все изделия исключительно у них и с ними только меняться своими произведениями.

Оттого на английские фабрики ежегодно свозятся из всех стран и от всех народов миллионы пудов всякого сырья: шерсти, хлопка, шкур, сала, леса, слоновой кости и т. п. Все это здесь обделывается, перерабатывается и развозится опять по свету.

источник: "Галицкие КОНТРАКТЫ"

http://www.kontrakty.com.ua/show/rus/article/44/3320067752.html

Михаил Кальницкий
Читайте также:



 
©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты