Главная  >  Наука   >  Ученые   >  Физики


Белопольский, Аристарх Аполлонович

11 октября 2007, 58

Когда заходит разговор о Пулковской обсерватории, почти всегда вспоминается имя А.А. Белопольского...

Русский Астрономический календарь на 1928 год

Нижний Новгород. 1928. Вып. XXI. с. 123.

К.Д. Покровский.

Когда заходит разговор о Пулковской обсерватории, почти всегда вспоминается имя А.А. Белопольского:

- <Как поживает Аристарх Аполлонович?> или

- <Ведь это у вас академик Белопольский!>

Правда, в широкой публике имя А. А. Белопольского может быть не особенно известно, но для всякого, кто имеет хоть какое-нибудь отношение к астрономии, они очень знакомо и даже не лишено своего, рода обаяния.

Аристарх Аполлонович заслужил всеобщее уважение своими ценными работами в области астрофизики, а те, кому приходилось вступать с ним в личные отношения, могут отметить и ряд других его достоинств, делающих личность А.А. Белопольского особенно симпатичной и дорогой для нас.

Среднего роста, блондин, с открытым, круглым, приветливым лицом, иногда вспыльчивый, но по существу всегда доброжелательный, в высшей степени деликатный, скромный, простой, чрезвычайно работоспособный,глубоко образованный, остроумный, приятный собеседник, веселый - рассказчик, шутник - таков А.А. был в юные годы, в начале своей научной карьеры, таким он остается и теперь 73-летним старцем в почетном звании члена Академии Наук СССР. В тяжелые голодные годы многим пришлось переживать по различным поводам разочарования в людях, как-то грубее обнаруживались тогда низменные стороны человеческой натуры, более резко проявлялись иногда себялюбие, своекорыстие, личный интерес, но А.А. и в этот период жизни остается безупречным членом общества, хорошим товарищем и чутким, добрым, деликатным человеком, способным на благородные поступки не для рекламы, а по настоящему влечению своего доброго сердца.

Интересен А.А. Белопольский с лопатой или мотыгой в руке. Без ропота, с веселым лицом, не смущаясь предстоящими ночными наблюдениями, шел А.А. каждый вечер в огород копать гряды. Он не оставлял этого тяжелого моциона и в позднейшее время, когда трудности жизни ослабели, когда другие уже стали забывать, как в поте лица своего они добывали хлеб свой насущный, отрываясь для этого от своих прямых обязанностей.

Астрономические наблюдения в общем случае далеко не легкое дело. Но А.А. находит в себе силы в последние годы управляться даже на двух больших инструментах - днем в летнее время на новом спектрографе системы Литрова, ночью на 30-дюймовом рефракторе. До последнего времени он почти не имел и вычислительной помощи в своих работах и все вычисления обычно производил сам.

Большое значение имеет в астрономической практике помощь хорошего механика. Особенно это осязательно при организации новых исследований в области астрофизики, когда сконструировать сразу подходящий прибор не удается даже при заказах в специальных заграничных мастерских. Иногда небольшое исправление или видоизменение прибора на месте, у трубы, во время пробных наблюдений, значительно улучшает дело и обеспечивает достижения результатов, которых раньше не удавалось получить. Успех в работах А.А. Белопольского в значительной степени обусловливался тем, что он сам в некотором роде механик. Он легко разбирается в конструкции инструмента, может сообразить, в чем его недостаток для данного рода исследований, иногда и сам исправит что-нибудь, хотя бы кустарным способом, приспособит надлежащим образом, расширив отверстие, вставив какую-нибудь пластинку или увеличив нагрузку, приделав несложный мотор и т.п.

Работы А.А. Белопольского всегда поражают простотой. Он не придает значения формальной стороне и ценит во всем сущность, лишь бы достигнут был результат. И сам он простой и так скромно и просто всегда говорит он о своем успехе!

Родился Аристарх Аполлонович в Москве 1/13 июля 1854.

Его отец занимал сначала должность воспитателя в гимназии, потом служил главным контролером на Ярославской жел. дороге. Мать была прекрасной пианисткой, окончила консерваторию в Гамбурге. По словам А.А. детство его протекало чрезвычайно интересно. У отца был домик на Гороховой улице с садом и огородом. Дети очень любили свою усадьбу и в пределах ее умели организовать много интересных развлечений. Копали ямы в поисках воды, золота и кладов, строили шалаши, плотничали, сооружая себе ходули, тележки, санки. Мать поощряла занятия детей ремеслами и покупала им несложные дешевые инструменты. Одно время дети увлекались постройкой музыкальных инструментов, натягивая на досках металлические струны и подбирая аккорды. Потом их привлекали занятия по физике, химии и естественной истории. Они сами изготовляли электрофоры, лейденские банки, старались при помощи их получить искры атмосферного электричества, добывали кислород, водород, разные гремучие смеси, строили также аквариумы и террариумы, населяя их лягушками, ящерицами и змеями, приручали белых мышей, воробьев и ворон. Лично А.А. увлекался одно время паровыми машинами и сам построил модель локомотива. Благодаря своим механическим способностям, он чуть было не был на 14 году отправлен учиться в Германию, но упросил родителей позволить ему окончить школу в России.

Интересна одна особенность воспитания в семье Белопольских. Под влиянием своего дяди, доктора медицины, отец А.А. заставлял детей спать в комнате с открытыми настежь окнами и летом и зимой-зимой, конечно, под меховыми одеялами. Даже во время болезни дети спали в той же комнате, и сам А.А. перенес тиф в феврале, оставаясь в комнате с открытыми окнами. Если было недомогание, позволявшее ходить, то ходили и исполняли какую-нибудь работу до поту. При этом ели все, что подсказывал инстинкт, лекарств никогда никаких не принимали.

Но особенно ценной была среда, в которой пришлось вращаться А.А. с самого детства. Большое влияние на него имел репетитор старшего брата А.Н. Петунников. Он развлекал детей физическими и химическими опытами, водил на экскурсии в окрестности Москвы вместе с другими своими воспитанниками бр. Назаровыми, из которых один впоследствии был близок Московской Астрономической Обсерватории и несколько раз жертвовал деньги на сооружение инструментов по замыслам профессора В.К. Цераского.

У отца А.А. бывал также интересный для детей гость - профессор ботаники Кауфман, и часто собирались на научные собрания учителя II гимназии, из которых некоторые были замечательными педагогами, как Шуф, Шереметевский, Жимоновский, Кондаков - впоследствии академик. Эта среда, повидимому, и повлияла в значительной степени на развитие в детях Белопольских интереса к природе.

В 1865 А.А. поступил во II Московскую гимназию, в 1873 он окончил курс. Сначала А.А. не думал идти в университет, а хотел работать на заводе. Он поступил в университет, лишь уступая настояниям отца. Но, будучи студентом, он все-таки устроился простым рабочим в паровозном депо Ярославской жел. дороги.

В годы университетской жизни А.А. попал в интересную среду художников. В имении С.И. Мамонтова <Абрамцеве> он познакомился в 1874 с Репиным, Поленовым, бр. Праховыми, артисткой Федотовой и др. В доме же самих Белопольских собирались музыканты, устраивались трио, квартеты. Много играла мать А.А. В то же время А.А. посещал наиболее замечательные концерты, слушал всех знаменитых музыкантов и певцов того времени. Любовь к музыке является одной из характерных черт личности А.А. С большим вниманием он относится и к новой серьезной музыке (Скрябин).

Из числа университетских товарищей А.А. на научное поприще вышли: Соколов А.П. - физик, Соколов А.П. - астроном, Зворыкин - физик. Что касается самого А.А. то найти свое призвание ему помог случай. Как-то раз проф. Ф.А. Бредихин, нуждавшийся при организации своих астрономических наблюдений в механической помощи, обратился на лекции к слушателям с воззванием. А.А., как владеющий некоторыми механическими навыками, откликнулся. Он стал посещать обсерваторию на Пресне и скоро вошел в ее научную работу.

С 1873 по 1877 А.А. оставался на Математическом факультете Московского университета. По окончании курса он был оставлен на 2 года при университете по кафедре астрономии. В 1879 он занял должность сверхштатного ассистента и пробыл на Московской обсерватории до 1888, наблюдая на фотогелиографе, меридианном круге и рефракторе. Среда, в которой вращался А.А. по окончании университета, состояла из людей исключительно талантливых. Она имела на него огромное влияние и пробудила много дремавших сил. Во главе стоял обаятельный Ф.А. Бредихин, о котором до настоящего времени А.А. хранит самые светлые воспоминания. В то же время на Московской обсерватории работал В.К. Цераский. От него А.А. принял работу на фотогелиографе. Продолжая фотографирование солнечных пятен, А.А. собрал большой материал, который и использовал для своей диссертации: <Пятна на Солнце и их движение> , за которую Московским университетом был удостоен в 1887 степени магистра астрономии.

7/19 августа 1887 А.А. наблюдал полное солнечное затмение в Юрьевце Костромской губ. Хотя условия для наблюдения оказались не вполне благоприятными, все-таки А.А. удалось получить интересные снимки солнечной короны.

В том же 1887 А.А. женился на Марии Федоровне Вышинской - музыкантше, окончившей Филармоническое училище в Москве. В 1888 А.А. перешел в Пулковскую обсерваторию на должность адъюнкт-астронома. Ему пришлось наблюдать на большом пассажном инструменте. Кроме обработки своих наблюдений А.А. выполнил в это время одну интересную работу - именно: определение параллаксов некоторых звезд из старых рядов наблюдений, произведенных на большом пассажном инструменте в Пулкове. Хотя трудно вообще рассчитывать получить по абсолютным наблюдениям прямых восхождений надежные значения параллаксов, тем не менее результаты А.А. оказались вполне определенными, близкими во многих случаях к наиболее точным величинам и во всяком случае годными, как рекогносцировочные приближенные значения. В этом отношении попытка А.А. имела большое значение.

Но область астрономии, к которой А.А. тяготел более, была астрофизика, и он охотно согласился на предложение нового директора Пулковской обсерватории Ф.А. Бредихина занять должность астрофизика. В 1891 он был избран Академией Наук на эту должность. В связи с этим назначением А.А. получил командировку заграницу и хлопотал по заказу большого, т.н. нормального астрографа, прибывшего в Пулково в 1893. Установку этого инструмента и ряд пробных снимков делает А.А. Вслед за этим он предпринимает ряд наблюдений с специально заказанными спектрографами различной дисперсии, приспособляя их последовательно к астрографу, 15-дюймовому и в конце концов к 30-дюймовому рефрактору.

С 1893 на 30-дюймовом рефракторе организуются систематические спектрографические исследования.

В течение 34 лет, с помощью этого могучего инструмента, А.А. удалось произвести ценный ряд наблюдений, доставивший ему большую известность, как выдающегося спектроскописта. Здесь прежде всего можно отметить каталог спектров ярких звезд, составленный А.А. Затем следуют специальные исследования отдельных звезд:

$\eta$ Орла, $\delta$ Цефея, Р Лебедя, $\xi$ Близнецов, $\alpha$ Близнецов, двойственность которой была открыта самим А.А., Полярная, $\beta$ Лиры, 61 Лебедя, $\gamma$ Девы, $\lambda$ Тельца, $\gamma$ Льва, $\theta$ Б. Медведицы, $\eta$ и i Пегаса, $\beta$ Возничего, $\beta$ Персея, $\xi$ и $\gamma$ Волопаса, $\alpha$ Гончих Собак, 4Н Дракона, $\beta$ Цефея, $\delta$ Кассиопеи, $\gamma$ Геркулеса и др., при чем ко многим из этих объектов А.А. возвращался по нескольку раз через то или другое число лет, детально выясняя свойства спектров, смещения линий, а во многих случаях и особенности строения сложных звездных систем. Работа <Исследование лучевых скоростей переменной $\delta$ Цефея> явилась диссертацией на степень доктора астрономии, которая присуждена была А.А. Московским университетом в 1896.

Интересна работа А.А., выяснившая законы вращения Юпитера, а также его исследования о вращении Венеры и колец Сатурна. В противоположность предположению Скиапарелли о времени вращения Венеры в 225 дней, А.А. устанавливает короткое время с периодом около суток. Для колец Сатурна А.А. нашел в согласии с другими спектроскопистами Деляндром и Килером, что более отдаленные от центра части кольца имеют скорость меньшую, чем внутренние. Это подтверждает гипотезу Максвелла, что кольца Сатурна состоят из большого числа тесных, но отдельных маленьких телец, движущихся вокруг Сатурна, как планеты вокруг Солнца по законам Кеплера.

Неоднократно привлекал внимание А.А. вопрос о вращении Солнца. В упомянутой выше магистерской диссертации он исследовал вращение Солнца по пятнам, в 1892 он опубликовал результаты исследования по факелам, а затем организовал специальные спектрографические наблюдения, результаты которых были опубликованы в 1906. Ряд наблюдений был сделан А.А. для исследования спектра собственно солнечных пятен; а затем для исследования их температуры. В самом начале своей работы в качестве астрофизика Пулковской обсерватории (1890-1899) А.А. наблюдал также солнечные выступы.

Обширные работы А.А. посвящены спектрам Новых звезд 1892, 1901 и др. В статье , появившейся в 1922, имеется ряд замечательных сопоставлений, чрезвычайно важных для разрешения вопроса о сущности явления Новых звезд.

Многие интересные явления смещения линий в спектрах находят объяснения в движении источника света, согласно принципа Допплера-Физо. Но важно было убедиться непосредственно на опыте в справедливости самого принципа, установленного теоретически. Заслугой А.А. является то, что он сумел произвести опытную проверку принципа Допплера-Физо. Для этого им был построен на средства, пожертвованные американской меценаткой Томсон, специальный прибор с вращающимися зеркалами.

В 1907 А.А. опубликовал результаты исследования свойств объектива 30-дюймового рефрактора, в 1918 - исследование спектров свечения Гейслеровых трубок. А.А. принадлежат интересные работы о физическом строении комет, в которых А.А. высказывает проникновенные мысли на основании новейших данных физики о сложных элементах. Последняя статья по этому вопросу напечатана в Русском Астрономическом Календаре за 1927.

В торжественном заседании Академии Наук 29 декабря 1912 А.А. произносит речь, в которой дает обстоятельный очерк наших знаний о расстояниях и движениях звезд. В заседании, посвященном Академией Наук памяти Ньютона по поводу 200-летия со дня его кончины, А.А. выступает с докладом, выясняющим значение работ этого гениального математика, физика и астронома.

Кроме упомянутого затмения 7/19 августа 1887 А.А. пришлось наблюдать еще затмения 27 июля и 18 авг. 1896. в организованной им экспедиции в Орловском на Амуре, при чем А.А. были получены удачные снимки солнечной короны и ее спектра.

Он участвовал также в экспедиции в Туркестан для наблюдения затмения 1 янв. 1907. К сожалению облака и снег в день затмения помешали наблюдениям.

А.А. был несколько раз командирован заграницу с научной целью; между прочим, в 1910 он посетил знаменитые обсерватории в Сев.-Амер. Соед. Штатах.

Весьма большое значение имеет изданное А.А. руководство по спектроскопии. К сожалению его большая книга о Солнце до сих пор остается не напечатанной. В качестве приват-доцента А.А. читал лекции в Московском университете, а позднее состоял профессором по кафедре астрофизики на Высших женских курсах в Петербурге.

В 1900 А.А. был избран в адъюнкты Академии Наук, в 1903 - в экстраординарные академики, в 1906 - в ординарные. С 1905 он состоит председателем Русск. Отд. Международного Союза по исследованию Солнца. В 1908 был избран Акад. Наук на должность Вице-Директора Пулковской обсерватории, а в конце 1916 после смерти О.А. Баклунда - назначен директором. Но административная деятельность мало соответствовала его характеру, как ученого прежде всего, и в 1919 при выборах по новым Временным Правилам Управления Обсерваторией он снял свою кандидатуру на должность директора.

А.А. состоит действительным членом-Общества Испытателей Природы в Москве, Общества Любителей Естествознания, Московского Математического Общества; Почетным членом-Всероссийской Ассоциации Астрономов, Русского Астрономического Общества, Московского Общества Любителей Астрономии, Кружка Любителей Физики и Астрономии в Н.-Новгороде; Associate of Royal Astronomical Society в Лондоне (с 1910) и Membro estero della Societa degli Spektroscopisti Italiani (c 1901).

В 1908 А. А. удостоен Парижской Академией Наук золотой медали имени Жансена и в 1918 - премии Лаланда. Он получил также две премии от Русского Астрономического Общества.

В январе 1923 в Пулково прибыл новый сложный инструмент - т.н. спектрограф системы Литрова Этот инструмент был заказан А.А. в 1912 фирме Grubb'a в Англии на средства Академии Наук для международной работы по исследованию Солнца. Хотя инструмент был изготовлен своевременно, тем не менее из-за войны он не мог быть отправлен в Пулково ранее. Установка и исследование сложного прибора в трудные годы потребовали от А.А. большего напряжения сил, но А.А. успешно преодолел все затруднения и организовал ряд чрезвычайно важных исследований по животрепещущим вопросам, как,например, электромагнитного поля вблизи солнечных пятен, ионизации верхних слоев атмосферы Солнца и явлений, связанных с принципом относительности.

А.А. близко стоит и к делу сооружения для южных Отделений Пулковской Обсерватории больших инструментов. При его участии были заказаны в 1912 фирме Grubb'a 40-дюймовый рефлектор и 32-дюймовый фотографический рефрактор с башнями для установки инструментов. Возгоревшаяся война помешала изготовлению этих гигантских инструментов. Контракты были нарушены, и когда в 1921 возобновились сношения с Англией, то выяснилось, что на окончание постройки инструментов потребуются новые средства, в три раза большие сравнительно с тем, что предполагалось раньше. Благодаря просвещенному вниманию полпреда т. Красина деньги были отпущены и в конце 1923 А.А. был командирован в Англию для приема того, что было изготовлено. Поездка эта потребовала от А.А. большой затраты сил и вызвала много волнений, потому что фирма Grubb'a прекращала свою деятельность и нужно было проявить много забот и хлопот для того, чтобы организовать дальнейшие работы по сооружению инструментов и хранению готовых частей.

Когда 40-дюймовый рефлектор прибыл в Симеиз и Г. А. Шайн уезжал из Пулкова, чтобы принять участие в его установке, А.А. тщательно пересмотрел с ним все 100 чертежей и дал ряд необходимых указаний и советов для сборки громадного инструмента. Он вел большую переписку с заграничными фирмами относительно нескольких дополнителоных к рефлектору приборов, а также относительно изготовления об'ектива для рефлектора, который фирмой Grubb'a не был сделан.

Но особенно удивительным является то, что А.А. до сих пор не только не тяготится работой, но и ведет наблюдения с большим увлечением и вдохновением. Как упомянуто, летом он работает даже на двух больших инструментах. Пожелаем ему, чтобы он сохранил еще на много лет свой юношеский пыл, свои силы и работоспособность.

К.Д. Покровский, Русский Астрономический Календарь на 1928 год
Читайте также:



 
©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты