ИСКАТЬ:
Главная  >  Общество   >  Общественная мысль   >  Либералы   >  А. Д. Сахаров


АНДРЕЙ ДМИТРИЕВИЧ САХАРОВ

11 октября 2007, 413

А. Д. Сахаров (1921-1989) является весьма знаковой фигурой. Вне всякого сомнения – это большой ученый, много сделавший для обороноспособности своей страны на ниве создания водородной бомбы. Однако его идеи и его политическая практика резко контрастируют с его научными заслугами, показывая - насколько российский либерализм оторвался от самобытных и традиционных корней русского общества. Дореволюционным либералам, таким как П. Б. Струве и П. Н. Милюков, был все же присущ некоторый патриотизм. Но та генерация либералов, которая сформировалась в советский период, отличается четко выраженным космополитизмом

Еще во времена диссидентской деятельности Сахаров пришел к мысли о необходимости создания некоего «мирового правительства». Эта идея давно уже владела умами многих деятелей Запада – политиков, ученых, писателей и т. п. В числе горячих поборников мирового правительства можно назвать Б. Рассела, Г. Уэллса, А. Эйнштейна. На протяжении прошлого века возникали влиятельные транснациональные структуры, ставящие своей целью создания общемировой правительственной организации. Таковыми структурами являются – Совет по международным отношениям (СМО), Трехстороння комиссия, Бильдельбергский клуб. После второй мировой войны возникла идея формирования мирового правительства на базе ООН. Однако против этого выступил вождь СССР Сталин, что автоматически обесценило само это предложение. Можно предположить, что ненависть либералов к Сталину в немалой степени обусловлена этим его демаршем.
Сахаров был достойным продолжателем родоначальников космополитического движения. Он буквально грезил мечтой о создании мирового правительства, которое якобы только одно и сможет спасти мир от ядерной катастрофы. Вот что рассказывает Ф. Бурлацкий, бывший некогда влиятельным политическим референтом, вхожим в высшие этажи власти: «…В 1970 году я навестил Андрея Дмитриевича в его коттедже близ Института ядерных исследований Академии наук СССР. Мы беседовали около двух часов, Андрей Дмитриевич внимательно слушал замечания, вежливо отвергая их. Но вот дошло дело до центральной идеи - об упреждении мирового правительства как единственного средства спасения человечества от ядерной катастрофы. Он даже наметил дату, когда возникнет такое правительство: 1984 год. Я просил его убрать эту идею как нереальную и опасную, а тем более не обозначать конкретную дату, но он был неумолим. Тогда я предложил пари: ящик армянского коньяка против бутылки «Боржоми», что в 1984 году мирового правительства не будет. И вот мы проводили совместную пресс-конференцию в Париже в 1988 году. После конференции я шутя спросил у А.Д.: «А что же бутылка «Боржоми?» – «Какая бутылка?» - удивился он. Тут я ему напомнил наш заклад, и великий человек произнес потрясающие слова: «Это не я ошибся, это ошиблась сама история». Эта длинная цитата была приведена для того, чтобы показать весь беспочвенный утопизм сахаровского либерализма, как и российского либерализма вообще.
Образование мирового правительства, по мысли Сахарова должно было осуществляться, в основном, двумя сверхдержавами – СССР и США. Он выступал за конвергенцию – соединение элементов капитализма и коммунизма в некий позитивный синтез. Идея конвергенции всегда поднималась на щит представителями либеральной космополитической элиты. В коммунизме эту элиту привлекала его способность к жесткому контролю над процессами общественного развития. Будучи противниками абсолютной централизации либеральные космополиты тем не менее считают, что в ряде областей коммунистические централистские технологии могут принести пользу в деле реализации их проектов. К примеру, без централизма довольно сложно превратить мир в единую структуру, характеризующуюся полным слиянием наций и рас. Централизм позволит расправиться со всеми, кто недоволен правлением мировых диктаторов и не желает расстаться со своим национальным лицом. С его помощью можно ограничивать рождаемость и тем самым сокращать количество голодных ртов, вместо того, чтобы бороться с самим голодом. Показательно, что деятели транснациональных структур неоднократно высказывали симпатии в адрес марксизма. Так, небезызвестный Збигнев Бжезинский – член СМО и трехсторонней комиссии писал в своей книге «Между двумя эпохами»: «Марксизм представляет собой дальнейший живой и творческий этап созревания универсального человеческого видения… Марксизм, распространенный на общедоступном уровне форме коммунизма, представлял собой главный успех способности человека создавать концепцию своего отношения с его миром».
Утопические представления Сахарова о перспективах международных отношений вполне соответствовали его взглядам на внутреннюю политику. Он был создателем проекта конституции т. н. «Союза республик Европы и Азии». Этот Союз мыслился ему даже не федерацией, а конфедерацией. Это рыхлое образование должно было включать в свой состав практически полностью независимые друг от друга субъекты. Причем таковыми субъектами Сахаров предлагал сделать не только союзные республики СССР, но и все автономные образования. И не только автономные. Статья 25-я его Конституции гласит: «Первоначально структурными составными частями Союза Советских Республик Европы и Азии являются Союзные и Автономные республики. Национальные автономные области и Национальные округа бывшего Союза Советских Социалистических Республик. Бывшая РСФСР образует республику Россия и ряд других республик. Россия разделена на четыре экономических района - Европейская Россия, Урал, Западная Сибирь, Восточная Сибирь. Каждый экономический район имеет полную экономическую самостоятельность, а также самостоятельность в ряде других функций в соответствии со Специальным протоколом». Совершенно очевидно, что реализация планов Сахарова привела бы к распаду не только СССР, но и Российской Федерации. Надо отметить, что даже команда ельцинских демократов, взявших курс на выход РСФСР из Союза, мыслила более реалистично. Кстати, сам Сахаров относился к Ельцину весьма насторожено и был против его лидерства в демократическом движении.
Как и подобает либералу «новой волны» Сахаров отодвигал интересы русского народа на второй, если только не на третий план. О русских он отзывался весьма нелицеприятно: «… Этот несчастный, замордованный, развращённый и спившийся народ, который сейчас даже и не народ в прямом смысле этого слова» (для сравнения приведем мнение Сахарова об американцах: «Американский народ – свободолюбивый, щедрый, деятельный и энергичный... – несомненно окажется на высоте стоящих перед ним – и перед всем миром – задач). Сахаров считал, первоочередной задачей является защита национальных меньшинств. «Мы, – утверждал академик, – получили в наследство от сталинизма национально-конституционную структуру, несущую на себе печать имперского мышления и имперской политики «разделяй и властвуй». Жертвой этого наследия являются малые союзные республики и малые национальные образования...Они на протяжении десятилетий подвергались национальному угнетению».
Такими же беспочвенными являются и его взгляды на религию. Сахаров вовсе не был атеистом. Он придерживался верования в некое абстрактное космическое начало: «Я не верю ни в какие догматы, мне не нравятся официальные церкви (особенно те, которые сильно сращены с государством или отличаются, главным образом, обрядовостью или фанатизмом и нетерпимостью). В то же время я не могу представить себе Вселенную и человеческую жизнь без какого-то осмысляющего их начала, без источника духовной «теплоты», лежащего вне материи и её законов. Вероятно, такое чувство можно назвать религиозным».

Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004