ИСКАТЬ:
Главная  >  Общество   >  Социальные группы   >  Купечество


Участие курского купечества в органах местного управления

11 октября 2007, 524

Ярким свидетельством включения в общественную жизнь купечества было его участие в органах местного управления. Однако сразу отметим, что таковое во многом определялось рядом законодательных актов, закрепивших это.

Ярким свидетельством включения в общественную жизнь купечества было его участие в органах местного управления. Однако сразу отметим, что таковое во многом определялось рядом законодательных актов, закрепивших это.
Касалось оно купечества ввиду принадлежности его к существовавшей тогда категории «городских обывателей», составлявших собой «городское общество». Согласно Своду законов о состояниях, городским обществам предоставлялось «для совещаний по общественным их делам составлять собрания». Данные собрания были либо «общия для целого общества, или частныя по сословиям: купеческому, мещанскому и ремесленному и по частям города». Собрания городского общества происходили через каждые три года, либо «когда нужда и польза городская потребует, и в другое время». Трехгодичные собрания городского общества происходили в зимнее время, по приказанию и дозволению губернатора, назначаясь двумя днями позже дворянских собраний. В собрании городского общества могли присутствовать все граждане не моложе 25 лет и имеющие капитал, с которого проценты были не ниже 15 рублей серебром в год. Граждане с запятнанной репутацией и бывшие под судом могли быть исключены городским обществом из своего числа. Граждане, не достигшие 25 лет, и «бескапитальные» могли находиться в городском собрании, но не должны были «сидеть» и лишались в нем голоса. К предметам совещания городского общества относилось: выборы к должностям по внутреннему управлению данного общества и к «разным должностям ведомства судебнаго и полицейскаго, замещение коих предоставлено городским обывателям», выслушивание предложений губернатора; «предоставления о своих общественных нуждах и пользах; поверка городовой обывательской книги».
Для отправления текущих дел в городах, по выборам от обществ, должны были состоять постоянные и временные «установления». К первым относились, в частности, городские думы, «торговые депутации». Ко вторым относились институты, заведовавшие делами определенного городского сословия, «в особенности, каковы суть: городовые старосты от купечества и мещанства» и другие. К этой категории относились и депутатские собрания, составляемые «для совещаний с Депутатами от дворянства по делам о земских повинностях».
Основным органом городского самоуправления являлась городская дума, избиравшая свой исполнительный орган — «шестигласную думу» из своих членов (гласных) на три года. Преобладали в думах, и имели свое влияние там, представители «торгово-промышленных» занятий.
Общая городская дума, «быв составлена из людей, занятых торгами, промыслами и ремеслами», обязана была собираться «по однажды всякой срок заседания, или же, когда нужда и польза городская потребует, и в другое время», согласно Жалованной грамоте 1785 года. Городская шестигласная дума полагалась «для всегдашняго от- правления дел». Ведомству этой думы подлежали следующие «попе- чения:
1. доставить жителям города нужное пособие к их прокормлению или содержанию;
2. сохранять город от ссор и тяжеб с окрестными городами и селениями;
3. сохранять между жителями города мир, тишину и доброе согласие;
4. возбранять все, что доброму порядку и благочинию противно, оставляя однако ж относящееся к части полицейской исполнять местам и людям, для того установленным;
5. посредством доброй веры и всякимя позволенными способами поощрять привоз в город и продажу всего, что ко благу и выгодам жителей служить может;
6. наблюдать за прочностию публичных городских зданий, стараться о построении всего потребнаго, о заведении площадей, для стечения народа по торгу, пристаней, анбаров, магазинов и тому подобнаго, что может быть для города потребно, выгодно и полезно;
7. стараться о приращении городских доходов на пользу города и для разпространения заведений по приказу общественнаго призрения;
8. разрешать сомнения и недоумения по ремеслам и гильдиям в силу сделанных о том положений» (ст. 167)(*39)
Собиралась шестигласная дума, как и общая, в доме городского общества, «всякою неделю однажды, разве, когда нужда или польза городская востребует, и кроме того», имела ту же печать и исполняла те же должности, а в случае сомнения «по важности или трудности дела» предлагала его общей городской думе. В деле управления городскими доходами и расходами дума была подотчетна губернатору и казенной палате, отсылая им свои ведомости. О строгом финансовом контроле может говорить и тот факт, что в Своде законов о состояниях запрещалось думе (равно как и магистратам) делать займы на счет городских обществ, под собственную их ответственность в том.
Предметы ведомства Курской городской думы в начале 1860-х годов были велики. Занимаясь делами горожан, она: собирала сведения о лицах городского звания, в том числе находящихся под следствием для последующего определения их прав и возможности участвовать в выборах; производила подготовку и проведение выборов в общественные должности; вела переписку по определениям, увольнениям служащих, выдаче аттестатов о службе, пенсий и составлении послужных списков; производила надзор за действиями ремесленной управы, мещанского управления по взысканию податей и повинностей, рассматривая по данному вопросу жалобы; обсуждала и приводила в действие общественные приговоры об исключении «порочных» членов общества, принуждению их к наказаниям; содействовала полиции; наблюдала за своевременным составлением и содержанием в исправности ревизских сказок; вела дела о сословных переходах купцов и мещан, увольнениях их, записи в иногородние и иностранные гости; выдавала купцам, просившим о причислении к почетным гражданам, установленных законом свидетельств; выдавала почетным гражданам, купцам, мещанам, рабочим людям паспорты и билеты; производила выдачу купечеству удостоверений о взносе гильдейских пошлин для получения торговых свидетельств.
В делах общественного хозяйства, городская дума Курска занималась: охраной городских имуществ, распоряжением их для большего извлечения из них дохода, взиманием разрешенных по Положению о доходах Курска сборов с разных предметов в пользу городских доходов; распоряжением городских доходов и расходов, на основе установленных правил, наблюдением за целостностью городских зданий и таковых лее в Коренной ярмарке, их ремонтом; содержанием описей и планов принадлежащей городу собственности; отдачей в оброчное содержание городских земель и зданий, заключением на сей счет контрактов; понуждением к взносу должных городу сумм и взысканием недоимок; производством торгов на поставку полицейским и пожарным служителям провианта и фуража для пожарных лошадей и заключением на сей предмет контрактов, обмундированием полицейских и пожарных служителей; составлением городского бюджета, хранением сумм и ведением счетов.
В деле внешнего благоустройства Курска, городская дума занималась: содержанием в исправности существующих и устройством новых мостов, мостовых, гатей, производством по ним торгов; следила за освещением улиц и содержанием в исправности фонарных столбов и фонарей, за содержанием в чистоте площадей улиц, где это не входило в обязанность домовладельцев.
В сфере общественного благоустройства, Курская городская дума занималась: устранением препятствий «торговой промышленности»; поощрением привоза в город и продажи всего «что нуждам жителей служить может»; составлением такс на «жизненные припасы»; наблюдением за правильным производством торговли; поверкой (с 1 февраля ежегодно) торговых прав; сбором сведений о справочных ценах на припасы, материалы и работы; содержанием в исправности пожарного обоза; содействием полиции в учреждении ночных караулов; мерами против нищенства и «вспомоществованием» бедным; содержанием приходских училищ. В исполнение возложенных на городские сословия казенных и денежных повинностей, Курская городская дума всегда снабжала мещанского податного старосту необходимыми книгами для записи податей и повинностей с мещан и рабочих людей; рассматривала и утверждала раскладки податей и повинностей с мещанского общества; наблюдала за правильным и своевременным взысканием и отсылкой необходимых сборов; вела наблюдение за составлением списков лиц для отбытия рекрутской повинности и следила, чтобы на горожан не налагались какие-либо противозаконные сборы.
Весь этот груз задач и ответственности ложился на гласных и возглавлявшего думу городского голову, избиравшегося также на три года, как правило, из первогильдейских купцов. Гласные же избирались в основном из купцов 3-й гильдии.
На попечение и ответственность городского головы возлагалось наблюдение в городском общественном собрании должного порядка. Через городского голову общество могло входить со своими представителями в Министерство финансов, в случае, если купечеством замечено будет, что торговля производится несообразно уставам и что права купечества ослаблены по каким-либо обстоятельствам. Городской голова возглавлял также городовое депутатское собрание, куда, кроме него самого, входили частные старосты и депутаты, избираемые от каждой части города по одному. Городовое депутатское собрание ведало: рассмотрением доказательств городского состояния; содержанием и дополнениями городовой обывательской книги, доставлением определенных сведений и выписок из нее в губернское правление и казенную палату; выдачей листов, удостоверяющих внесение семьи в городовую обывательскую книгу. Старосты и депутаты данного собрания также избирались на три года.
Также городской голова возглавлял сиротский суд. В 1850-е годы к обязанностям главы города прибавилось еще несколько. По данным на 1853 год, городской голова (купец 2-й гильдии П. А. Иванов) являлся также одним из директоров Попечительного комитета о тюрьмах. По данным на 1860 год, городской голова (И. В. Тимофеев) был также членом Особого о земских повинностях присутствия, членом Губернского комитета общественного здравия и членом Губернского - оспенного комитета. По долгу службы глава города должен был присутствовать при торжественных богослужениях, встречах и т. п. Так, в частности, 9 октября 1841 года состоялось торжество приезда в Курск великой княгини Елены Павловны и великой княжны Марии Михайловны. «Градский Глава с Купеческим обществом, имели счастие поднести Их Высочествам хлеб-соль», — писали тогда «Курские губернские ведомости»(*40).
Помимо городского головы, в Курской городской думе в середине XIX века заседало от купечества 4 гласных. Столько же гласных избиралось и для «составления общей думы» (по данным на 1850 год).
Как известно, городская дума должна была каждый раз доносить казенной палате о «последствиях, сделанных ею поверок и о встретившихся нарушениях правил, законами поставленных». Для удобнейшего наблюдения за правильной, «сообразно свидетельствам и званию каждаго», производством торговли и промышленности, сверх городских старост и гласных при думах, учреждались особые «Торговые Депутации» из 3—7 лиц, избранных от купечества, которые заслуживали особое доверие общества. Этим депутатам был открыт свободный вход во все лавки, торговые заведения и дома, где производился торг. Все сомнения относительно правильности торговли по свидетельствам разрешались этими депутатами по большинству голосов. По данным на 1846 год, в Курске торговая депутация состояла из 3-х купцов: Н. Давыдова, В. Машнина и И. Петрова. Она избиралась на три года при общих городских выборах . Должность торговых депутатов обязаны были принимать на себя купцы всех гильдий, не исключая и первой. О последствиях поверки торговли они представляли отчеты и все сведения в городские думы, которые информировали казенную палату о встреченных депутатами нарушениях правил торговли, за которые накладывались взыскания.
Другим важным органом городского самоуправления были городовые магистраты. Являли они собой преимущественно судебные органы, рассматривавшие различные внутригородские нужды и вопросы. В магистратах присутствовали два бургомистра и четыре ратмана, избиравшиеся купечеством и мещанством через всякие три года. Из членов магистрата трем дозволялось быть по очереди в отлучке (одному бургомистру и двум ратманам). Интересно отметить, что городовой магистрат брался за дело, если оно поступало либо по жалобе, либо по иску частных людей или стряпчих, либо по сообщению другого суда или городничего, либо по воле наместнического правления, а также палат и губернского магистрата.
При магистратах были учреждены «Торговые Словесные суды» для разбора и решения споров и исков по обязательствам и договорам, свойственным торговле, «дабы торгующие без крайней необходимости не вступали в судебное производство письменное, которое сопряжено с важной для них потерей времени» (ст. 1771)(*41). Старосты и судьи словесного суда выбирались купечеством и мещанством «по баллам», в начале всякого года. Словесный суд состоял из 2 судей, которые ежегодно избирались городским обществом. К ведомству словесного суда относились споры, иски по делам:
1. ) о закупке и продаже товаров («когда кто купит и примет товар, а денег не заплатит <...> или увидя упадок в цене товара, принимать не станет» и т. п.);
2. ) о денежных займах («когда кто, взяв денег в заем и дав в том письменный документ <...> не платит долю»);
3. ) об отдаче денег, товаров или писем на сохранение, «в случае спора или запирательства»;
4. ) о найме лавок и судов; 5) по торговым отправлениям (ст.ст. 1772 и 1775)(*42). Суд решал споры между хозяином и наемным работником, не вмешиваясь в уголовные дела.
По окончании службы старосты, судьи словесного суда, ратманы и бургомистры, которые «справедливостью и добропорядочными поступками» отличились, награждались похвальными листами. Бургомистров с такими листами определялось называть «степенными» и в другие низшие должности не выбирать. По окончании службы лиц работавших в магистратах и словесных судах, позволялось имена их обществу баллотировать снова. Но запрещалось, имевших похвальной лист унизить должностью.
При городовом магистрате находился городской сиротский суд для купеческих и мещанских вдов и малолетних сирот. В суде председательствовал городской голова и заседали 2 члена городового магистрата с городским старостой. На суд возлагалось попечение о малолетних сиротах, их имениях, вдовах и их делах. Суд назначал к малолетнему опекунов, отличающихся добронравием и безбедностью, делалась опись наследства, опекунам делались соответствующие наставления. Выбирались они, как правило, из купцов или богатых мещан. Суд контролировал и следил за отчетной документацией опекунов. Последним дозволялось брать 5% ежегодно из доходов малолетнего. По совершеннолетии опекунство прекращалось.
Принимало участие купечество и в совестном суде в качестве заседателей 2-х от горожан, наряду с 2-мя представителями от дворян и поселян. Призван был этот суд «охранять» личную и частную безопасность. Совестный суд рассматривал гражданские дела в порядке примирительной процедуры и некоторые уголовные. Заседатели совестного суда избирались губернским городом из купцов и мещан на три года. И если не было за ними «порока» губернатор дозволял заседать.
Кроме вышеупомянутых судебных органов, где заседали, в частности, купцы, были еще два — палаты уголовного и гражданского судов. Также, как и в совестном суде, заседало там по два представителя от купечества. Палаты выступали как апелляционные судебные инстанции по своей части. Палата гражданского суда, в частности, занималась совершением «крепостных» и свидетельствованием явочных актов, выдачей свидетельств о свободности имения для представления его в залог и др.
Иногда деятельность членов (заседателей) палат могла очень высоко оцениваться. Так, в 1846 году в «Курских губернских ведомостях» было отмечено, что министр внутренних дел в предписании своем изъяснил, что Николай I «Всемилостивейше пожаловать соизволил Заседателю Курской Палаты Гражданского суда 2-й гильдии купцу Дубровскому золотую медаль на Аннинской ленте», с надписью «за усердную службу», для ношения на шее(*43).
Заседало купечество не только в судах, но также и в полиции. В управе благочиния с городничим и приставом уголовных и гражданских дел заседателями были два ратмана городского общества.
Кроме этого, из купечества избирались депутаты различных «комиссий». Известны такие комиссии, как: «квартирная» (ведала «жилфондом», производила сбор с оценки обывательских недвижимых имуществ), «оценочная» (производила оценку имуществ, подлежащих городскому сбору), «составления обывательской книги» (видимо, то же, что и депутатское собрание), «счетная» (подсчитывала поданные голоса). Существовали также депутаты «за неуказною торговлею» и депутат «для поверки и учета по окончании года прихода и расхода» в городской думе, от купечества, утверждаемый губернским начальством. Кроме депутатов по думе избирались: «староста от купечества», «разрядчик», «собиратель» («понудитель») податей, два «присяжных ценовщика» (для публичной описи частных имуществ за долги и казенные взыскания), «городовой строитель», «смотритель в Коренной» (вел надзор за целостью ярмарочных зданий), «казначей», «сторож», помощники старост.
Ко многим должностям «на случай отлучки или выбытия по какому-либо случаю» из службы избранного лица, выбирались «кандидаты». По данным на 1846 год, кандидатов: у «Градского головы» — 1; у 4-х гласных «Градской думы» — 2; в магистрате у 2-х бургомистров — 2; у 4-х ратманов — 2; у 4-х депутатов в комиссии обывательской книги — 1; у 3-х торговых депутатов —1; у 1-го депутата в «Губернском комитете для уравнения земских повинностей — 1; у 1 депутата по поверке по окончании года приходов и расходов — 1; у депутата в квартирной комиссии — 1; у 2- х присяжных ценовщиков — 1; у 2-х заседателей в палатах уголовного и гражданского судов — по 1, у 2-х совестных судей — 2.
Одним из органов временного характера для решения дел о несостоятельности были конкурсные управления. Состояли они из председателя и из нескольких кураторов, избиравшихся из числа заимодавцев. Конкурсные управления, составлявшиеся также и из купцов, оценивали имущество, представляли заключения о причинах несостоятельности, управляли имуществом. Этот орган определял также положение несостоятельного во время конкурса.
Немаловажную роль играли должности маклеров и нотариусов, занимавшиеся: 1) посредничеством по торговым делам, при заключении торгов, договоров и условий, и 2) совершением векселей и заемных писем. «Публичные Нотариусы» избирались и определялись городским купеческим обществом и думой. Маклеры также могли избираться из купечества. Но если купечество не возжелало, то — из мещан. Утверждала маклеров в своих правах дума. В случае отсутствия желания получить отданного «звания» увольнения, лица, избранные в маклеры, оставались в них пожизненно. Рекомендовалось Торговым уставом избирать в маклеры и нотариусы людей «добрых», опытных и во всех торговых и вексельных переводах «искусных». Пребывая на своем посту маклерам и нотариусам запрещалось вести торговлю и участвовать в «торговых товариществах». Они не должны были отлучаться из города и места исполнения своей должности. За свои труды маклерам полагалась «указная плата».
Четкая организация управления купеческого общества в середине XIX в. еще не сложилась. Однако известно, что гильдии возглавлялись гильдейскими старшинами с их помощниками, занимавшимися исполнением «различных приказаний по заведыванию гильдиями»(*44). Гильдейские (купеческие) старшины избирались.
Говоря о городской службе, необходимо сказать, что далеко не все купцы готовы были послужить на этом поприще. Связано это было во многом с экономическими интересами. Городская служба отвлекала их от торговли и, соответственно, получения больших доходов. В связи с этим курские купцы шли на хитрости — «для избежания городской службы, перечислились в другие города, но живут в Курске и торгуют на праве иногородных купцов, а иные передав все недвижимое имение женам своим, от имени их ведут торг в городе Курске, и хотя числятся купцами других городов, но действительно торговли там не ведут»(*45).
Таким образом, далеко не все купцы стремились и желали оказаться в органах городской власти. Пребывание их в должности не так уж и часто длилось дольше положенного «трехлетия». Большая часть должностей падала на купечество 3-ей гильдии. По данным на 1850 год представители данной гильдии числились в гражданской и уголовной палатах, в совестном суде, в бургомистрах, ратманах и т. п. Интересно отметить, что в органах городской власти присутствовали и родственники купцов. Так, в ратманах городового магистрата значатся: купеческий племянник М. Воронков, купеческий сын Н. Тихонов; в гласных городской думы — купеческий брат И. Лысенков и купеческий сын М. Колошинов, а гласными «для составления общей Думы» избранными оказались, в частности, купеческие сыновья А. Апальков, М. Богданов, И. Ростегаев. Видимо, это была одна из уловок купечества. В таком случае начальник семейства мог торговать, а его родня участвовать в управлении, лоббируя те или иные интересы семьи. Впрочем, думы и призваны были заинтересовать купечество, как инструмент в решении ряда вопросов городской жизни, тесно связанной с торговлей и промыслами.
Среди многочисленных вопросов, обсуждаемых в думе в середине XIX века особенно острым был вопрос связанный с переводом Коренной ярмарки в Курск. Поднятый в 1840-х годах он вызвал неоднозначное отношение среди купечества. За перевод ратовало местное купечество. В этом событии (перевод ярмарки в Курск) оно видело возрождение ее былой мощи. В обустройстве ее на Красной площади видели сокращение крупных городских расходов. Да и сам гостиный двор в Коренной был в ветхом состоянии, некоторые лавки не приносили дохода. Предполагалось, что часть доходов от ярмарки на Красной площади шла бы в городскую казну, а часть местным «частновладельцам», в помещениях которых могли разместиться некоторые заведения ярмарки. Против перевода возражало иногороднее купечество.
Аргументировало оно нарушениями религиозных чувств в народе, теснотой помещений в Курске, гористым его местоположением, затруднением добывать воду и т. п. Но несмотря на последовавшее 4 марта 1847 г. Высочайшее повеление о переводе ярмарки в Курск, этого не происходило. Весьма «важным препятствием к переводу долго служило опасение, которое разделял и специальный исследователь украинских ярмарок И. С. Аксаков, а именно, что перевод Коренной ярмарки в Курск «немедленно убьет ее»(*46). В итоге произошло это событие не в середине XIX века, а позднее — в 1878 г.
Таким образом, основной сферой приложения сил и возможностей купечества была городская общественная жизнь и хозяйство. В данном случае купечество становилось перед дилеммой. На что сделать основной упор? Либо это мог быть бизнес, либо городское хозяйство и управление (с почетными должностями). В первом случае, купцы старались уклониться от городских служб, сознавая что в торговле могут иметь большую экономическую прибыль. Во втором случае купечество могла привлечь возможность реально влиять на ситуацию в городе и торговле. Прельщали и высокие почетные должности. В частности, дома бургомистров, ратманов и городского головы «кроме самых нужнейших случаев» были свободны «от постоя». В городской службе была возможность отличиться перед обществом, заслужить награды и т. п. Тем не менее в середине XIX века в Курске у более чем половины представителей купеческих семейств имелся опыт работы в разных должностях и исполнении обязанностей.

Читайте также:



©  Фонд "Русская Цивилизация", 2004