Главная  >  Политика   >  Страны и регионы мира   >  Украина


О Бисмарке и Украине

10 ноября 2007, 9

Разбираться в нюансах украинских событий в нынешних условиях пока ещё рано, но вот разбор щекотливых подробностей финансирования сербского движения «Отпор», послужившего прообразом украинской «Поры», оказался невероятно интересным занятием.

    Эпическая битва между двумя последними буквами алфавита заполонила всё доступное информационное поле. Совсем не хотелось вмешиваться в битву гигантов, но на днях мне попала в руки газета «Гардиан» с немало нашумевшей статьёй, намекающей на некоторое отношение американского Госдепартамента к противостоянию в Киеве (английский вариант можно прочесть тут). Разбираться в нюансах украинских событий в нынешних условиях пока ещё рано, но вот разбор щекотливых подробностей финансирования сербского движения «Отпор», послужившего прообразом украинской «Поры», оказался невероятно интересным занятием.

   Роль «Отпора» в поражении Милошевича на президентских выборах в сентябре 2000 года нельзя недооценивать. Изначально — подпольная студенческая организация, из нескольких десятков человек, разрослась к концу 2000 года до 100 тысяч членов. Причина такого успеха организации — использование самых современных политических технологий. Организаторы движения без ложного стеснения поведали о том, как им удалось превратиться в значительную политическую силу.

    Иван Адрич рассказывает так:

«Нам (Отпору) помогали специалисты ведущих рекламных агентств Сербии. Мы всё время поддерживали с ними связь. Они не могли делать всё за нас, но всегда могли что-то посоветовать. Итак, у нас была идея кампании. Сначала мы провели большое исследование: собрали результаты опросов и всё такое. Нам предоставили их бесплатно наши друзья из Института Маркетинговых Исследований (ведущая частная компания по исследованию общественного мнения в Белграде). И мы приготовили наши материалы.

    Мы спросили всех этих специалистов о наших материалах, об их качестве. И после этого мы с друзьями приготовили на основании этого слоганы, постеры и другие материалы. Затем мы проверили свою продукцию на фокус-группах. А потом — вы понимаете, уже начали саму кампанию.»

Иван по юношеской наивности выдаёт очень много милых подробностей о начинке любой политической кампании: как проводились исследования фокус групп, как велась антиправительственная контр-пропаганда.
«Менеджер Института Маркетинговых Исследований предоставлял мне каждый опрос каждой фокус-группы, который они проводили. За последний год [перед выборами в Сербии 2000 года] провели более 12 опросов. Все они были у меня под рукой. Так что работать, разрабатывая пиар для «Отпора», было очень несложно. В каждый момент мы знали, что думают люди в Сербии. И мы просто озвучивали то, что думали люди. Это было очень несложно, служить в качестве людской совести».
Иными словами, ребята действовали в точном соответствии с заветами Отто Бисмарка: «Если ты хочешь надуть целый мир, говори правду».

 Но хитрые студенты почему-то не рассказывают о том, откуда они набрали столько денег для того, чтобы обогнать в предвыборной гонке всех остальных политиков, покрывая каждую плоскость в Сербии своим наклейками и граффити. Порядки сумм можно оценить из замечания Срди Поповича, одного из ведущих организаторов «Отпора». Он упоминает, как один раз перед выборами они напечатали 62 тонны агитационных материалов. Сколько это, 62 тонны бумаги? Допустим, стандартной бумаги A4, по 80 г/кв.м.? Один стандартный листок A4 весит около 5 грамм. Пачка в 500 листов — около 2.5 кг. Даже если покупать неважную, дешёвую бумагу, рублей по 50 за пачку, 62 тонны обойдутся примерно в 40 тысяч долларов. Добавьте к этому ещё стоимость услуг полиграфии и изготовления наклеек; даже для разового мероприятия получаются какие-то совсем не студенческие бюджеты. Но напрягаться не нужно, всё на том же самом сайте нам на помощь спешит доктор Дэниел Сервер, директор Балканской Инициативы при Американского Института Мира. В своём интервью он увлекательно рассказывает о преимуществах и недостатках используемых ими подходов:

«Вопрос: Американцы бы были в ярости, если бы иностранная организация была уличена в финансировании политической кампании или партии в США. Почему же американское правительство сочло возможным помочь сербской оппозиции?

   Ответ: Вообще-то, мы запрещаем иностранное финансирование американских партий. Я думаю, единственное оправдание, которое можно предложить таково: посмотрите, мы просто восстанавливаем правила игры. Автократы имеют преимущества, а партии, ориентированные демократически, этих преимуществ не имеют. Мы просто пытаемся уравновесить ситуацию. […] Я не могу извиняться за то, что мы помогаем демократии в таких странах. Это важно для американской безопасности. Это важно для американской внешней политики. Но это важно ещё и для народов таких стран; мы не делаем это из чисто альтруистических побуждений, но это приносит большую пользу».

Несколько ниже по тексту доктор Сервер проливает свет и на сам способ финансирования.
«Вопрос: Каким образом деньги из США поступали в распоряжение различных сербских групп сопротивления и оппозиции?

   Ответ: Это были деньги SEED (Support for East European Democracy — поддержки Демократии в Восточной Европе). Деньги SEED — это часть бюджета Госдепартамента, преимущественно поступающая USAID и затем распределяемая между «Национальным Вкладом в Демократию» (National Endowment for Democracy) и Национальными Республиканским и Демократическим институтами».

Замечательные подробности, поэтому воспользуемся гуглом и посмотрим сами, сколько же денег переехало в Сербию: 15,3 млн. долларов в 1998 году, 24,3 млн. в 1999 году и, наконец, 55 млн. долларов в 2000.

Напоследок я хотел бы правильно расставить акценты над этой историей. Видимо, в силу близости славянских языков, украинская кампания потрясающе близка сербской; чего стоит хотя бы название «Пора», с точностью до пары букв совпадающее с «Отпором» и формально воспроизводящее один из гениальных отпоровских же лозунгов декабря 1999 года «С Новым годом — Год настал» (имеется в виду, что пришло время Югославии избавится от Милошевича). Совершенно очевидно, что опыт Сербской кампании был использован и на Украине. У меня нет никаких иллюзий по поводу Милошевича, и мир, полагаю, стал без него лучшим местом. И я верю, что люди, вышедшие на Крещатик, — хорошие, честные люди, искренне верящие в свою правоту и невероятно уставшие от возни продажных политиков около государственного руля. Но я не верю в альтруизм американских прогрессоров, сначала дававших деньги Милошевичу, потом — молодым сербам, а потом — разбомбивших Белград. В конце концов, вы все, полагаю, знаете, что даже гуманитарная помощь в современном мире очень редко бывает бескорыстной и бесплатной.

Нам наверняка не скажут напрямую и в ближайшем будущем, были ли американские деньги вовлечены и в кампанию на Украине. Как уклончиво замечает всё тот же доктор Сервер:

«Мы должны финансировать такие вещи. И мы должны делать это открыто. Но люди в этих странах часто не хотят, чтобы данные [о нашем финансировании] были открытыми и нам приходиться с этим мириться. Поэтому мы старались, в некоторой степени, не столько скрывать, сколько задерживать (курсив мой, прим. авт.) публикацию информации о таких вещах. И не обозначать чересчур точно, кто именно получал деньги».
Не будут, не нужно. Но мы-то с вами теперь уже знаем канал, по которому текут денежки. Посмотрим на всё том же замечательном сайте Госдепартамента, какие суммы и на что поступают последние несколько на Украину. Оказывается, что в 2003 и в 2004 году на Украину поступило/поступит 13,9 и 13,8 млн. долларов по статье 121-0213 «Увеличение вовлечения граждан». Почитайте сами, начиная с 10 страницы. Практически как детектив: сколько часов телевещания, обучающего демократии, оплатит USAID, сколько людей пройдут специальные тренировки etc. Там есть и другие интересные статьи расходов, так что денег вполне может поступать и побольше. Воистину прав был Бисмарк, отметив: «Законы напоминают сосиски: нормальному человеку лучше всего не знать, из чего их делают».

Простые люди, мёрзнущие на улицах и заинтересованные не столько в политике, сколько в справедливом голосовании, рискуют оказаться пешками в чужой игре. «Если вы не интересуетесь политикой, это ещё не означает, что политика не интересуется вами». Эта избитая цитата, которую почему-то любят приписывать Бисмарку, на самом деле принадлежит другому известному проходимцу, афинянину Периклу, что наводит на некоторые размышления о неизменности (низменности) человеческой природы на протяжении последних двух с половиной тысяч лет. И если обвинения в активном американском вмешательстве окажутся обоснованными, существует риск, что начинающаяся украинская оттепель может закончиться не менее грандиозной гражданской апатией, чем та, что парализовала сейчас российское общество.

  Кредит общественного доверия — исключительно хрупкая вещь. Насколько я завидую политической активности на Украине, настолько же я считаю невозможным и даже опасным повторение аналогичной ситуации сейчас в России. Я не вижу у нас сегодня порядочных и достаточно харизматичных лидеров, которые могли бы послужить фокусом для похожего движения. Предыдущий такой лидер — Ельцин, при всех его заслугах, пропил доверие россиян на много-много лет вперёд. Ющенко, к сожалению, не производит даже такого впечатления, как Ельцин начала девяностых. Выбирать кого-нибудь, только чтобы не выбрать кого-нибудь ещё — не дай нам Бог эдакой иезуитской дилеммы.

     Приложение. Найдите 10 отличий:

     

Подсказка: слева — фотография Контоса Яниса, сделанная осенью 2000 в Белграде, справа — фотография из злополучной статьи в «Гардиан».

Читайте также:



 
©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты