Главная  >  Общество   >  Социальные группы   >  Купечество


Предпринимательская деятельность курских купцов

11 октября 2007, 56

Несмотря на преобладание коммерческой и промысловой деятельности в бизнесе купцов, тем менее, в данном сословии были представители, находившие для себя возможность заниматься другими видами предпринимательства. К ним в основном относятся сферы финансов, услуг и арендные отношения.

ТОРГОВЛЯ

Прежде, чем рассматривать торговую деятельность курского купечества, скажем несколько слов о, как наиболее важной, периодической форме торговле, принадлежащей городу. Она была представлена проходившими 2 раза в неделю (по понедельникам и пятницам) базарами, где продавались разные «съестные продукты», хлеб, фураж, полотно, русское сукно и т. п., а также 4 ярмарками. Две из последних проходили непосредственно в городе: одна 23 апреля -«Георгиевская», на которой продавались детские игрушки и пряники, а другая — в 10-ю пятницу по Пасхе, где велась торговля лесными изделиями (колеса, ободья, доски), кожей, хлебом и скотом.

Остальные две, именовавшиеся Коренными, проходили в 27 верстах от Курска, рядом с мужским монастырем Коренная пустынь. Лишь первая из них, проходившая в 9-ю пятницу после Пасхи, известна как одна из 3-х главных ярмарок общероссийского масштаба, важного центра оптовой продажи. Длилась она тогда 2 недели, в течение которых здесь располагался перемещавшийся из губернского центра административный аппарат города. Важное место в торговле ярмарки занимали мануфактурные, кожевенные, бакалейные, рыбные, железные товары, пушнина, воск, сало, мыло и др. Половина доходов с ярмарки шла с 1812 г. в казну, а другая городу. О торговле на ярмарке говорилось, что с момента окончания постройки там гостиного двора в 1812 г. , она стала «быстро возрастать и пришла в цветущее состояние; доходы с нея от начала этого периода до 1860 г., увеличились до 34 000 руб. с. », а в 1860 г. с нее было получено дохода 38 615 руб. 47,5 коп. серебром (*12). Последовавшее 4 марта 1847 г. Высочайшее повеление о переводе ярмарки в Курск в силу ряда обстоятельств в середине XIX века не было исполнено. Современники середины XIX века отмечали следующие «выгоды» Коренной ярмарки:

• 1) жители всех сословий покупают необходимые товары по ценам возможно — дешевым, а свои произведения сбывают выгодно, без значительных расходов за провоз;

• 2) мануфактуристы и оптовые торговцы производят свои торговые обороты;

• 3) мелочные торговцы, закупивши на небольших ярмарках кушаки, воск, мед, сало, шерсть и т. п. , продают их оптовым торговцам, и

• 4) поселяне окрестных к ярмарке мест получают довольно значительный выгоды от извоза, продажи съестных припасов и содержания постоялых дворов» (*13).

Другая, 2-я Коренная ярмарка, называвшаяся «Рождественской», была менее значительна. Она начиналась с 6 сентября и длилась неделю. Там велась торговля «красным» и «бумажным» товаром, кушаками, шерстью, холстом, винно-водочной продукцией и др. Обе эти Коренные ярмарки были приписаны к Курску.

В середине XIX века в торговлю вовлечено было около 2/3 членов 3-ей гильдии и еще больше, почти на 20%, членов 2-й гильдии.

Более всего купцов приходилось на категорию торговли «разным товаром». На нее во 2-й гильдии выпадала почти половина состава купечества, в то время как в 3-й им торговала почти 1/4 часть купцов. На примере данной категории видно желание купечества представить свою торговлю большим разнообразием товаров. Связано это желание с стремлением не «прогореть» на каком-либо одном виде товаров при изменении рыночной конъюнктуры.

Основными или главными предметами торговли выступали ткани, хлеб и скот.

По большому счету ткани могут быть представлены как три взаимопереплетающихся вида товаров. Согласно одной из классификаций товаров XIX века, последние подразделялись на 2 большие группы «по отношению к потребителю». Для дворян и купцов были товары, именовавшиеся «панскими», а товары для простонародья назывались «черными», которые предназначались для торговли на площадях. К «панским» в значительной, но не единственной, степени относились: шелковые, шерстяные, бумажные, суконные и пр. ткани, а также пушной, меховой товар и др. «Красный» товар обозначал материал для одежды, покупаемый на меру длины, фактически совпадая по значению с «панским» товаром. Что касается пушного товара, то он практически реализовывался вместе с вышеупомянутыми двумя видами товаров, причем являл собой шитые и выделанные меха.

Данная торговля у курского купечества имела посреднический характер и находила большой сбыт на украинских ярмарках. Ведущее место в торговле «красным» товаром принадлежало купцам Гладковым. В статье И. Бссядовского о Коренной ярмарке 1863 года, так говорится о них: «Корифеи московской линии безспорно братья Александр Петрович и Петр Петрович Гладковы, которые не покорились нашествию фабрикантов, удержались на своей высоте и вопреки соперничеству, сделались главными двигателями украинской мануфактурной торговли. Они получают товар суконный, шерстяной, шелковый и бумажный от пятидесяти московских и С.Петербургских фабрикантов, и не имея постояннаго склада направляют получаемый товар прямо на ярмарочные пункты, и ко времени торга запасный товар везут с ярмарки на ярмарку, совершая следующее круговое движение: привозиться в Коренную товара на сумму более 250,000 руб.; затем он везется на Ильинскую ярмарку в Полтаву, куда ко времени ярмарки поспевают огромныя партии товаров из Москвы и С. Петербурга, так что привоз против Коренной удваивается и оборотный капитал возрастает до полумиллиона. Отсюда не проданный товар везут в Харьков на Успенскую, с Успенской на Кролевецкую, с Кролевца возвращаются в Харьков на Покровскую, с Покровской едут в Сумы, а из Сум еще раз в Харьков, куда к Крещенской ярмарке, зимним путем, делается новый подвоз. На Крещенской, торговый оборот усиливается и доходит, так же как и на Ильинской, до полумиллиона рублей. С Крещенской товар везут на Маслянскую в Ромны, а из Ромен опять на Коренную. К этому кругу примыкают немногие курские оптовые торговцы, как например И. Г. Лавров, А. А. Гладков и И. В. Тимофеев»(*14). Говоря о меховой торговле, тот же автор отмечает, что ее составляют:

1) меха сибирские, Американские и

2) меха русские, т. е. украинских и великорусских шкурок.

Первые составляют товар дорогой, а последние дешевый. Дорогой меховой товар для украинских ярмарок закупается в С.-Петербурге, где приобретаются Американские бобры от Северо-Американской Компании и в Москве, куда доставляются меха, купленные в Петербурге, наконец на Ирбитской и Нижегородской ярмарке, где сосредотачивается торговля сибирским пушным товаром из первых рук». Меха «русские» появлялись на Коренной следующим образом: «меховые торговцы приобретают в Коренной партии сырых и выделанных шкурок, волчьих, лисьих, заячьих, хорьковых, куньих и других; потом отправляют их в Курск или Москву, для выделки, окраски и шитья, и наконец продают их готовыми мехами на украинских ярмарках»(*15). Среди известных купцов данной торговли можно выделить имена И. В. Баушева, Н. А. и А. А. Гладковых, И. А. Полевого.

Таким образом, торговля «панским» (включая и пушнину) товаром была одна из главных отраслей купеческого бизнеса. Ее удельный вес составлял более 14% в торговле.

Важное место в торговле курских купцов занимал и хлебный бизнес. В начале 1860-х гг. отмечалось, что «преобладающая же торговля в Курске — хлеб в зерне»(*16). В середине XIX века отмечалось, что хлеб был один из двух, главнейших (наряду с пенькой) источников «богатства населения Курского края». Хлебная торговля, как правило, проходила в два этапа. На первом происходила скупка хлеба «малым количеством из разных рук в различных местах». На втором происходил сбыт «большими партиями в определенное время года и в известные места». Первое действие составляло занятие «незначительных торговцев» и относилось к разряду мелочной торговли. Второе же служило «предметом торговых операций купцов капиталистов». В 1860 г. отмечалось, что «незначительные торговцы, скупая хлеб <...> в известных местах ссыпки» (Курск, ряд уездных городов, некоторые ярмарки и крупные селения), «передают их с барышами оптовым торговцам, для отвоза их за границу губернии, или же сами производят ими местную торговлю»(*17).

В первой половине XIX века часто можно было видеть картину, «когда крестьянские и помещичьи обозы длинными вереницами вступали в город», где на многих улицах и Мучной площади «ссыпался разнаго рода хлеб в громадные рубленные купеческие амбары». В те годы купцы отсюда «экспортировали зерновые хлеба в разныя места»; некоторое время (в 1830—1840-х годах) грузы сплавлялись на «барках» от курской сеймской пристани. В 1860-х годах хлебные торговцы старались устроить свои ссыпные амбары «на окраинах города, чтобы, как они выражались, «перехватывать мужика» еще на пути и закупать у него хлеб для ссыпки в амбары». Одним из результатов этого стал факт почти прекращения ссыпки хлеба в центральных местах города(*18). В середине XIX века хлеб главным образом отправлялся на север, «водяным пугем по Оке, преимущественно же к С. Петербургскому порту»(*19).

Доля хлебной торговли составляла почти 11% среди курского купечества. Во многом она находила конкуренцию со стороны крестьян и мещан, ввиду принадлежности хлебного бизнеса к «свободной торговле» (т. е. без свидетельств). Известными хлебными торговцами были купцы: Тихоновы, Сыромятниковы, Коробковы и др.

Что касается упоминавшейся выше пеньки, то следует отметить, что торговые операции с ней были аналогичны, как и с хлебом — первичная скупка и последующий сбыт. Относясь к крупному прасольскому товару, пенька скупалась в различных селениях, а затем поставлялась на разные рынки, в том числе и за границу. В руках скупщиков пеньки — купцов П. М. Сыромятникова и Ф. И. Антимонова была сосредоточена в 1860-х гг. торговля данным товаром.

Высока была доля купеческой торговли скотом, главным образом, рогатым. Он закупался на различных ярмарках Воронежской, Харьковской и Черниговской губерний, где было развито скотоводство. Доля торговли скотом к 1852 г. составляла почти 16%, заняв лидирующее положение после «разного» товара. Известными торговцами скотом были купцы: Гапонцевы, Зимовины, Ишунины и др.

Некоторые из них имели мясные лавки в одноименных рядах.

Следующей после хлеба, тканей и скота, в порядке убывания, выделяется группа бакалейных, овощных товаров и вин. В состав бакалейного товара включались «съестные» продукты с Востока, «из Персии, Малой Азии, Турции, Греции, из Ионических Островов, Архипелага как-то: финики, изюм, винная ягода, рожки, орехи» и т. п.

Большая часть курских бакалейщиков мало покупала на Коренной. Как правило, люди эти были достаточно богатые, имевшие «непосредственныя отношения с портами С.Петербургским, таганрогским и одесским», откуда ими выписывались «Армянская бакалия, прованское масло и проч.»(*20). Доля бакалейного товара составляла около 7% в купеческой торговле. Известными представителями в торговле этим товаром были купцы: Е. П. Апальков, К. А. Воробьев, Масленниковы, Д. П. Чикин и др. В состав овощного товара входили различные «съестные» товары: колбасы, соления, горох, грибы, чернослив, маслины, халва и др. Доля его в торговле была невысока (4—5%). Торговали данным товаром купцы: С. А. Гнучев, Горбуновы, Н. И. Дядин и др.

Винная торговля в Курске была представлена, согласно «Алфавитным книгам» учета купцов за 1847 и 1852 гг., 5 купцами. Из них один — В. И. Аксентьев, торговал иностранными, а остальные, согласно источнику, — виноградными винами. На Коренную ярмарку, как отмечалось в начале 1860-х гг. , иностранные вина поставлялись несколькими курскими и харьковскими «виноторговцами из имеющихся у них погребов». Из русских вин сюда привозились кизлярские. Один из оптовых торговцев — купец А. Ф. Пятов, имел в Курске свой винный склад. Удельный вес данной торговли был стабилен.

Почти монопольное положение по продаже «пивного» и «мыльного» товаров занимал купец 2-ой гильдии Г. А. Гнучев. К 1852 г. он значился уже в 3-ей гильдии, как торговец мыльным товаром.

Меньшее представительство в купеческой торговле имели рыбный, «юхтовый» (высокосортная кожа), «черный», хрустальный, железный, галантерейный, «мелочный» и «москательный» (краски) товары.

Оценивая купеческую торговлю, можно видеть, что она носила посреднический характер, доставляя необходимые продукты от непосредственного производителя к покупателю. Лишь незначительная часть купцов вела оптовую торговлю, перепродавая на сбыт товары более мелким предпринимателям. В данной связи важен был и факт взаимодействия с другими сословиями. Так, в 1860-х гг. отмечалось: «Покупка товара купцами 2-й и 3-ей руки и размеры закупаемой ими годовой пропорции тесно связаны с состоянием местных карманов. Чуть только дела помещиков приостановились, мелкое купечество не получая от них долговых денег, не имеет в свою очередь чем платить стараго долга своим знакомым купеческим фирмам, и тем самым теряет право на безденежный забор новаго товара»(*21). Аграрный крестьянский характер Курской губернии обусловил большое развитие хлебной торговли, товары которой поступали как на внутригубернский рынок, так и в другие регионы, в том числе и столицу. Сельскохозяйственая специфика губернии обусловила и потребность в торговле рогатым скотом, находившим большой спрос у покупателей. «Красный товар» также находил большой спрос, особенно у представителей привилегированных сословий, плативших за него большие деньги. Более 1/5 купечества предпочитали торговать «разным товаром», что свидетельствовало о стремлении к диверсификации продаваемых товаров, дабы уловить рыночную конъюнктуру.

Отметим еще некоторые особенности. Согласно статданным за 1852 год, у 225 «купцов хозяев» имелось 118 приказчиков, т. е. почти у каждого второго был свой управляющий.

Как показатель укрепления торговых позиций купечества в середине XIX века происходит рост количества магазинов — стационарных мест для склада, хранения и продажи товаров. Так, если за 1839, 1845 и 1850 гг. мы находим в «Курских губернских ведомостях» упоминание о магазинах Дубровского, затем Голкера, Баушевых, а также Клейна, то в той же газете за 1851 г. упоминаются уже 7 магазинов курских купцов. Чай, сахар, кофе и т. п. продавались в магазинах Дружинина (в гостином дворе), Ворошилина (в доме Монтрезор на Красной пл.) и Тихонова (в собственном доме на Мучной пл.); меха — у Баушевых (в доме Пятова на Московской ул.); ткани — у Гладковых (в доме Галица на углу Москалевской и Московской ул.); овчина, полушубки — у Гнучева (на полугоре, против Николаевской церкви); галантерейные и косметические товары у Швембергера (на Московской ул. в доме Давыдова).

ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

Наиболее распространенным промысловым занятием являлось производство «домашнего изделия» (почти 30% в 1847 г. ), без указания в источниках какого конкретно. Более всего оно было присуще женщинам — в основном, купеческим женам либо вдовам. Наблюдавшееся сокращение удельного веса этого промысла было вызвано конкуренцией более трудоемких предприятий, а также смертностью основных его носителей — пожилых купеческих вдов.

Пожалуй, наиболее преуспевающим промыслом было кожевенное дело, заключавшееся в отделке «кожевенного товара». Несмотря на снижение численного показателя, наблюдался рост удельного веса данного промысла с 15,7% до 19,1%. Это свидетельствовало о концентрации производства, происходившей вследствие либо разорения мелких заведений, либо слияния их в более крупные. Менее широко представлено было производство кирпича и кафлей (изразцов). Остальные отрасли промысловой деятельности, такие как: живописное, столярное, шубное и т. п. «мастерства» имели единичных представителей. Их дела шли с переменным успехом. Несколько лучшее положение вещей наблюдалось в кузнечном, галантерейном, каретном и свечном производствах.

Снижение и невысокая представленность этих занятий, в немалой степени являвшихся ремеслом, обусловливались конкуренцией более технологичных в организационной структуре «заводов», а также широкой вовлеченностью в данные промыслы цеховых ремесленников.

В фабрично-заводском производстве наибольшего развития достигло также кожевенное производство, удельный вес которого был наиболее высок. Крупными кожзаводчиками в Курске были Ф. Г. и Ф, М. Силины, Н. А. Ветчинкин, И. М. Лавров и др. Закупавшиеся сырые кожи проходили в Курске последующую обработку и отделку, а затем сбывалась на украинские, преимущественно, харьковские ярмарки. И. Бесядовский в своей статье «Коренная ярмарка в 1863 году» отмечал: «Из Коренной крупные торговцы ездят в Полтаву, Кролевец и Харьков, а мелкие — по небольшим ярмаркам окрестных городов. Курские кожевники производят продажу на месте в течении целаго года»(*22).

Проводивший в 1860 г. осмотр кожевенных заводов и берегов р. Тускарь врачебный инспектор Тихомиров отмечал, что кожевники «занимаются, почти исключительно приготовлением юхт, опоек и подошв»(*23). Так, черная и белая (юфтяная) кожа шла на солдатские сапоги и калоши, а полувал на подошвы. На мнения по поводу прекращения вредного в экологическом отношении кожевенного производства в черте города, как свидетельствовал инспектор, «Г. Военный Министр, имел в виду, что кожевенные заводи на реке Тускари, по хорошей выделке сапожного товара и ежегодной поставке его для войск, заслуживают особеннаго внимания правительства»(*24). Побочные продукты отделки кож, по свидетельству Тихомирова, также шли в дело: «соскобленные мягкие части кож и шерсть, собераемыя на берегу реки из плотины в кучу употребляются: первые для выварки столярнаго клея, который тут же на улицах для сушения разложен на металлических сетках натянутых в рамках; а вторая т. е. шерсть лежа кучами на дворах, продается фабрикантам войлоков; кроме сего оставшаяся после дубления кож дубовая кора собирается в кучи на дворах или на улицах, поступает в продажу для разных надобностей как напр. для удобрения оранжерейной земли и т. п.»(*25).

Клейное производство играло придаточную роль. Представлено было оно небольшими «заводами» купцов Сапуновых.

Салотопенное производство- было одним из главных. Оно происходило на заводах купцов И. Антимонова, И. Колосова, А. Свешникова, Расторгуевых и Слядневых. Сало потреблялось как в городе, так и имело сбыт в столицу.

Переработкой все тех же животных продуктов занимались мыловаренные и свечные заводы С. Шляхова, Гнучевьгх и др. В дальнейшем эти отрасли успешно развивались.

Важное место в Курске занимало пивоваренное производство. Оно было сосредоточено в руках известного купца Г. А. Гнучева, имевшего «пивной» и «солодовный» заводы. Его родной брат А. А. Гнучев владел водочным заводом. Впоследствии Г. А, Гнучев занимался и вываркой меда. Существовавший пивзавод А. Ф. Головиной, доставшейся ей от мужа, практически не работал. Сама же купчиха имела промысел «домашним изделием».

Обработкой растительных продуктов также занимался прядильный завод И. В. Антимонова и пенькотрепальный И. А. Меленина.

Переработкой сельскохозяйственной продукции занимался к 1852 г. крупчатый завод купчихи Д. А. Васильевой, дети которой торговали «хлебным товаром». Две собственные «крупчатки» имел купец Сыромятников близ Коренной пустыни в с. Уколове и Дубовце. С рубежа 1850—1860-х гг. в Курске появляется табачное производство, представленное фабриками «временных купцов» П. Калфогло и С. Игуменова.

Отраслями «обделывающими ископаемые продукты» были чугунолитейная, кирпичная и кафельная. Первая отрасль была представлена заводом И. И. Меленина, который имел «дозволение от правительства производить <...> отливку разных весовых гирь», а также осуществлять поверку мер сыпучих тел.

Кирпичное производство представлено было заводами Е. Силиной и И. Кудрявцева. Однако большинство данных предприятий купечеству не принадлежало. Выделка и продажа кирпича была предметом свободной торговли для людей податного состояния. Это разрешало законодательство.

Кафельное производство достаточно успешно развивалось. Его к 1852 г. представлял завод купца Б. А, Гнучева. Рост числа зданий, их реконструкция, требовали оснащения их отоплением, что обусловливало спрос на продукцию печных изразцов.

Экипажная отрасль вылилась в образование «каретных заводов», из числа владельцев которых наиболее известно было имя купца И. А. Кашеварова. Спрос на данную продукцию шел главным образом от привилегированных сословий.

Таким образом, купеческая промышленность Курска находила выражение как в существовавших промыслах, так и заводском производстве.

ИНЫЕ СФЕРЫ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Несмотря на преобладание коммерческой и промысловой деятельности в бизнесе купцов, тем менее, в данном сословии были представители, находившие для себя возможность заниматься другими видами предпринимательства. К ним в основном относятся сферы финансов, услуг и арендные отношения.

К 1847 г. из купцов 3-ей гильдии — 7 семейств были заняты в сферах услуг и финансов. К последней сфере принадлежат здесь лишь 2 купца старшего поколения — Ф. В. Безходарный и А М. Поневин. Их «промысел» именовался «променом разной монеты».

Согласно статистическим данным за 1852 г. , в Курске к этому времени находилось «стольцов для промена денег» — 21, и столько же «при них столечников»; «переторговщиков разного звания тем промыслом занимающихся» — 307. Таким образом, купеческая доля в этом бизнесе была невысока.

Говоря о финансовой деятельности, следует отметить, что для многих она не была представлена как единственно главная. Зачастую ею занимались купцы, имевшие «свободные» капиталы. Частыми были вексельные переводы, выдача денег под заклад имущества и т. д. В «Курских губернских ведомостях» середины XIX века часто можно было видеть объявления о представленных ко взысканию просроченных закладных и т. п. Различного рода кредитные операции проходили благодаря деятельности приказа общественного призрения, куда можно было класть деньги в рост, получая проценты с положенной суммы.

Что касается сферы услуг, то здесь более всего она было представлена в качестве занятия, называвшегося «служение в разных лиц». Четыре купеческих семейства к 1847 г. бь1ли заняты этим делом. Характерной особенностью этого «промысла» было то, что, как правило, данное «служение» имелось в той части семейств, где последние возглавлялись вдовами, а выпадало оно на их детей, к тому времени достаточно взрослых.

Другой вид сферы услуг был у купца Я. И. Чумакова — содержание постоялого двора. Кроме того, в источниках упоминается, в частности, существовавшая в Курске гостиница Сыромятникова на Херсонской улице (*26). Многие из купцов обзаводились собственными трактирными заведениями. Из 20 трактирных заведений, на которые в 1863 г. в городе производилась раскладка акцизных денег, девять — содержались купцами.

Вообще, следует отметить , что в данном бизнесе купеческим трактирным заведениям оказывали большую конкуренцию мещане, где они давно преуспевали. Так, в начале 1860-х гг. отмечалось, что «в Курске до 150 питейных заведений, из коих многими мещанами содержится по несколько кабаков» (*27).

К роду трактирных заведений относились и кондитерские, которых в начале 1860-х гг. было две в Курске. Одна принадлежала купцу П. И. Левашкевичу, а другая — швейцарскому подданному купцу «на временном праве» Д. И. Пфистеру.

Кроме содержания трактиров, некоторые представители купечества занимались и содержанием торговых бань. Более всего преуспел в этом плане купец Г. А. Гнучев, имевший подобное заведение на правом берегу р. Тускарь (близ его пивоваренного завода), а также арендовавший баню, принадлежавшую городскому обществу. Данный вид деятельности у него удачно сочетался с торговлей мыльным товаром.

Помимо всего прочего распространенным делом была отдача в аренду помещений в купеческих домах под различные магазины, склады и пр. Так, в 1845 г. комиссионер графа Бобринского Я. И. Гейер извещал «почтеннейшее купечество, что в г. Курске открыт склад сахара рафинаду в доме купца Дубровского Смелянских Его Сиятельства заводов»28. В Коренной ярмарке некоторые купцы имели собственные нежилые здания , «называемые "ставками"», которые открываются и имеют жителей только во время ярмарки, а после ярмарки запираются наглухо и окна во многих из них забиваются досками <...> они или служат помещением для самих владельцев, приезжающих на ярмарку, или, за их отсутствием отдаются в наем» (*29), отмечалось в 1863 г.

Таким образом, несмотря на значительную вовлеченность большинства куттцов в основные виды бизнеса, находились среди них и те, которые отдавали дань иным сферам предпринимательской деятельности.

Озеров Ю.В.
Читайте также:



 
©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004 | Контакты